По мере приближения к летним Олимпийским играм ситуация по поводу участия в них российских легкоатлетов меняется едва ли не каждый день. Меняется настолько быстро, что порой повороты сюжета этой олимпийской истории не в силах сразу и однозначно прокомментировать даже специалисты, участвующие в этих событиях.
Неделю назад пессимисты говорили об угрозе не допуска российских атлетов (всех видов спорта) в Рио вообще. А оптимисты высказывали надежду, что наших легкоатлетов если допустят хотя бы не под флагом России, а под эгидой МОК, то на эти условия следует соглашаться.
Но вот 21 июня пришла новость из Лозанны. Президент МОК Томас Бах заявил, что IAAF может рассмотреть вопрос участия российских легкоатлетов в индивидуальном порядке. То есть, ведущие российские представители королевы спорта могут в индивидуальном порядке, либо сразу большой группой, подать совместный иск в Спортивный арбитражный суд в Лозанне после чемпионата России, который сейчас проходит в Чебоксарах. Как известно, Елена Исинбаева, Сергей Шубенков и другие наши ведущие атлеты из числа мировых лидеров не допускались на участие в Олимпиаде, несмотря на то, что никто из них никогда не был уличен даже в применении «легких» стимуляторов из числа запрещенных. В то время как та же Юлия Степанова, имеющая в своем послужном списке двухлетнюю дисквалификацию за махинации с составом ее крови, оформила себе путевку в Рио, еще даже не выполнив олимпийский норматив. Странная, надо отметить, ситуация! Это несоответствие логики объясняется лишь тем, что Исинбаеву и Ко отстраняли «за компанию» с остальной российской сборной, которая (как заявляли некоторые чиновники мирового спорта) «ввела тотальную систему по применению допинга». О какой системе идет речь — не совсем понятно. Например, та же Исинбаева большую часть года проживает и тренируется в Волгограде в составе группы Евгения Трофимова, отдельно от всей сборной России. И, видимо, вне какой-либо системы. Тем не менее, и ей угрожали отстранением от Рио.
Впрочем, печальный опыт нас научил не торопиться с оптимистичными прогнозами. Так что даже сейчас не будем преждевременно говорить о поездке Шубенкова и Исинбаевой в Рио, как о деле решенном. Хотя они сейчас в Чебоксарах значительно превысили олимпийские нормативы, согласно которым допускают на главный старт четырехлетия.
При этом, появилась надежда, что российские сильнейшие легкоатлеты поедут в Рио не (или, не только) под олимпийским флагом, но и под российским триколором. Правда, практика показывает: для подачи документов в Спортивный арбитражный суд требуется платить от пяти тысяч евро. Но такие расходы в таких особых случаях — дело вполне житейское. К тому же, есть надежда, что все эти траты на себя возьмет ОКР или другая мощная структура.
Но как вообще мировой спорт дошел до того, чтобы угрожать дисквалификацией ничем и нигде не запятнавших себя спортсменов?! Вот что сказал «Труду» Валерий Борзов, двукратный олимпийский чемпион, член МОК, вице-президент НОК Украины:
— Позиция МОК — нулевая толерантность ко всем, кто уличен в применении допинга. А если участвует в этом и государственная структура, то принимать санкции и в отношении целых федераций. Но лично я в свое время заявлял (в том числе и «Труду»), что наказания в подобных случаях должны быть адресными. А тех, кто не виновны, наказывать неправильно и неприлично. Я и сейчас придерживаюсь мнения, что юридически правильно было бы наказывать пофамильно тех, кто уличен в применении допинга. С другой стороны, если ловят 5-6 или больше представителей какой-либо страны, то доходит дело и до отстранения национальной федерации. Такие примеры в истории разных видов спорта были. Но если в подобных случаях дисквалифицировать спортсменов, которых на применении допинга не ловили, то что же получается? Невинный человек из своей жизни теряет несколько лет напряженной работы.
.jpg)
Валерий Борзов с женой - четырехкратной олимпийской чемпионкой Людмилой Турищевой - во время последнего приезда в Москву
Уже появляются реплики, что в случае дисквалификации всей федерации невиновные россияне могут все-таки выступить под знаменем МОК. Или их еще раз многократно проверят на допинг и потом все-таки допустят до соревнований в Рио.
Окончательного решения еще нет, потому и еще преждевременно все это предметно обсуждать. После того, как МОК и ВАДА примет дальнейшие решения, имеет смысл продолжать наш разговор. Я как представитель МОК буду готов прокомментировать конкретную ситуацию.
И все же, при подробном ознакомлении с мильдониевыми и прочими историями не перестаю удивляться предвзятости именно к российским атлетам. Как могло получиться, что нелепые фильмы Хейо Зеппельта, изобилующие громкими заявлениями без единого аргумента, вдруг стали на полном серьезе изучать солидные люди из МОК, ВАДА и ИААФ? И даже на их основе выносить какие-то решения! Почему уже на первом этапе этой информационной войны наши чиновники не пустили в бой «серьезную артиллерию»?
Эту ситуацию прокомментировала «Труду» олимпийская чемпионка, депутат Госдумы Светлана Журова:
— В какой-то мере они (международные спортивные организации — «Труд») усыпили нашу бдительность. Они нам говорили: «Вы выполните вот эти требования, и тогда мы вам точно, «кровь из носу» обещаем решить ваш вопрос положительно. Даже если какие-то самые сложные пункты требований окажутся непосильными к выполнению, мы все равно оценим и засчитаем ваши усилия». И в итоге мы изза своей доверчивости получили большие проблемы.
.jpg)
«Мы из-за своей доверчивости получили большие проблемы»
Хотя, например, вполне можно было решить даже проблему с этими российскими закрытыми городами, в которых допинг-офицеры не могли взять пробы у российских атлетов. В моей спортивной карьере были похожие примеры. 20 лет назад, когда РУСАДА еще не существовало, у нас брали пробы только иностранные офицеры. Я тренировалась на стадионе, и заранее им сообщила название этого стадиона. Но пригрело солнце, и от сильной жары я пошла бегать в ближайший парк. Комиссары прибыли на стадион. Им сказали, что Журова в парке. Те комиссары, уподобляясь нынешним, могли бы ведь зафиксировать, что Журовой не оказалось в условленном месте. Но они пошли в парк, нашли меня и спросили: «прямо сейчас возьмем пробу или после тренировки?» Они ждали два часа, взяли пробу и уехали. Хотя они не обязаны были поступить именно так. Но эти люди подошли к ситуации с человеческой позиции. А сейчас в этом и других вопросах нельзя не заметить предвзятое отношение к нам. Иностранные допинг-офицеры сами рассказывали, что не застав на условленном месте кого-то из спортсменов других стран, прощали им, списывая на «обычную для чемпионов безалаберность». Но к российским ломились в шесть утра, и если человек не открывал сразу (а ведь у него могла быть девушка в гостях или слишком крепкий сон), готовы были сразу сообщать о нарушении спортсменом требований ВАДА. Мы наблюдаем политику двойных стандартов, к сожалению.
