Сегодня мы точно знаем, на чем держится экономика России: на нефти и газе
Наше все
Стало правилом хорошего тона употреблять слово «нефть» в неблагозвучных сочетаниях: «нефтяная игла», «нефтяная зависимость». Но представьте на минуту, что природа нас обделила и Россия осталась без нефтяных и газовых месторождений. Каково? Брр, даже шутить так не хочется.
А все потому, что в прошлом году российские доходы только от экспорта нефти составили сумасшедшую сумму — 171,7 млрд долларов, от экспорта нефтепродуктов — 91,3 млрд долларов. Газовый экспорт добавил еще 58,5 млрд долларов. Общий итог — 321,5 млрд долларов.
Для сравнения: экспорт оружия — лучшее, что мы умеем делать, — в самые удачные годы приносил стране 13-15 млрд долларов, то есть в 20 раз меньше! При этом учтем: во всей нефтегазовой отрасли занято примерно 1,6% экономически активного населения страны, а в оборонно-промышленном комплексе — в 15 раз больше.
Добавим, что нефтегазовые доходы сегодня составляют более половины (около 53%) всех доходов федерального бюджета — а это превышает общегосударственные расходы на финансирование всей социальной сферы. То есть деньги на науку, образование, здравоохранение, зарплаты бюджетникам и пособия инвалидам, триллион рублей на пополнение Пенсионного фонда и так далее — все это так или иначе пополняется за счет заработанных нефтяниками и газовиками нефтедолларов.
Так что когда известные политики, высокие чиновники и маститые эксперты — кто с горечью, а иные со злорадством — говорят о нефтегазовом проклятье России, то эти слова надо делить на 16. Ибо в чем-то они, наверное, правы: нефтяная рента развращает, расслабляет, тормозит прогресс. Но неизвестно, что стало бы со страной и всеми нами без опоры на природные богатства.
Конечно, нам повезло не только с богатством отечественных недр, но и с мировыми ценами. Особенно в последние 12 лет: если в 2000 году нефтегазовые доходы страны составили всего лишь 52 млрд долларов, то уже в 2008-м они оказались в шесть раз больше. Потом был небольшой провал из-за кризиса, но буквально на днях министры финансов «большой семерки» (США, Канада, Япония, Германия, Великобритания, Франция и Италия) выступили с заявлением об опасности нового подорожания углеводородов.
Никто не скажет, что все эти годы нефтяники и газовики сидели с раскрытыми ртами в ожидании дармовых галушек. В 1992 году в России было добыто около 300 млн тонн нефти, а ныне добывается более 500 млн тонн. Росла и добыча газа. Все это — заслуга наших людей, отечественных компаний, государственных и частных. Улучшается и переработка: уже сегодня глубина нефтепереработки на российских заводах составляет 72%, хотя в СССР она не превышала 60%. Правда, в Европе этот показатель составляет 85%, в США — 96%.
Но «Роснефть» обещает за несколько лет догнать Европу, и есть все основания верить ей и ее лидеру Игорю Сечину. За «Роснефтью» подтягиваются и другие компании.
Ошибется и тот, кто считает, что львиная доля доходов отрасли уходит в карманы олигархам. Налоговая нагрузка на нефтяной бизнес крайне высока. Например, при экспорте сырой нефти предельная ставка налогообложения составляет 85-86%: при росте мировых цен на доллар 86 центов из него уходит в государственную казну.
Кстати, надо бы поддержать курицу, которая несет золотые яйца. Глава «ЛУКОЙЛа» Вагит Алекперов в интервью Financial Times высказал опасение, что при сохранении налоговой нагрузки добыча нефти в России начнет падать с 2016 года, ибо действующие промыслы истощаются. В Ханты-Мансийском округе, который дает более половины российской нефти, пик добычи прошел в 2007 году. В Ямало-Ненецком округе (второе место по нефтедобыче) началось уже не снижение, а падение (с 42,4 млн тонн в 2004 году до 23 млн тонн в 2011-м).
Правда, растет добыча в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке — почти втрое за последние пять лет. Но для дальнейшего развития требуется практически с нуля создавать промышленную и транспортную инфраструктуру, на что нужны деньги, много денег. Еще больше инвестиций потребует освоение арктического шельфа, к которому приступила государственная «Роснефть». Выгода обещает быть колоссальной: по самым скромным оценкам, российская часть Арктики хранит в своих недрах более 100 млрд тонн нефти и газа (в нефтяном эквиваленте) — на 200 лет при нынешних темпах добычи.
