Труд: Налоговая мина рванула на АЗС

Главная Экономика 00:14 08 Июня 2018 3656

Налоговая мина рванула на АЗС

Почему растут цены на топливо?

Напечатать

Туапсинский НПЗ «Роснефти» может служить примером комплексной модернизации. Фото пресс-службы ПАО «НК «Роснефть»

Резкий рост цен на бензин в России стал первым серьезным вызовом для нового Кабинета министров. По информации Росстата, если 28 апреля средняя потребительская цена топлива составляла 40,43 рубля за литр, то уже к 14 мая она возросла до 41,28 рубля (то есть более чем на 2% всего за две недели). И это при том, что в 2017 году автолюбителям на АЗС в среднем приходилось платить 36,37 рубля за литр. Такой резкий рост цен на бензин вполне ожидаемо вылился в явное недовольство граждан и бизнеса.

Символический жест

В итоге профильный вице-премьер Дмитрий Козак провел на прошлой неделе совещание с крупнейшими нефтяными компаниями относительно ситуации на рынке нефтепродуктов. Чиновники и нефтяники нашли общий язык и договорились сдержать рост цен на топливо. Взамен Кабинет обещал нефтяным компаниям с начала июня снизить акцизы на 3 тысячи и 2 тысячи рублей за тонну бензина и дизтоплива соответственно.

Напомним, что с 1 января 2018 года ставка акцизов на бензин экологического класса 5 составляла 11,2 тысячи рублей за тонну, на дизельное топливо — 7665 рублей за тонну. Хотя при оптовой цене топлива около 50 тысяч рублей за тонну (с учетом акциза) снижение акциза на 2-3 тысячи рублей — лишь символический жест.

По оценкам экспертов, это снизит оптовые цены на топливо в пределах 2,2-2,5 рубля за литр, пишет РИА «Новости». Но в рознице, по оптимистическим прогнозам, бензин может подешеветь максимум на рубль, а скорее всего, вообще не подешевеет.

«Объявленное снижение акцизов по бензину и по дизельному топливу позволит остановить рост оптовых цен, но на розничных ценах никак не отразится, — убежден генеральный директор агентства «Аналитика товарных рынков» Михаил Турукалов. — Есть очень высокая вероятность того, что розничные цены на бензины и дизельное топливо еще несколько месяцев будут расти. Потому что даже если сейчас стабилизировать биржевые цены, заправочные станции, покупая товар, будут иметь убыток несколько рублей с каждого проданного литра топлива. Соответственно, пока этот убыток в несколько рублей не будет компенсирован за счет повышения цен, говорить о стабилизации розничных цен, к сожалению, нельзя».

По словам директора «Инфо-ТЭК Терминал» Рустама Танкаева, чтобы смягчить кризис в его самый острый период, правительство России традиционно перехватывает управление рынком бензина и дизельного топлива. «Однако каждый раз, — добавляет эксперт, — когда у правительства в руках оказываются рычаги управления, оно забывает своевременно вернуть их назад и управляет рынком до тех пор, пока на нем не образуется дефицит и не начнутся скачки цен. После этого создается правительственная комиссия. Правительственная комиссия тут же решает все вопросы. Цены остаются достаточно высокими, но при этом все-таки перестают скакать. Я напомню, что в острые моменты бензиновых кризисов за один день цены поднимались в два раза. Сейчас об этом уже подзабыли, потому что последний раз это было 10 лет назад, в 2008 году».

«В связи с таким административным регулированием, — продолжает Танкаев, — только за последний год производство бензина у нас снизилось на 2%: доля нефти, которая перерабатывается на бензин, сократилась с 95 до 80%. То есть никто не хочет производить бензин. А потребление выросло на 3%. На рынке возникает дисбаланс, который и приводит к образованию дефицита».

