В качестве необходимого предисловия процитируем классика. «Знаете ли вы, сколько колосьев может дать одно пшеничное зерно? — Один, разумеется, — удивленно ответил Пенкроф. — Нет, Пенкроф, до десяти. А сколько в каждом колосе зерен? — Право, не знаю. — В среднем, восемьдесят. Значит, если мы посеем это зерно, то можем получить при первом урожае восемьсот зерен, при втором — шестьдесят четыре тысячи, при третьем — пятьсот двенадцать миллионов и при четвертом — более четырех миллиардов зерен...»
Те, кому посчастливилось в детстве читать великого писателя-энциклопедиста Жюля Верна, наверняка вспомнили «Таинственный остров», герои которого обсуждали судьбу единственного зернышка пшеницы, случайно завалившегося за подкладку. Сюда можно добавить, что 4 млрд зерен, о которых идет речь у классика, — это больше 100 тонн пшеницы, и через пару лет островитяне действительно ели хлеб и даже пирожные, испеченные из бережно сохраненного зернышка.
Но это у Жюля Верна. А вот как случилось у нас. В конце лета сотрудники отдела отдаленной гибридизации Главного ботанического сада Академии наук в подмосковных Снегирях готовились убрать первый большой урожай семенной пшеницы, над выведением которой они трудились 90 (!) лет. Но 18 августа на опытное поле приехали трактора с косилками неизвестного предприятия, и ученым предъявили документ: их земля передана организации «ДОМ.РФ» под жилищную застройку. Там сильно торопились, и 10 дней, оставшихся до спелости колосьев, ждать не стали: уникальную пшеницу даже не собрали в валки, а измельчили косилкой, которой стригут обочины дорог. Бесценные семена за час стали навозом...
Подробности этого варварства можно прочитать в свежем номере журнала «Огонек». Автор Игорь Абакумов, в молодости журналист-известинец, а ныне генеральный директор медиагруппы «Крестьянские ведомости» и доцент Тимирязевской сельскохозяйственной академии, рассказывал: «Я видел посевы этой пшеницы в засуху 2010 года, когда земля трес-калась от жары, — урожай был 30 центнеров с гектара без удобрений (денег у ученых не было). Хлеб из ее муки был великолепным, на буханку можно было садиться, и она поднималась — значит, белок очень высокий, в зерне больше хромосом, чем у традиционной пшеницы. А стебель с листьями был зеленым, что означало: два-три укоса зеленой массы на корм скоту гарантированы...»
А самое главное — это был «вечный хлеб», многолетний злак: посеял раз и несколько лет собираешь урожай — пахать не нужно, только ухаживать и собирать зерно. Разработка чудо-пшеницы началась по личному указанию Иосифа Сталина в середине голодных 20-х годов прошлого века. Требовались сорта, способные произрастать в сложном климате и при минимальной зависимости от человеческого фактора. Были созданы несколько научных групп, одну из которых возглавил будущий академик Николай Цицин. Именно ему дал подсказку великий Мичурин: не терять времени, скрещивая пшеницу с пшеницей, а попробовать работать с дикими растениями. Что и сделал селекционер, получив в 1928 году первый урожай необычных семян для размножения и изучения.
Известно, что в военном 1943 году, когда в поволжской степи был выращен первый промышленный урожай еще несовершенной, но уже многолетней пшеницы, на прикрытие драгоценных жаток с фронта была отправлена рота танков. Это в тот момент, когда танки по штукам распределял лично Верховный главнокомандущий, судьба СССР висела на волоске и были вопросы поважнее, чем какие-то снопы. Но именно за тот урожай в 1943 году Николай Цицин получил Сталинскую премию. В 1945 году многолетняя пшеница была засекречена, и над лучшим ее вариантом, скрещенным с уникальным по живучести сорняком пыреем, способным достать воду с многометровой глубины, работали лишь в подмосковных Снегирях. В 2019 году трититригия — так назвали уникальный злак — была запатентована, и нынешний урожай семян должен был пойти на промышленные испытания на многие тысячи гектаров агрохолдингов и фермерских хозяйств.
А его скосили, измолотили — и выбросили. Не хочется в это верить, но это именно так!
