В ответ на санкции против России правительство запретило госзакупки импортных товаров легкой промышленности. С 1 сентября ведомства не смогут закупать ткани, кожаные изделия и некоторые виды одежды. Круг запретов расширяется...
Михаил Делягин, директор Института проблем глобализации
— Постойте, давайте уточним: речь идет не об импорте вообще, а о товарах стран, что ведут против нас холодную войну. Это ЕС, США, Канада. Япония — их союзник, однако про нее Москва молчит. Ответные санкции быть должны, но вводить их надо с умом. Кремлевские меры недостаточны и не вполне грамотны. Зачем распространять санкции на, скажем, все продукты вообще? Распространите их на контракты! Дайте торговцам выполнить старые договоренности о ввозе продовольствия, а новых контрактов не подписывайте. Из-за подобной «расторопности» наших чиновников на границе стоят грузовики со скоропортящейся едой и напитками, и наши таможенники их не пропускают. А лично я не готов отказываться от зарубежных лекарств и медицинского оборудования. Да, хорошие лекарства производят индусы, но их рынок не так широк... С авто и самолетами отечественного производства я готов смириться.
Константин Крылов, лидер Национально-демократической партии
— К запретам импортных вещиц для чиновников отношусь с иронией. Не верю, что они оденутся в «Большевичку» — разве что для фотосессии. Дресс-код важен в высших эшелонах власти, и потому никакие запреты не заставят изменить привычным западным брендам. А что касается меня, то пока не вижу никакого супертовара, ради которого мне требуется ехать за границу или искать теневой рынок тут.
Максим Кононенко, журналист
— Я не хочу отказываться от техники Apple и импортных рыболовных снастей. В целом наши санкции выглядят как надувание щек. Имеющегося эмбарго на продовольствие достаточно, чтобы с нами вели цивилизованные переговоры. Главное — не увлечься: многое из товаров и услуг первой необходимости Россия попросту не производит. Боюсь, не все высокие руководители об этом догадываются.
Григорий Ревзин, архитектурный критик, публицист
— У меня нет продуктов, от которых я не могу отказаться. Но отвратительно, когда меня и других людей лишают выбора. Санкции с нашей стороны кончатся ростом цен, и мы это обязательно почувствуем.
Ольга Сенотрусова, инженер
— Боюсь, что за подобными идеями («чего изволите запретить») теряется главное: возрождение в России собственного производства. А вот здесь пока я слышу только общие слова.
