Редкое и радостное событие. Может, для тех, кто не застал в более-менее разумном возрасте 1980-е, оно таковым не является — но очень много и тех, кто это время не только помнит, но и ценит лучшее, что в нем было. А был расцвет культуры — и вдруг пришедшая свобода общения, когда Прибалтика и вся остальная страна на короткое время стали едины.
До того мы слушали редкие выступления латышских или эстонских певцов в голубых огоньках, ну примерно как звездочек из ГДР: милая и чужая провинция Европы с неведомыми именами. А тут они стали своими ничуть не меньше, чем Пугачева или Ротару — Лайма, Анне, Яак... И «виноват» в этом прежде всего Паулс со своими идеально выверенными хитами, со своим кругом исполнителей, со своим фестивалем «Юрмала»: европейский талант и европейский уровень продюсерского мышления, которые на какие-нибудь 10 лет стали и нашим родным достоянием. А «Юрмала»-«Новая волна» дожила до середины 2010-х и только теперь окончательно рвет с Латвией (глупость: и в Риге, и в Москве бодрятся, что ни та ни другая сторона ничего не потеряла. Конечно, потеряли: общее доброе дело).
Но не хочется о грустном, потому что МЫ ПОМНИМ ЛУЧШЕЕ. Не зря нынче зал Чайковского был забит ПОД ЗАВЯЗКУ. Все эти люди вежливо хлопали культурной джазовой певице Кристине Праулине, улыбчивому, но отчего-то задавленному звукорежиссерами Интарсу Бусулису. Радовались ясному, отточенному, золотому звуку Биг-бенда Латвийского радио. Но истинный восторг, догадываюсь, испытали от игры самого Паулса. От его точного, сухого и плотного удара, от его безошибочного чувства синкопы, от непрерывности импульса даже сквозь паузы, от огромной обаятельной энергии, кроющейся за флегматичным фасадом этого ювелирного музицирования. И, конечно, от любимых мелодий.
Символичен конец: «Я вам спою еще на бис». Без голоса — невозможно представить себе другой вокал, если на сцене нет той, для которой написана песня. Соло альт-саксофона в дуэте с роялем Паулса. И — все. Прощальный жест рукой.
За сценой стало и вовсе холодно. Филармонические работники ходили встревоженные, просили не донимать маэстро поздравлениями. Говорят, перед тем он попросил, чтобы в зале вообще не было фотокорреспондентов, едва уговорили на съемку первых нескольких минут.
Может, дело в том, что концерт шел под грифом «Председательство Латвии в Евросоюзе»? В зале действительно было полно господ и дам будто из костюмного фильма про высший европейский свет, звучала разноязыкая речь. Т.е.мы слушали не нашего родного маэстро, а представителя «белого мира», который (мир) снизошел до нас, немытых, вот таким замечательным концертом.
Возможно, я говорю глупости...
Ну так и бог с ними, с глупостями, чьи бы они ни были — мои или их... Главное, что была музыка. На самой престижной и серьезной площадке Москвы. И нам обещан бис. Надеюсь, рано или поздно он наступит.