Еще одна причина роста цен — высокий спрос со стороны аграриев. В стране полным ходом идет посевная. И неслучайно в начале этой недели «Роснефть» выступила организатором встречи по вопросам стратегического развития сельского хозяйства и устойчивого обеспечения топливом субъектов РФ. Во встрече приняли участие глава компании Игорь Сечин, министр сельского хозяйства Дмитрий Патрушев и ряд губернаторов. В ходе встречи обсуждались вопросы обеспечения нефтепродуктами отечественных сельхозпроизводителей, а также ситуация с ростом цен на топливо на внутреннем рынке. Участники встречи подчеркнули, что «Роснефть» — это единственная крупная нефтяная компания, которая приняла ответственность за обеспечение нефтепродуктами внутреннего рынка и продолжает инвестировать в модернизацию НПЗ, развитие инфраструктуры мелкооптовой и розничной торговли.

Как отметили в пресс-службе крупнейшей нефтяной компании, «осознавая ответственность по устойчивому обеспечению моторными топливами регионов России, «Роснефть» осуществляет резервирование нефтепродуктов для поставок в адрес российских сельхозпроизводителей (многие заводы компании находятся в глубине страны и исторически ориентированы на обеспечение топливом аграрных районов). Однако аграрные предприятия не выбирают свои квоты: за четыре месяца этого года при резерве в 280 тысяч тонн моторных топлив аграрии выбрали только 111 тысяч тонн (меньше 40%)».

Кстати, что касается уровня потребления, сейчас в России он составляет 0,46 тонны на душу населения в год. Для сравнения: в Канаде, стране с таким же климатом и такими же большими расстояниями перевозок, потребление составляет 1 тонну 750 килограммов в год на душу населения.

То есть нам расти есть куда. Главное, чтобы к тому моменту, когда станет выше уровень потребления, в России были достаточные производственные мощности и нефтепереработка оставалась рентабельным бизнесом. А вот обеспечить такие условия, оказывается, не так уж и просто.

Опасные маневры Минфина

По данным Федеральной антимонопольной службы (ФАС), доля налогов (акцизы, НДПИ, НДС) в цене каждого проданного литра топлива увеличивается из года в год и сейчас составляет 65-70%. Исходя из этих цифр чистая себестоимость бензина для нефтяников, включающая в себя стоимость добычи нефти, ее переработки, доставки, амортизации и прибыли, — 14-15 рублей за литр. Для сравнения: обычная вода в продуктовом магазине стоит дороже.

Эксперты сходятся во мнении, что дефицит топлива на российском внутреннем рынке является результатом фискальной политики — так называемого налогового маневра, который действует в нефтяной отрасли с 2014 года. Смысл этой политики в следующем: для нефтяников повышается налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ) и одновременно снижается экспортная пошлина. Повышение НДПИ влечет за собой увеличение внутренней цены на нефть и, соответственно, внутренней цены бензина.

Однако Минфин заявляет, что не намерен отказываться от завершения налогового маневра в 2019-2024 годах. По словам чиновников ведомства, уже в первый год завершения маневра дополнительные доходы бюджета составят 80 млрд рублей и будут расти ежегодно на 75-79 млрд, а в год окончания составят целых 470 млрд рублей. Итоговая цена вопроса — 1,6 трлн рублей.

При этом нефтяники утверждают, что предусмотренная налоговым маневром полная отмена к 2024 году экспортных пошлин, главного инструмента защиты внутреннего рынка, будет означать неизбежное выравнивание внутренних и мировых цен и их реальное повышение внутри России минимум в 1,5 раза в сегодняшних ценах. То есть до 65-70 рублей.

«Минфин на ходу меняет правила игры, — отмечает известный экономист и публицист Никита Кричевский. — Вообще-то налоговый маневр предполагал, что с повышением НДПИ акцизы будут снижаться, дабы цены на топливо не росли. Однако в реальности акцизы не только не снизились, но, наоборот, выросли. Сегодня акциз составляет 11 тысяч рублей за тонну бензина и 7 тысяч рублей за тонну дизтоплива. Если бы Минфин отвечал за свои слова, акциз был бы 4-4,5 тысячи рублей за бензин и 2,5 тысячи рублей — за дизтопливо».