Чего лишилась страна? Во-первых, уникального злака, на восстановление одной лишь базы которого потребуются годы. Уже выращенная в Снегирях трититригия была способна полностью решить проблему получения продовольственного зерна в Средней России, на северах и в засушливых районах. А еще наша страна имела возможность стать поставщиком уникального семенного материала на мировые сельскохозяйственные рынки, ибо за рубежом ничего подобного нет, а для создания аналогов нужны десятилетия.
Учтем, что семеноводство никогда не было особенно успешным в России — ни в советские времена, ни, тем более, нынче. Сегодня практически все разрекламированные чиновниками с высоких трибун аграрные достижения российского крестьянства держатся на импортной семенной базе — за исключением лишь зерновой отрасли. Но с трититригией мы могли войти в престижный клуб стран — поставщиков семян по всему миру. Денег это приносит миллиарды — и не в рублях. А что получили? Чтобы это понять, достаточно назвать цену земли в Снегирях — 2 тысячи долларов за сотку. Как пишет «Огонек», совсем недавно сомнительными операциями с землей в окрестностях владений ученых занималась глава Истринского района Анна Щерба. Соратники звали эту мощную даму Царицей, ее «деятельность с размахом» вспоминают до сих пор, хотя на финише административной карьеры Царицу настигло уголовное дело с традиционной для подобных случаев формулировкой «за превышение полномочий». Сельскохозяйственные гектары Царица ловко переводила в категорию «дачное строительство» и продавала девелоперам — так посреди полей появился жилой квартал Новые Снегири, а по краям, у лесов, расположились крутые коттеджные поселки.
Но для полей Цицина даже у Щербы тогда руки оказались коротки — видимо, поля с чудо-злаками продолжали оставаться «секретными». Еще в 2015-м на специальном заседании в Российской академии наук работу «цицинского» отдела отдаленной гибридизации сравнивали с космическими успехами СССР. Но осенью прошлого года вдруг появилось решение правительственной комиссии по развитию жилищного строительства — о передаче земель, на которых выращивалась трититригия, в распоряжение акционерного общества «ДОМ.РФ». Инициатором документа был Виталий Мутко — тот самый, творец блистательной победы на сочинской Олимпиаде, от которой Россия до сей поры не отмоется, футбольный функционер, ставший потом вице-премьером в Кабинете Дмитрия Медведева, курирующим строительство. Исходя из должности, член правительства должен был бы блюсти государственные интересы. Но в нынешнем январе господин Мутко стал гендиректором АО «ДОМ.РУ» — преемником и наследником Царицы. А тут уж, извините, не до закромов Родины — о других кормушках надо думать.
Параллели
В 2023 году исполнится 100 лет первой экспедиции Николая Вавилова, знаменитого биолога и селекционера. Все предвоенные годы под его руководством наши ученые собирали образцы семян на всех континентах, создав коллекцию культурных растений, насчитывающую 250 тысяч (!) образцов. Советский Союз стал обладателем уникального генетического банка, который позволил поколениям селекционеров в нашей стране и впоследствии по всему миру создавать перспективные сорта зерновых культур. Спасать человечество от голода.
Сегодня эта коллекция, приумноженная последователями великого ученого, хранится во Всероссийском институте растениеводства имени Вавилова в Санкт Петербурге. Ведущие мировые рейтинговые агентства оценивают ее стоимость в 10-11 трлн долларов. Это больше капитализации десятка крупнейших мировых компаний вместе взятых.
В здании Института растениеводства есть мемориальная доска, на которой золотыми буквами выбито: «Ученым Института, героически сохранившим мировую коллекцию семян в годы блокады Ленинграда». Доску торжественно открыли в 1994 году, когда отмечалось 50-летие освобождения города на Неве. Два с половиной года сотрудники института получали блокадную пайку весом 125 граммов. А в это время в подвалах здания на Исаакиевской площади в расставленных по полкам коробках и мешках лежали тонны вполне пригодной в пищу еды — зерно, клубни. Все без исключения сотрудники мерзли и страдали от голода, 28 из них умерли, но никому не пришло в голову покуситься на коллекцию Николая Вавилова.
Эти семена дали жизнь в том числе и тому зерновому полю в Снегирях, которое нынешним летом было уничтожено. Теперь там больше не вырастет ничего.