Нефтяная отрасль сегодня находится у стратегической развилки, где решается ее дальнейшая судьба: останется ли она фундаментом государственной части экономики или перейдет в частные руки. Когда-то перед аналогичным выбором оказался газовый комплекс. Его предлагали раздробить на несколько частей и приватизировать — что уже тогда происходило с нефтяной отраслью. Но выступил глава «Газпрома» Рем Вяхирев и заявил, что общероссийский газовый комплекс создавался как единый организм и таким должен остаться. К Вяхиреву прислушались.
Время показало, кто был прав. Несмотря на многие очевидные недостатки этого решения, в самые трудные годы государственный газовый монополист был основой экономической и даже политической мощи России. Его стабилизирующую роль в отечественной экономике трудно переоценить и сегодня. Что не мешает росту независимых газовых компаний на внутреннем российском рынке — они уже занимают здесь долю в 25%.
Аналогичный комплекс ныне создается в нефтяной отрасли. В основе его госкомпании «Роснефть», «Транснефть» и «Роснефтегаз», к которым примыкает «Газпромнефть» и «Зарубежнефть». Именно они сегодня реализуют государственную политику, которой следуют частные гиганты «ЛУКОЙЛ», «Сургутнефтегаз», «Татнефть» и компании поменьше. Это не американская система, при которой львиная доля нефтяного рынка принадлежит малому и среднему бизнесу. Но из всех государств с рыночной экономикой лишь в США и России цены на бензин держатся на приемлемом уровне в 1 доллар за литр. Есть и другие преимущества.
В российском правительстве сегодня все громче звучат призывы к срочной приватизации базовых государственных активов, прежде всего энергетических. Причем не к «народной приватизации», при которой собственниками общероссийских богатств стали бы сотни тысяч и миллионы сограждан, но к распродаже большими ломтями, после которой владельцами лучших частей экономики страны станут десяток-другой новых или старых олигархов. Нам это нужно?
В канун праздника наш корреспондент связался с лауреатом международной премии «Глобальная энергия», директором новосибирского Института геологии нефти и газа Сибирского отделения РАН Алексеем Канторовичем. Он был одним из тех, кто принимал непосредственное участие в открытии и освоении российских природных богатств.
— Я недавно на мировом геологическом конгрессе говорил о ресурсах шельфа в Арктике, — рассказал нам Алексей Эмильевич. — Так вот, наш российский сектор — самый богатый нефтью и газом. Это Штокмановское месторождение в Баренцевом море, Ленинградское и Русановское в Карском море и так далее. И это правильно, что «Роснефть» сегодня планирует работать в Арктике. А что такой выдающийся геолог, как Николай Павлович Лаверов, возглавил направление, — просто удача. Попомните мои слова: Арктика будет кормить нас нефтью и газом в середине ХХI века и далее.
— Сегодня не все разделяют вашу уверенность.
— И это тоже хорошо. Потому что и скепсис бывает продуктивен: заставляет доказывать то, во что веришь. Российская нефтяная эпоха началась 80 лет назад. Тогда на выездной сессии Академии наук СССР в Свердловске и Новосибирске Иван Михайлович Губкин впервые предложил искать нефть в Западной Сибири. Тогда тоже многие коллеги к идее отнеслись скептически, называли ее научной фантазией. Академика Губкина спросили, сколько может быть нефти в заболоченной Западной Сибири. Он ответил: «Хватит всей стране на десятки лет вперед!» Прогноз оправдался на сто процентов. Можно сказать, что сначала Советский Союз, а теперь Россия живут научной фантазией академика Губкина.
— Сколько нефти уже добыто в Западной Сибири?
— Могу сказать про Югру, как местные жители теперь называют самый богатый углеводородами Ханты-Мансийский автономный округ. Там как раз к нашему профессиональному празднику приурочили добычу
— Что скажете работникам отрасли по случаю праздника?