«Налоговый маневр утвердили в его первоначальном формате в конце 2014 года, — говорит Турукалов, — и вскоре появился график изменения акцизов, он был прописан в Налоговом кодексе от 2015 года. Согласно этому графику, с 2017 года акцизы на бензин и дизтопливо должны были существенно снижаться. В той старой версии Налогового кодекса устанавливался акциз, который был примерно в 2 раза ниже текущего акциза на автомобильный бензин. То есть сейчас это где-то 11,2 тысячи, а тогда это было менее 6 тысяч рублей на тонну. И если бы в 2018 году действовал старый акциз, который изначально планировался, это позволило бы поддержать нефтеперерабатывающие заводы. Вместе со снижением пошлин снижались бы и акцизы. НПЗ выгоднее было бы перерабатывать сырье и поставлять нефтепродукты на внутренний рынок».

«Снижение акцизов тогда рассматривалось как способ поддержки нашего внутреннего покупательского спроса, — продолжает эксперт. — Ведь очевидно, что снижение экспортных пошлин открывает границы, все больше нефти и нефтепродуктов начинает уходить на экспорт, и, соответственно, снижение пошлин частично должно компенсироваться падением акцизов. И если бы в текущей конъюнктуре мирового рынка, то есть при 75 долларах за баррель и 62 рублях за доллар, действовали акцизы, установленные в кодексе 2015 года, то внутренний рынок был бы куда интереснее для производителей».

Задушили налогами

Однако налоговая нагрузка на производителей росла из года в год. 1 января 2018 года акцизы на бензин повысились на 6,5%, на дизель — на 8,5 %. При этом до мая цены на моторное топливо выросли не так значительно (в итоге даже сложилась парадоксальная ситуация, когда на рынке оптовые цены превышают розничные). Следовательно, нефтепереработчики, несмотря на нерентабельность производства, сдерживали рост цен.

Как утверждают эксперты, доходы от реализации нынешней фискальной политики, естественно, получает бюджет. Однако в жертву приносится целая отрасль российской экономики — нефтепереработка. Фактически мы имеем дело с последовательным системным стимулированием сокращения переработки в пользу максимизации экспорта сырья.

«Если еще несколько лет назад нефтеперерабатывающие заводы работали с маржей порядка 10%, то сегодня благодаря так называемому налоговому маневру доходность переработки не просто обнулилась, а ушла в глубокий минус. По заводам, расположенным в европейской части страны, убыток составляет порядка 17%. Поэтому, если бы государство хотело по-настоящему снизить цены на бензин, оно бы пересмотрело фискальную политику», — говорит директор аналитического департамента инвесткомпании «Альпари» Александр Разуваев.

Несмотря на сложившуюся в результате изменений в фискальном регулировании ситуацию, компаниям необходимо вкладывать значительные средства в модернизацию производства. «Роснефть», например, проводит беспрецедентную программу по модернизации своих НПЗ объемом 1,4 трлн рублей. Как сообщают в компании, «850 млрд из этой суммы уже инвестировано, построены и модернизированы 22 основные установки и комплексы нефтепереработки, причем вся произведенная на них продукция поставляется на внутренний рынок».

Учитывая расходы на переработку, совершенно очевидно, что реализация топлива не приносит нефтяникам сверхдоходов. Потери нефтепереработчиков достигают 3 тысяч рублей на тонну дизельного топлива и 7 тысяч рублей на тонну бензина АИ-92.

«Обнуление экспортных пошлин, задуманное Минфином, — отмечает Кричевский, — приведет к тому, что нефтяникам останется только отказаться от переработки сырья в России, плюнуть на средства, вложенные в модернизацию НПЗ, закрыть их или хотя бы законсервировать до лучших времен (а между тем на российских заводах работают более 100 тысяч человек) — в надежде, что когда-нибудь в финансовое ведомство придут другие люди, которые иначе воспринимают проблему налогового стимулирования и не будут рассказывать о том, что нефтепереработчики должны довольствоваться нулевой, а то и отрицательной рентабельностью». Конечно, нельзя не отметить, что структура нефтепереработки у российских компаний разная: у «ЛУКОЙЛа» в России только три НПЗ, у «Сургутнефтегаза» — один, а у государственной «Роснефти» — целых 13. И понятно, кто больше страдает от нынешней фискальной политики.

