Из парка российских авиакомпаний к 2030 году могут выбыть 339 самолетов, сообщил глава Росавиации Дмитрий Ядров на заседании комитета Совета Федерации по экономической политике. Вопрос о том, на чем же будут летать наши авиапассажиры, остался без ответа. Потому что его нет.
Современный парк 76 российских авиакомпаний насчитывает 1135 воздушных судов. При этом 47 из них сейчас не эксплуатируются. А еще есть вероятность выбытия части парка Superjet 100 из-за ограниченного ресурса французских турбовентиляторных двигателей SaM146. Сертификация подобного отечественного двигателя ПД-8 пока не завершена, так что постановка на конвейер все еще только в планах. Реально за 2023-2024 годы выпустили восемь МС-21 и шесть SSJ-100. Совершили первые полеты импортозамещенные Ил-96-400 и Ту-214. То есть речь идет о штучном производстве, которое не в состоянии заместить выбывающие из строя лайнеры.
Спросите: а как с обещаниями поставить авиаперевозчикам тысячу самолетов к 2030 году? Именно эту цифру называл тогдашний глава Минпромторга Денис Мантуров летом 2022 года, когда наша гражданская авиация попала под санкции ЕС и США. То заявление, сделанное на Санкт-Петербургском экономическом форуме, подарило надежду на возрождение отечественного авиастроения. Но годы прошли, и надежды не оправдались.
Прав был наш постоянный авиаэксперт, десятки лет трудившийся в одном из ведущих ОКБ, который утверждал, что перспективные самолеты есть, но отрасль не готова к серийному производству бортов. Прежде всего нет в наличии квалифицированных кадров в КБ и на производствах, требуется время для освоения новых технологий. Кроме того, специалистов очень напрягает наше стремление упрощать процедуры сертификации, продлевать сроки действия технической документации, авиационных нормативов, эксплуатационные сроки и ресурсы работы систем. Ведь малейшие отступления от регламентов лишают авиаперевозчиков выхода на международный рынок, а иногда не позволяют выпустить борт и на перевозки внутри страны.
Взять хотя бы вынужденную меру — серый импорт, позволяющий обходить санкции. Но ведь в авиационной отрасли все узлы и детали должны быть сертифицированы и сопровождаться стандартизованным набором заверенной техдокументации. Любое упрощение снижает критерии безопасности, что абсолютно неприемлемо.
Конечно, советская школа авиастроения позволяет рассчитывать, что отрасль способна справиться с поставленными задачами. Но только при условии концентрации сил и средств на всех направлениях. Возрождение Министерства авиационной промышленности, наполнение его аппарата квалифицированными специалистами, налаживание связей с авиаперевозчиками — это задача, которая назрела десятилетия назад.
Известного авиаэксперта и основателя сервиса безопасности полетов RunAvia Андрея Патракова беспокоит, что себестоимость перевозок на отечественных самолетах может оказаться выше из-за меньших производственных серий и, соответственно, более высоких затрат: «Если государство не будет субсидировать компаниям эту разницу, то дополнительные расходы лягут на конечного потребителя, и билеты подорожают, когда авиа-парк начнет массово пополняться отечественными самолетами». А еще он считает, что названный Ядровым пессимистичным прогноз точнее назвать оптимистичным. Потому что встать на прикол может гораздо больше самолетов, ведь на региональных перевозках используется парк машин солидного возраста. Примером может служить «Ангара», у которой в июле разбился под Тындой Ан-24, эксплуатировавшийся полвека.
Если все оставить как есть, то к 2030 году регионы вообще могут лишиться авиаобслуживания. Ведь на их старенькие Ан-2, Ан-24, Ан-12 и Ан-26 легло основное бремя спасения от санкций, резко ограничивших эксплуатацию западных самолетов. Нельзя же рассчитывать на бесконечное продление летной годности техники, что является лишь временным компромиссом между безопасностью и транспортной доступностью. Специалисты уже бьют тревогу: за последние 10 лет около 77% авиационных происшествий при коммерческих перевозках пришлось на старые самолеты типа Ан-2, Ан-24 и Ан-26, хотя их эксплуатация существенно уступает общему количеству полетов в гражданской авиации.
В открытом письме авторитетных авиаспециалистов в адрес правительства РФ, Совета Федерации и Госдумы, опубликованном в отраслевом издании, есть такие слова: «У нас неестественная монополизация рынка производства гражданских судов. Разработкой каждого направления — самолеты местных линий, региональные, средне- и дальнемагистральные — занимается одно строго определенное опытное конструкторское бюро, без всякой конкуренции привязанное к освоению выделенных бюджетных средств. Поэтому наших разработчиков сейчас больше интересует сам процесс, а не получение конечного результата. Отсюда у нас и плановая убыточность гражданского авиастроения, тогда как во всем остальном мире оно приносит очень приличные бюджетные поступления».
Пусть кто-нибудь поспорит, что именно такая практика и приводит к тому, что мы имеем сегодня в гражданской авиации.
