Труд: И «седьмые» станут первыми

Главная Культура 00:20 30 Января 2015 1855

И «седьмые» станут первыми

Первое место по результатам январских сборов занимает фильм «Седьмой сын» - приключенческое фэнтези Сергея Бодрова-старшего

Елена Ищенко

Напечатать

Декабрь и январь, наверное, лучшее время для киноиндустрии: народ забивает кинотеатры, сборы зашкаливают. Но в топ — как, впрочем, и всегда — выбиваются американские блокбастеры, а не авторские драмы или российское кино. Почему так происходит и что делать, разбирается «Труд».

Кризис дает о себе знать: сборы за первый уик-энд 2015 года по сравнению с прошлым упали на 30%, хотя цифра все равно внушительная — 40 млн долларов. Но первый новогодний уик-энд — всегда рекордсмен по сборам, дальше они неуклонно падают, достигая минимума во время летних каникул. Эта статистика подтверждает все правила нашего кинорынка: главный зритель — подросток, главные фильмы — американские блокбастеры. Поэтому прокатчики авторского кино во время новогодних праздников берут передышку: на какую-нибудь драму Дэвида Кроненберга, режиссера известного и популярного, охваченные новогодней суетой школьники все равно не пойдут (да по новым законам их и не пустят — если 18 нет), предпочтя ей спецэффекты.

Что в итоге? Первое место по результатам январских сборов занимает фильм «Седьмой сын», приключенческое фэнтези... Сергея Бодрова-старшего! Зрелище хоть и масштабное, но вообще-то с художественной точки зрения третьесортное, с вполне предсказуемым сюжетом и не бог весть какими спецэффектами. Зато — 18,5 млн долларов кассы, притом что прокат еще не завершился. Мог бы Бодров думать о таком успехе, снимая драму «Кавказский пленник», романтический «Медвежий поцелуй» или биографического «Монгола»? Нет, да и вряд ли российские школьники пошли на «Седьмого сына» из-за любви к его творчеству.

Далее следуют боевик Ридли Скотта «Исход: Цари и боги» (17 млн долларов) и мультфильм «Три богатыря: Ход конем» (16,7 млн долларов). Последний выглядит на своем третьем месте совсем не странно: уже пять лет регулярно выходящие в серии «Три богатыря» мультфильмы окупаются в прокате. Видимо, продюсер Сергей Сельянов — едва ли не единственный в нашей киноиндустрии, кто знает путь к зрителю, делая при этом не кальку с американских комедий, а вполне самостоятельный продукт. Популярная комедия «Елки» в этом году сдала позиции, собрав всего 12 млн долларов, сильно уступив предыдущей части, получившей почти 40 млн долларов.

Но это популярное кино, а где же авторское, камерное, драматическое? Само собой, в конце списка. 15 января в прокат вышла драма молодого режиссера Оксаны Бычковой «Еще один год», отмеченная, кстати, призом на кинофестивале в Роттердаме. Итог — 30 тысяч долларов, всего 7 тысяч зрителей по всей России. 22 января — долгожданные, многократно анонсированные прессой «Две женщины» Веры Глаголевой, между прочим, с Рэйфом Файнсом — и что же? Картина собрала 40 тысяч долларов и 9,5 тысячи зрителей. Единственное, что можно сказать в утешение авторскому российскому кино: аналогичное зарубежное получает ненамного больше. Та же «Звездная карта» Дэвида Кроненберга с целой россыпью звезд (Джулианна Мур, Роберт Паттинсон, Джон Кьюсак, Миа Васиковска) заработала в нашем прокате 53 тысячи долларов, а фильм — победитель Каннского кинофестиваля «Зимняя спячка» Нури Бильге Джейлана (кстати, по Чехову!) — всего 15 тысяч долларов.

Министр культуры Владимир Мединский предлагает поддерживать наше кино радикально, постоянно выступая с одиозными инициативами, которые призваны убить сразу двух зайцев: поддержать и мораль, и индустрию. В частности — запретить мат и урегулировать прокат так, чтобы премьеры американских блокбастеров не совпадали с премьерами российских «фильмов-событий». Авторитет этих решений в профессиональной среде не слишком высок.

Мат после продолжительных протестов в кинематографической среде хочет вернуть даже высоконравственный Никита Михалков. Что касается второго предложения — оно на первый взгляд может показаться разумным, если не вникать в тонкости кинобизнеса. На самом деле оно в лучшем случае ничего не изменит, в худшем подпортит показатели бокс-офиса, которые в этом году, по прогнозам аналитиков, и без того упадут. Разберемся. Во-первых, что подразумевает Мединский под «фильмами-событиями»? Это отнюдь не «Две женщины» Веры Глаголевой и даже не «Левиафан» Андрея Звягинцева, это «А зори здесь тихие...» Рената Давлетьярова, ремейк знаменитого фильма Станислава Ростоцкого, переснятый к 70-летию Победы. Да, Давлетьяров — хороший продюсер, и законы кинорынка знает куда лучше Мединского, и, понятно, снимает такое кино, на которое зрители пойдут в любом случае, даже если рядом в расписании будет очередная серия «Мстителей».

Во-вторых, важно понимать, что у того же «Левиафана», ремейка «...А зори здесь тихие» и «Мстителей» разная аудитория. И работать нужно в первую очередь с ней, а не пытаться навязать свои принципы кинорынку, который все равно все перемелет и выведет на первое место какого-нибудь «Седьмого сына». Ни регулирование премьерных дат, ни квотирование российского кино здесь не поможет. Нужны другие меры. Можно, например, создать в больших городах кинотеатры российского фильма с дешевыми билетами или выделить квоту на городскую рекламу — чтобы рядом с огромными баннерами «Мстителей» висел и баннер «Двух женщин».

В-третьих, авторское кино мало где окупается. Это как опера, балет или музей: если хотите, чтобы эти направления развивались, не стоит требовать от них «эффективности» и «менеджерского подхода». «Левиафан» завоевал «Золотой глобус», номинирован на «Оскар». «Еще один год» Оксаны Бычковой получил приз на Роттердамском кинофестивале, а новый фильм Алексея Германа-младшего «Под электрическими облаками» едет на Берлинале. Такое кино — это достояние, и не стоит требовать от него миллионов в прокате. Но нужно требовать от себя. Вот вы когда последний раз были в кино? На какой фильм ходили?

Напечатать

Культура 00:20 / 03 Апреля 2026 37526

Просто взять и заколотить Кижи

Почему горят шедевры деревянного зодчества Карелии?

Ирина Смирнова

Труд

Всем памятна трагедия с Успенской церковью в Кондопожском районе Карелии. Храм пережил годы гонений на церковь, войну, оккупацию, но выстоял. А в 2018 году жемчужина деревянного зодчества сгорела дотла. Как выяснилось,...