— Пользуясь случаем, поздравляю через газету «Труд» коллег-нефтяников и газовиков, геологов, буровиков, операторов. И всем нам хочу пожелать открывать больше новых месторождений. Мы уже 20 лет неоправданно мало инвестируем в геологоразведку. И это привело к тому, что в некоторых районах добыча падает. Мы прикрываем это открытиями, сделанными тоже в советское время на востоке страны, но этого, к сожалению, надолго не хватит. Во всяком случае не получится выйти на показатели рекордного 1987 года, когда было добыто 570 млн тонн сырой нефти.
— Но вы начали разговор с шельфа...
— Одно другому не мешает. Надо и в Арктику идти, и наращивать геологоразведку в Западной Сибири. Дело в том, что нефтяные деньги очень длинные: с момента открытия месторождения до выхода на рентабельность проходит не меньше 10 лет. Надо построить нефтепровод, создать промысел, пробурить десятки и сотни скважин, которые стоят миллионы долларов, создать дороги и инфраструктуру. Если это все не будет работать многие десятилетия, месторождение не окупится. В советские времена качать нефть начинали, только когда имели на месторождении обеспеченный запас на
Голоса
Егор Пономарев, 24 года, главный специалист отдела сопровождения бурения ЗАО «Ванкорнефть», родом из Томска
— Мне повезло, что стал нефтяником. Хотя по первому образованию я специалист по сверхчастотным излучениям. Стараюсь применить свои знания в работе с приборами буровых. Хочу научиться понимать любое отклонение в показаниях и выдавать рекомендации. Примерно как хороший пульмонолог ставит диагноз по хрипам в легких пациента.
Руслан Кутко, 24 года, ведущий инженер Управления нефти и газа ЗАО «Ванкорнефть», родом из Стрежевого
— Я вырос в нефтяном городке, где профессия нефтяника считается самой мужской. Я с детства считал, что быть нефтяником круто. И сейчас так думаю. То, что я делаю, — это верх реализации для меня. Нефть — это круто!
Эльдар Валиев, выпускник Института нефти и газа СФУ
— В студенческие годы я дважды был на добыче в Заполярье. Мне практика очень нравится. Мы даже в вузе организовали научное сообщество, где занимаемся разными полезными вещами — проводим исследования наростов на нефтяных трубах, изобретаем инновационные фильтры. Надеюсь, эти знания мне помогут осваивать новые месторождения.
Орден Эдуарду Худайнатову
.jpg)
Накануне профессионального праздника нефтяников первый вице-президент ОАО «НК «Роснефть» Эдуард Худайнатов получил из рук президента Владимира Путина орден «За заслуги перед Отечеством» IV степени.
Трудовая деятельность Эдуарда Юрьевича неразрывно связана с нефтегазовой отраслью. Он работал заместителем главы администрации города Нефтеюганска, первым заместителем главы Нефтеюганского района, главой администрации поселка Пойковский. С 2000 по 2003 год — федеральный инспектор по Ненецкому автономному округу аппарата полномочного представителя президента РФ в Северо-Западном федеральном округе.
В ОАО «НК «Роснефть» Эдуард Худайнатов занимает руководящие посты: с 2008 года — вице-президента, с января 2009-го — первого вице-президента. С сентября 2010-го по май 2012-го — президент ОАО «НК «Роснефть».
Как говорится в официальном сообщении ОАО «НК «Роснефть», под его руководством компания добилась роста основных производственных показателей. При участии Худайнатова был дан старт целому ряду стратегических проектов, определивших вектор развития «Роснефти» на десятилетия вперед. В их числе — заключение соглашений о стратегическом партнерстве с ведущими мировыми энергетическими корпорациями по совместному освоению Арктического, Черноморского и Дальневосточного шельфов России, выработка новых подходов к проблемам охраны окружающей среды и инновационного развития, реализация масштабной инвестиционной программы по модернизации нефтеперерабатывающих заводов. «Роснефть» вышла на европейский рынок нефтепереработки, приобретя 50-процентную долю Ruhr Oel GmbH, владеющей долями в четырех НПЗ на территории Германии. Большие перспективы открывают проекты по участию в разработке нефтяных месторождений в Венесуэле.
Как подчеркивается в сообщении, достижение данных результатов стало возможным благодаря активному участию «Роснефти» в проведении политики государства в сфере ТЭК.
День нефтяника на страницах газеты «Труд» в прошедшие десятилетия
1965 год
1970 год
1975 год
1980 год
