Труд: БЕЖЕНЦАМ ИЗ ЧЕЧНИ БЕЖАТЬ НЕКУДА

Главная Жизнь 01:01 24 Февраля 2000 190

БЕЖЕНЦАМ ИЗ ЧЕЧНИ БЕЖАТЬ НЕКУДА

В Чечне и в Ингушетии я провела всего неделю, но, вернувшись в Москву, вот уже почти месяц не могу спокойно спать, есть, дышать. Перед глазами неотступно стоят завшивленные вагончики и палатки, стылые недостроенные дома, скотные дворы и птичники, подвалы

Графова Лидия

Напечатать

ПОЕЗД ИДЕТ В СЕРНОВОДСК
Прилетев в Назрань, в первый же вечер я побывала в двух ставших знаменитыми лагерях: в "Северном" (это почти километровый железнодорожный состав, где в каждом вагоне живут по 56-60 человек, грудные младенцы рядом с туберкулезными больными) и в палаточном городке "Спутник", вмещающем более трех тысяч беженцев. Уже в темноте на главной "площади" "Спутника" я встретила группу возбужденно разговаривающих людей. Оказалось, это десять семей с детьми прибыли только сегодня из Грозного, трое суток добирались ("как из ада вырвались"), а их теперь не принимают на ночлег, обещают завтра "перебросить" в Серноводский лагерь, куда они категорически ехать не хотят.
Серноводск - один из так называемых освобожденных районов Чечни. Там МЧС спешно создает новый лагерь для беженцев. Туда, в Серноводск, уже перегнали 48 вагонов, отцепив их от железнодорожного состава лагеря "Северный". Передислокация происходила ночью, тайком, поскольку за несколько дней до этого беженцы, узнав, что их собираются отправить обратно в Чечню, пытались разбирать пути, перегораживали их бревнами, ложились с детьми на рельсы.
Наслышаны они, что происходит в освобожденных районах. Вот вернулись было беженцы в Шали, где вроде бы установилась новая власть и даже стали пенсии выдавать. Но как раз в тот день, когда множество стариков толпилось у мэрии в ожидании пенсий, в город ворвались боевики, и федеральные войска стали обстреливать город (и ту площадь) из всех видов оружия - десятки мирных жителей тогда погибли.
Новые беженские лагеря организуются в станице Ассиновской, в Знаменской, в других пунктах Чечни, контролируемых федеральными войсками. В Ассиновской, где удалось побывать, почти от каждого слышишь, что люди, которых должна спасать наша армия от разбоя террористов, чувствуют себя в Чечне абсолютно незащищенными.
Президент Аушев заявил: ни один беженец не будет переселен из Ингушетии помимо своей воли. Но не Аушев, увы, определяет миграционную политику России. Нарушая главный постулат Женевской конвенции, запрещающей возвращать беженцев туда, где их жизни грозит опасность, власти правдами и неправдами выдавливают их в места, где еще долго будет тлеть война. В середине декабря в пунктах раздачи гуманитарной помощи были вывешены списки 23 освобожденных пунктов Чечни (там были и Шали, и Аргун) с предупреждением, что беженцам из этих мест "гуманитарка" больше выдаваться не будет. Возвращайтесь, мол, здесь вам ни буханки хлеба, ни банки тушенки больше не видать.
Чуть позже появился приказ ФМС России N 110, запрещающий миграционной службе Ингушетии регистрировать новых беженцев из освобожденных районов и выдавать им справку N 7 - единственный "документ", легализующий беженцев новой волны. Так вот, приказ N 110 фактически отменил статью Конституции РФ о свободе передвижения.
Выход из Чечни долго был напрочь закрыт. Помните, как неспешно сооружались блокпосты? Помните многокилометровые очереди и давку, когда наконец открыли этот "Кавказ-1"? Сотрудники Мемориала и организации Хьюман Райтс Вотч собрали множество свидетельств очевидцев, да и у меня на диктофоне немало рассказов о том, как в этих очередях под студеным открытым небом от многодневного стояния без еды и воды умирали старики и дети... А сколько автобусов с беженцами попало под обстрел на дорогах! И вот какое неожиданное (коммерческое!) обоснование массовым убийствам мирных жителей услышала я в Чечне: "Наверное, так казне будет выгодней. Чем больше нас убьют, тем меньше компенсаций придется платить".
