- От счастья у вас должна кружиться голова – столько подарков. Эйфорию ощущаете?
– На самом деле этот год выдался очень разным – в чем-то счастливым, а в чем-то и достаточно трагичным. Причем в абсолютно равных пропорциях. Какие-то вещи в моей жизни определились, а какие-то запутались. В профессии все стало понятнее, а вот в личной жизни появились сложности.
– Заботы, связанные с рождением второй дочери, не отвлекут вас от карьеры, которая стремительно идет в гору?
– Рождение ребенка придаст мне сил. Когда появилась первая дочь Маша, я очень хотел работать. Кстати, когда я получал «Нику», то в первую очередь поблагодарил Машу. Хотя дочка не видела фильм «Дикое поле» (она еще маленькая – ей всего пять лет), но она у меня спрашивала: «Папа, а про что твое кино?» Когда я стал ей объяснять, то получился пересказ сказки про доктора Айболита, к которому пришла корова, лиса… Как известно, у отца не сразу срабатывают все инстинкты, как у матери, а поступательно, и вот я сейчас ощущаю себя настоящим отцом. У меня есть большое желать жить так, чтобы дочкам было не стыдно за меня. Сына тоже хочется, но ведь это такая ответственность! Надо все время быть примером для сына, таким крутым мужчиной, а с девочками можно быть не отцом, а просто папой.
– Вы назвали младшую дочь Алисой. Нравится сказка Льюиса Кэрролла и ее героиня?
– Мне нравятся имена с литературным корнем. Вот к своему имени я до сих пор не могу привыкнуть: какой я Олег, что за Олег? Даже странно. Очень комфортно мне было с именем Митя, когда снималась картина «Дикое поле». В другом фильме я был Гришей – тоже неплохо. Ну, Костя – ничего. А Олег – типа Игорь, какой-то квадрат, без всякой фантазии. Правда, в Европе с моим именем находиться довольно удобно. Меня там называли Олик (как в мультике «Лелик и Болек»), В Италии и в Каннах, бедные, все мучились с фамилией режиссера Калатозишвили, и в этом плане со мной им было проще.
– Но у Михаила Георгиевича Калатозившиви итальянские корни. Может, и в ваших жилах течет горячая южная кровь? Ведь у вас такой яркий темперамент, темные выразительные глаза.
– У Михаила Георгиевича бабушка итальянка. Во мне же много намешано всяких кровей, но итальянской нет. Мой отец Владимир Сергеевич Долин, как недавно выяснилось, принадлежит к древнему дворянскому роду князей Туроверовых. Теперь ему все время звонят из Дворянского собрания и приглашают на всякие там балы, но он не ходит. Кстати, среди князей Туроверовых был известный казачий атаман, да еще и поэт. Никита Михалков в одной из телевизионных передач читал стихи моего предка - ведь он же любит все русское, казачье! Я очень похож на своего отца как внешне, так и внутренне. Вот только не унаследовал его математический ум и страсть к науке (отец – профессор физико-технических наук), но разность профессий не мешает нам с отцом быть очень близкими людьми. Сейчас мы живем по соседству и часто встречаемся, разговариваем. Он для меня не только близкий человек, но и большой авторитет.
– Ваша мама Вероника Долина на презентации своего поэтического сборника сказала фразу, которая мне запомнилась, – что она является большой почитательницей вменяемости. Вам передалось это качество – трезвость и ясность ума, стиля, жизненных ориентиров?
– Правильно мама сказала. Глубинный культурный человек мне намного ближе, чем случайно заглянувший в искусство, пусть даже очень талантливый. В детстве, если мама начинала меня хвалить, казалось, что грянет гром или начнется цунами. Благодаря маминой строгости я отношусь к себе достаточно трезво и даже критично.
– В отличие от вашего героя Мити, который очень одинок, у вас большая и дружная семья. Наверняка это так здорово, когда есть старший брат и младшая сестра, и мама-поэт, и папа-ученый, и две дочки?
– У меня даже не один брат, а несколько. Конечно, большая семья – это счастье. Любовь к близким дает силы и опору. Брат, еще брат, сестра и большой пес в доме, как пела моя мама, – об этом можно мечтать. Большая семья – еще и залог здоровья. Хотя наша мама – женщина с характером, но при этом мы все ее обожаем. Да и брат Антон очень часто критикует мои работы. Когда Антон посмотрел мой фильм, который будет показан на «Кинотавре», он честно мне сказал, в каких местах я сыграл хорошо, а в каких – непростительно плохо.
– С сестрой Асей вы играете в музыкальной группе?
– В группе «Трепанга», с которой мы ездим на гастроли, выступаем в клубах, играем этакий издевательский готический рок. Музыку сочиняем сами на стихи Бернса, Киплинга, Стивенсона. Во вторую группу «Гренки» вхожу я, мой друг – замечательный актер Женя Цыганов и еще наши друзья-актеры. «Гренки» предпочитает более дурашливую, бестолковую музыку.
– Гитару на съемки берете?
– К гитаре я отношусь прохладно и на съемки ее не беру. Люблю барабан, контрабас, ну, бас-гитару. Но когда мама поет под гитару, то очень люблю ее слушать. Мама – хранительница традиций Окуджавы, Галича, когда эти маленькие песенки – целые миры.
Наше досье
Олег Долин родился 26 апреля 1981 года в Москве. Его мама Вероника Аркадьевна – известный поэт, композитор и бард, отец Владимир Сергеевич – ученый-физик, выходец из княжеского рода Туроверовых. Окончил Щукинское училище, в 2003-м был принят в труппу московского театра «Школа современной пьесы». Отец двух дочерей, младшая, Алиса, родилась в апреле 2009 года.
16:16
Знак качества от WBA
12:24
1737 АЗС для Pulsar
