Минздрав издал приказ, разрешающий с 1 сентября фельдшерам и акушерам брать на себя функции лечащих врачей — терапевтов, педиатров и акушеров-гинекологов при отсутствии специалистов с высшим медицинским образованием. Причина понятная: обостряется дефицит врачебных кадров, а нынешний приказ позволяет «сохранить непрерывность медицинской помощи». Но сильно ли поможет эта мера пациентам?
По заявлению министра Михаила Мурашко, стране ныне не хватает 25-26 тысяч врачей. Причем глава ведомства не берет на себя ответственность за такое «расширение компетенции» медицинских кадров среднего звена, а возлагает эту обязанность на руководителей местных медицинских органов. Ничего не говорится в приказе министра Мурашко и о финансовой стороне проблемы: будут ли фельдшеры и акушеры исполнять врачебные обязанности за врачебную зарплату или, как и сегодня, «на общественных началах»?
Признаюсь, хотелось начать эту заметку с банального вопроса: что изменится в нашей жизни, если мышку назвать кошкой — избавит ли она дом от грызунов? Но к медицинской теме это не имеет отношения: российские фельдшеры и акушеры по всей стране и без начальственных разрешений давно работают специалистами широкого профиля. А точнее, кем придется: травматологами и терапевтами, педиатрами и гинекологами. Разве что операции на сердце пока не делают и зубы не лечат (но порой выдергивают).
А что им остается, если из официально числящихся по стране 35 тысяч ФАПов (фельдшерско-акушерских пунктов) больше половины не работают из-за отсутствия даже среднего медперсонала? Неудивительно, что за последнее десятилетие в стране население деревень и поселков, а также малых городов сократилось на полмиллиона человек и под угрозой исчезновения находятся около 200 населенных пунктов. А первым признаком вымирания отдаленной деревни как раз становится закрытый медпункт.
Во многих городах ситуация немногим лучше. Напомню: в прошлом году из-за того же кадрового дефицита в районных и областных больницах появилось около 12 тысяч должностей врачей-стажеров для «ординаторов на втором году обучения» — по сути выпускников медвузов, которые после институтского обучения должны проходить послевузовскую подготовку и набираться практического опыта в качестве помощников врачей. Но теперь они получили допуск к самостоятельной работе с больными, без присмотра со стороны старших коллег.
Заметьте: издавая нынешний приказ о повышении статуса среднего медперсонала до врачебного, официальный дефицит которого составляет 23,2 тысячи человек, министр как-то упустил, что нынешняя нехватка медсестер и фельдшеров в стране почти втрое больше — 63,6 тысячи. Где их возьмем, кого на кого будем менять?
В отличие от строителей, дворников, таксистов и других профессий, на медиков-мигрантов надежда плохая: по данным Федерального реестра медработников, число иностранцев в системе здравоохранения России в 2024 году составляло около 1% от численности медперсонала. В Минздраве полгода назад утверждали, что официальных иностранцев-врачей в медучреждениях страны числится 6447, а на должностях среднего медперсонала — 4528. На самом деле их больше: устроившись на работу, приезжие Айболиты срочно получают российское гражданство по упрощенной процедуре, через год-два становясь полноправными россиянами.
Есть данные Росздравнадзора об иностранных специалистах, которые в 2022 году пытались получить лицензию на медицинскую или фармацевтическую деятельность: с украинским образованием было 36,5% от общего числа, с таджикским — 20,7%, с киргизским — 11,7%, с казахским — 10,6%, с узбекским — 4,4%. А по данным рекрутингового сервиса SuperJob, больше всего резюме от медиков, желающих поработать в России, поступает из стран бывшего СССР от выпускников российских медвузов. «Чаще всего их подают достаточно молодые специалисты в возрасте 23-35 лет, а квалификация у большинства, можно считать, наша, российская», — говорят кадровики. Но параллельно ускоренно растет эмиграция российских врачей за рубеж. По данным ОЭСР, в 2000-м число наших медиков в зарубежных клиниках составляло 7168, в 2010-м — уже 15 538, а в 2019-м — 18 535. Сегодня большая часть российских врачей, ставших эмигрантами, проживают в Израиле, США, Германии. Значительно меньше — в Великобритании, Латвии, Франции, Канаде, Норвегии, Чехии, Венгрии и Польше. Удивительно, но факт: в последние годы вырос врачебно-миграционный поток из России даже в Китай.
Недавно появился и новый адрес для медиков, желающих заработать: ОАЭ. По данным дубайской компании Volna, оказывающей услуги по релокации, за 2024 год 9 тысяч российских медиков подали заявки на переезд, а 500 специалистов активно готовятся к экзаменам для получения лицензии в ОАЭ. Для справки: в 2025 году из Первого Московского государственного медицинского университета имени Сеченова выпустили 3064 врача, из которых 758 — иностранцы из 55 стран мира. Рост числа российских врачей в ОАЭ объясняют не только увеличением российской прослойки в местном населении, привыкшей к «своим докторам», но и крупными инвестициями в медицину из России: только за последние два года в Дубае открылось 30 новых клиник, учрежденных инвесторами из бывшего СССР. В Эмиратах, конечно, жарко. Но в нынешнем августе средняя зарплата врача в ОАЭ составляет 8,5 тысячи долларов в месяц, а годовой доход — около 102 тысяч тех же долларов. С такими заработками можно потерпеть жару.