По мнению экспертов, дефицит создавался в стране последовательно: многие компании отказывались от нерентабельного нефтеперерабатывающего бизнеса, сокращали количество НПЗ, сворачивали проекты в ретейле. Ситуация, вызванная налоговым маневром, оказалась критичной для независимых дистрибьюторов топлива, поскольку они не могут компенсировать свои убытки за счет экспорта сырья или какой-то другой деятельности.

«Методично реализуя стратегию по удушению нефтеперерабатывающей отрасли налогами, Минфин браво рапортует о колоссальном увеличении нефтегазовых доходов, — пишет Кричевский. — Только за I квартал 2018 года было получено более 400 млрд рублей сверх того, что запланировано в бюджете, за I полугодие сумма дополнительных доходов, похоже, перевалит за триллион, а за год, по некоторым расчетам, составит 2,5 трлн. Эти сверхприбыли, заработанные благодаря росту цен на нефть, Минфин подает как свои успехи, не забывая поддушивать курицу, несущую золотые яйца».

Сладкие условия экспорта

«Продажа сырья и нефтепродуктов за границу, — продолжает эксперт Никита Кричевский, — это логичное следствие «сладких» условий, созданных фискальной политикой Минфина».

«Правительство взяло курс на то, чтобы цена бензина для нас с вами была как можно более высокой, чтобы мы потребляли поменьше, чтобы ценное сырье уходило на экспорт, — утверждает директор Института проблем глобализации Михаил Делягин. — И надо сказать, что рынок откликнулся, потому что за первые четыре месяца этого года экспорт бензина вырос почти в 1,5 раза».

Таможенные пошлины на нефтепродукты продолжают снижаться: в 2014 году пошлина на вывоз бензина составляла 360 евро за тонну, а сейчас она — всего 36 евро за тонну, то есть в 10 раз ниже. С начала текущего года мировые цены на нефть сорта Brent выросли в среднем на +15 долл./барр., что в условиях укрепления курса доллара привело к резкому повышению рыночной стоимости нефти на внутреннем рынке РФ (+36%) и увеличило привлекательность экспорта нефтепродуктов в среднем на 25%. По оценкам экспертов, на сегодняшний день экспортная премия по сравнению с поставками на внутренний рынок составляет +6791 руб./т по АИ-92 и +2946 руб./т по дизельному топливу. Все это стимулирует частные нефтяные компании максимизировать экспорт.

Необходимо отметить, что рост объемов производства автомобильных бензинов в целом по стране в I квартале 2018 года относительно предыдущего года составил 412 тысяч тонн, что значительно превысило прирост объемов потребления на внутреннем рынке (+197 тысяч тонн). Таким образом, основная причина возникновения локального дефицита на внутреннем рынке — резкий рост экспорта бензинов некоторыми компаниями, которые используют любую возможность, чтобы увеличить выручку.

Суммарный рост экспортных поставок автобензинов Евро-5 всеми участниками рынка с начала года составил 365 тысяч тонн, или 48%, по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Такая экспортная динамика ведет к снижению предложения на внутреннем рынке РФ и, как следствие, росту цен. Компании с госучастием в силу своих обязательств ориентированы на внутренний рынок. По данным ЦДУ ТЭК, наименьшая доля экспорта от общего объема производства бензинов у «Роснефти» — 2% (это поставки топлива по долгосрочным контрактам со странами ближнего зарубежья, а также в рамках межправительственных соглашений). В то же время у «ЛУКОЙ-Ла» эта доля составляет 7,4%, у «Газпром нефти» — 10,6%, у «Сургутнефтегаза» — 12,3%, а у "ТАИФ«она составляет 55%. Если говорить о динамике, то в период с января по май у частных компаний экспорт топлива вырос в разы по сравнению с аналогичным периодом прошлого года: у «ЛУКОЙЛа» — на 244%, у «ТАИФ» — на 773%, у «Сургутнефтегаза» — 60 000%. У компаний с госучастием рост минимальный (в рамках статистической погрешности): у «Роснефти» — 4,8%, у «Газпром нефти» — 5,6%.

