Однако артист к удивлению врачей довольно быстро пошел на поправку и в мае уже вернулся в Россию.
Сейчас у Алексея в планах два сериала, англоязычный альбом и голливудский блокбастер.
Алексей, как ваше здоровье? Полностью восстановились после аварии?
– Спасибо, после полугода непрерывных занятий вопреки прогнозам врачей я практически вернулся в строй. Остались проблемы, с которыми, судя по всему, мне придется дальше жить, но работе это уже не мешает – все самое страшное позади. В результате травмы у меня был поврежден отдел мозга, отвечающий за функцию управления вокальным инструментом. То есть когда мозг должен дать команду связкам запеть, происходит сбой. Я полностью потерял координацию между слухом и голосом: не мог попасть в тональность, не чувствовал ритма.
При этом писать музыку и делать аранжировки я по-прежнему мог – это удалось восстановить довольно быстро. А вот звукоизвлечение пострадало сильнее всего. Сначала я даже говорил не своим голосом, но за месяц обездвиженную связку удалось разработать, а вот управлять вокалом все равно не получалось. Поэтому пришлось учиться петь заново.
Врачи в один голос утверждают, что восстановиться до конца в моем случае невозможно, но я постараюсь сделать все, чтобы петь даже лучше, чем прежде. Ведь я учусь с нуля, и у меня замечательные педагоги, которых не было раньше.
– Знаю, что вы раньше играли в футбол за тульский «Арсенал». Сложно было сделать выбор между спортом и музыкой?
– Несмотря на юный возраст и любовь к футболу, уже тогда я задумывался о будущем и понимал, что профессиональная жизнь спортсмена коротка. Большинство спортсменов заканчивает свою карьеру до 30. А как профессиональный музыкант с возрастом ты, наоборот, повышаешь мастерство. Я долго соединял два этих занятия, пока однажды, перед международным конкурсом аккордеонистов, на поле мне не выбили палец, и стало ясно, что нужно выбирать: музыка или спорт. Я выбрал музыку и никогда об этом не жалел.
Сейчас, после травмы, пальцы моей левой руки, к сожалению, никогда уже не будут работать так быстро, как раньше. И если для жизни это неважно, то для музыканта – конец. Так что это счастье, что я сумел получить еще и актерское образование и состояться в этой профессии. А благодаря музыкальному образованию теперь могу работать и как композитор.
– Есть ли у вас кумиры? На кого ориентируетесь в музыкальном творчестве?
– Если говорить о музыкальной эстетике, ориентиров у меня нет. Я не хочу повторять то, что уже было сделано. Этим музыкальное продюсирование в Америке отличается от нашего. В России мы пытаемся максимально хорошо повторить то, что уже сделано, а там пытаются превзойти то, было сделано до них.
Но, безусловно, у меня есть музыканты, под влиянием которых я сформировался. В первую очередь Вивальди, которого я слушаю почти ежедневно. И Бах, который, на мой взгляд, создал то, что сейчас принято называть музыкальным семплом. Ведь строение фуги основано на бесконечном повторении одной и той же темы. Фактически это круговое использование одного музыкального семпла. Так что Бах был одним из первых диджеев в истории музыки. А из эстрадных исполнителей это, конечно же, Пресли.
– Какую свою роль в кино вы считаете самой успешной?
– Сейчас у меня уже больше 20 ролей, и первые из них я играл, основываясь на природе и интуиции, еще не владея актерской профессией. Но уже тогда мне посчастливилось работать с настоящими мастерами, и это стало отличной школой. Я до сих пор не понимаю, как, учась на первом курсе, я справился с разновозрастной исторической ролью в экранизации романов Мельникова-Печерского «В лесах и на горах».
Но самой сложной была роль Серджио в итальянской картине I Calcianti. Я играл коренного флорентийца – на итальянском, не зная языка. Мне приходилось учить наизусть не только свой текст, но и текст всех партнеров, чтобы отыгрывать их реплики. Это казалось непосильной задачей, но я ее выполнил. Самое смешное: режиссер, забывая, что я не говорю по-итальянски, еще периодически добавлял или менял мне реплики прямо перед дублями. Это было довольно экстремально.
– Когда приступите к работе над фильмом «Ватиканские записи»? Кто еще будет там сниматься?
– Съемки уже идут – здесь, в Лос-Анджелесе. Картину снимает Марк Невелдин, режиссер «Геймера», «Адреналина» и «Призрачного гонщика».
Там я играю небольшую роль врача, к которому попадает героиня, когда в нее вселяется дьявол. Для меня это огромная удача – попасть сразу в студийную картину. Это очень правильная стартовая площадка для иностранного актера, начинающего с нуля.
Бывает и так, что европейских актеров берут сразу на главные роли, но мне в жизни ничего не дается легко и сразу, и я готов к «марафонской дистанции». Кроме того, в Голливуде жестко работает «принцип амплуа». Снявшись в комедии или вампирской саге, уже никогда не станешь героем экшна, а раз сыграв русского, останешься им навсегда.
– Раньше вы часто выполняли опасные трюки без дублеров. Останетесь верным себе?
– Я вообще не привык изменять себе. Единственное – после случившегося мне нужно научиться жить с пониманием, что моя жизнь теперь подвержена ежедневному риску, который надо минимизировать. Я уже испытал себя на прочность – провел целый день в парке развлечений Six Flags, на американских горках. Мой доктор чуть сознание не потерял от ужаса. И стал напоминать мне, что я вообще до сих пор еще должен был есть через трубку в носу…
– Когда собираетесь выпустить новый альбом?
– С выпуском англоязычного альбома американская компания, с которой я сотрудничаю, не торопилась. Нужно было подождать, пока я освою английский, смогу писать на нем тексты и найду собственный, ни на кого не похожий звук. Все это нам удалось, и мы планировали закончить альбом к осени. Но зимой работа была прервана из-за аварии… Теперь я могу продолжить ее.
– Не хотели бы попробовать себя в театре?
– Я давно мечтаю о театре и получаю интереснейшие предложения от режиссеров. Но пока участие в театральных проектах в Москве для меня невозможно, так как я буду приезжать в Россию только для съемок в кино.
Наше досье
Алексей Воробьев, родился в Туле в 1988 году. В 2005-м стал победителем IV Дельфийских игр России в номинации «Народное пение» и получил золотую медаль за сольное исполнение. В том же году Алексей приехал в Москву и прошел кастинг телеконкурса «Секрет успеха», где в итоге занял третье место. В 2011 году Алексей подписал контракт с музыкальным продюсером RedOne, известным по работе с Lady Gaga, Энрике Иглесиасом и другими. По контракту Воробьев выступает под псевдонимом Alex Sparrow (дословный перевод фамилии).