Но не будем заглядывать так далеко — посмотрим на врачебные заработки у соседей по бывшему соцлагерю. В Польше месячная зарплата врача-специалиста при 160 часах работы в неделю составляет 7,4 тысячи злотых нетто — 162 тысячи рублей. В Чехии врачу-интерну, вчерашнему студенту, платят 45 тысяч чешских крон — 172 тысячи рублей. В Германии, где жалуются на нехватку 5 тысяч врачей-терапевтов, им платят 350 тысяч евро в год. В Литве средняя зарплата врача составляет 2 тысячи долларов...
Тем временем у нас Пермский медуниверситет заявил о катастрофическом недоборе абитуриентов-целевиков: на 400 бесплатных мест было подано лишь 140 заявлений. Хотя в целом претендентов на белые халаты в регионе немало: 11 696 заявлений подали на все формы обучения, в том числе платные, из них 7622 — на бюджетные места. Но 400 мест были особые, на которых обучение оплачивает краевая больница, и по ее направлению выпускник потом должен отработать три года там, где укажут. Но желающих впасть в бедность в начале взрослой жизни все меньше, ведь даже в самой Перми, городе-миллионнике, зарплаты в поликлиниках города — 50 тысяч рублей, а голый оклад — 35 тысяч.
И так не только в Перми. Надо ли удивляться, что, по данным Минздрава, около 35% выпускников медицинских вузов и 40% выпускников колледжей, обучавшихся за счет госбюджета, ныне не работают по специальности, а государственным медучреждениям остро не хватает кадров? Хотя люди есть, и рынок частной медицины в России переживает период роста — по итогам 2024 года его объем достиг 1,57 трлн рублей, увеличившись в 2,7 раза с 2017 года.
По официальной отчетности Минздрава, в России числятся 558 тысяч врачей и 1,2 млн медработников среднего звена. Получается, кадровый дефицит небольшой — не хватает 4,5% врачей и около 5% медсестер-фельдшеров. А по различным данным, около 75-85% врачей в России работают более чем на одну ставку, тем самым перекрывая недостачу кадров. Причина массового совместительства проста: медикам не хватает денег на жизнь. Весной 2024-го сообщество «Врачи РФ» провело опрос, хватает ли зарплаты врачей на покрытие базовых потребностей. Результат удручающий: 57,5% опрошенных медицинских сотрудников ответили, что их дохода не хватает на еду, оплату жилья и даже на собственное лечение. А ведь речь идет не о лентяях и бездельниках: 79% участников опроса подтвердили, что работают более чем на одну ставку.
И в народе профессия медика — одна из самых уважаемых и почетных. Но если речь заходит о зарплатах, только 12% респондентов согласны выбрать для себя эту профессию, ниже только сельский тракторист. А на первом месте в этом рейтинге — госслужащий. Впрочем, по данным Счетной палаты, чиновники неплохо живут и в медицине: в 2023-м средняя доля административно-управленческого персонала в больницах и поликлиниках России составляла 31,9%, но на Сахалине и вовсе 61,1%, в ХМАО — 41,6%. Еще раньше Владимир Путин заявлял, что уровень зарплаты низшего персонала в медицине очень сильно зависит от того, «сколько у нас начальников и руководителей». С тех пор ситуация не сильно поменялась, за исключением того, что главврачам увеличили оклады: в среднем до 150 тысяч рублей — видимо, чтобы реже жаловались на неукомплектованность своих больниц и поликлиник.
В Саратовской области губернатор Роман Бусаргин даже заявил, что в нерешенности кадровых вопросов повинны сами медики-начальники. Поскольку региональные и муниципальные власти уже «ввели различные льготы и меры поддержки для работников медучреждений, в том числе по привлечению молодых специалистов». Однако до сих пор в ряде больниц ситуация не исправлена, и теперь глава региона пообещал по результатам 2025 года «принять решения по смене руководства».
Вместо послесловия
В России есть очень хороший и уже проверенный опыт преодоления кадрового дефицита в нужных для страны отраслях. Как сообщал еще год назад в Туле на форуме «Народного фронта» замминистра промышленности Кирилл Лысогорский, «за время проведения СВО на предприятия оборонно-промышленного комплекса страны пришли работать более полумиллиона человек». Но уточнил, что за это время средние зарплаты для работников оборонки выросли на 20-60%, объемы производства на предприятиях ОПК выросли в разы, а по ряду направлений — в десятки раз. Теперь Минздрав намекает, что пришла его очередь на государственную щедрость. Как заявил замминистра труда и социальной защиты Андрей Пудов, до 2030 года в медучреждения России требуется привлечь почти полмиллиона медработников. А вице-премьер Татьяна Голикова добавила, что за тот же период отрасли предстоит заменить более 800 тысяч медработников — значительную часть из-за выхода на пенсию. Для снижения кадрового дефицита в государственном здравоохранении предлагается увеличить контрольные цифры приема в медвузы, а также охват целевым обучением.
Но без денег на реальное повышение зарплат врачам поможет ли все это?