Следует подчеркнуть также, что госкомпании значительно перевыполняют нормативы поставок на биржу. Так, «Роснефть» значительно перевыполняет установленные нормативы минимальных объемов продаж на биржевых торгах. С начала года компания реализовала на бирже 28% от общего объема произведенных на НПЗ «Роснефти» автомобильных бензинов (при установленном нормативе продаж 10%) и 9,7% произведенного дизельного топлива (при нормативе 5%). Доля компании в суммарных биржевых продажах автомобильных бензинов с начала года составила 50%, дизельных топлив — 42%, притом что совокупная доля «Роснефти» в общем объеме российской переработки составляет на сегодняшний день 35%.

Антикризисные рецепты

Какие существуют пути по выходу из топливного кризиса? Рустам Танкаев отмечает, что у правительства есть несколько рычагов влияния на бензиновый рынок: снижение налогов, повышение вывозных пошлин и укрепление курса национальной валюты по отношению к евро. «Если бы удалось понизить цену евро, — говорит эксперт, — это уменьшило бы разрыв между ценами на бензин у нас и у наших соседей. Соответственно, это позволило бы снизить экспорт и, может быть, даже возродить импорт, а ведь в России всегда был импорт бензина. У нас огромная территория, и многие регионы, не имея своей нефтепереработки, завозили от соседей бензин и дизельное топливо. Это было выгодно. Сейчас это невыгодно: импорт равен нулю, потому что у нас самые низкие цены на бензин и дизельное топливо в Европе».

В конце прошлой недели «Роснефть» выступила с целым рядом предложений по снижению роста цен на бензин. «В числе наших предложений — временное ограничение экспорта топлива, за исключением тех объемов, которые законтрактованы по долгосрочным межправительственным соглашениям, на срок до момента стабилизации рынка», — рассказал пресс-секретарь компании «Роснефть» Михаил Леонтьев. — Но основное предложение — ликвидировать ту модель, которая привела к приоритету экспорта бензина и дизельного топлива над поставками на внутренний рынок«. Третье предложение заключается во введении обратных акцизов для заводов в тех регионах, где сегодня дорогая логистика поставок топлива на внутренний рынок, что фактически означает снижение налоговой нагрузки для заводов.

Компания поддерживает предложенную правительством инициативу, предполагающую временное снижение ставки акцизов, однако считает, что такие меры полностью не смогут решить системные проблемы на рынке нефтепродуктов. «Роснефть» неоднократно направляла в федеральные органы исполнительной власти предложения о налоговом стимулировании НПЗ. Ведь чтобы бензин и дизель были доступны для российских потребителей, нужно, чтобы налоги на переработку внутри страны были пониже, а налоги на экспорт — повыше.

Пока власти ввели пожарные меры: с 1 июня снизили акциз на бензин, но максимальный эффект — это остановка роста цен. Возможно, помогли бы ограничение экспорта и введение квот, но и это тоже временная мера. Чтобы навести порядок на внутреннем рынке топлива, видимо, нужно менять фискальную политику, иначе отрасль так и будет жить от одного коллапса до другого.

А в это время

В среду вице-премьер Дмитрий Козак сообщил корреспонденту ТАСС о необходимости обеспечить баланс интересов в сфере цен на бензин. На совещании, в котором участвовали нефтяные компании, согласованы основные параметры маневра, добавил он. «Были зафиксированы ключевые параметры налогового маневра в отрасли — отмена вывозных экспортных пошлин на нефть (снижение пошлин на 5% в год в течение шести лет), а также введение отрицательного акциза на нефть для НПЗ», — сказал Дмитрий Козак.

Экономика 00:01 / 23 Октября 2026 6116

Медведи рвутся к людям, академики - к депутатам

И то и другое свидетельствует о кризисе экологической политики

Михаил Морозов, обозреватель «Труда»

Труд

Медвежий бунт — следствие экологической катастрофы, к которой приводит государственная политика. Изображение автора

В России нашествие медведей. Косолапые убивают скот, громят деревни, наводят ужас на местных жителей и туристов не только в Сибири, но и в Архангельской области, в окрестностях Санкт-Петербурга и в центральной...