ЧТО КАСАЕТСЯ КОМПЕНСАЦИЙ...
Педикулез, чесотка, туберкулез, эпидемия гриппа и острый дефицит лекарств. При этом палатки и вагоны часто не отапливаются - то уголь кончится, то дров нет. Однако 15 тысяч, живущие в лагерях Ингушетии, считаются "счастливчиками". Остальные - так называемый частный сектор (сарай на кладбище тоже входит в этот "сектор") почти совсем лишены какой бы то ни было заботы государства. А те, кто рискнул уехать в огромную Россию, живут здесь (у родственников и знакомых) на положении нелегалов, лишенные каких-либо прав. Даже временную регистрацию (прописку) трудно получить. А потому и на работу не устроишься, и пенсию не оформишь, и детей в школу не возьмут!
В начале войны ФМС заключила было договора на аренду пустующих пансионатов и домов отдыха с администрациями 47 регионов для расселения 30 тысяч человек. Но губернаторы, узнав, что привезут в основном чеченцев, заявили, что расторгают договора, и денег им никаких не надо. В общем, ни одного рубля из федерального бюджета этим 37 тысячам, приехавшим спасаться в Россию, не перепало.
Статуса вынужденного переселенца им, гражданам России, не выдают (в первую войну давали независимо от национальности). Называют "временно перемещенными лицами", хотя в нашем законе такого понятия нет. Ну, конечно, они - временные, им одна дорога - возвращаться в Чечню. Они и мечтают скорее туда вернуться. Пусть не к родным очагам (очаги в основном разгромлены), так хотя бы к родным могилам: "Дома сама земля греет. Вылепим землянки и начнем жизнь с нуля. Скорее бы кончилась эта проклятая война!"
Только когда она кончится? И когда ж они получат свою законную компенсацию за утраченное жилье и имущество? Печально знаменитое постановление правительства N 510 о выдаче компенсаций за утраченное жилье и имущество пострадавшим в первой войне иначе, чем изощренным издевательством над людьми не назовешь. В узкий временной коридор, установленный постановлением, попало меньше половины бежавших из Чечни. Но даже те, кто "вместился" и кто давным-давно собрал множество справок (за некоторыми бумажками отправляли в Чечню, и многие там погибли), вынуждены годами ждать этих компенсаций. Старики, конечно, не дождутся - перемрут. А уж о мизерности выплачиваемых сумм и говорить стыдно. Но если эти жалкие подачки (за жилье и имущество) медленно, но все-таки выплачиваются, то для пособий, обещанных Указом президента N 898 (еще в сентябре 1995-го) раненым и семьям погибших, наше гуманное государство до сих пор не выделило в бюджете ни рубля! Понимаете ли, действие Указа N 898 было приостановлено в 1996-м "в целях экономии средств".
Незадолго до второй войны правительство и ФМС вроде бы приняли подготовленный нами и согласованный уже со многими министерствами измененный текст постановления о компенсациях... Но тут грянула новая чеченская буря, и все надежды утонули в ее дыму. Что теперь отвечать обнищавшим жертвам войны, - неизвестно... Подобно тому, как начиная военные действия, правительство России не имело стратегического плана эвакуации мирных жителей из того же Грозного, так и теперь никому не ясно будущее сотен тысяч беженцев.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 20 Марта 2026 11839

Бульварный роман

История про школьных друзей, разъехавшихся из центра по разным окраинам Москвы

Андрей Гореловский

Труд

Этим карточкам почти 10 лет. Тверской бульвар, конец марта, воскресенье, дождичек с утра накрапывает — но он не раздражает. Что происходит в кадре? Ничего особенного, но история хорошая —...