Лозунги — это слова, зовущие к действию. Крупнейшие профсоюзы России — ФНПР — готовятся вооружить трудящихся призывами на самые злободневные темы. О словах и делах читателям «Труда» рассказал председатель ФНПР Михаил Шмаков.
— Михаил Викторович, страна готовится в очередной раз встречать 1 Мая — День весны и труда. Как вы считаете, большинство россиян понимают истинный смысл этого праздника?
— Уверен, что для большинства российских граждан этот праздник был и остается Днем международной солидарности трудящихся, как он и назывался раньше. Его современное название появилось лишь в 90-х годах. Но во всем мире Первомай по-прежнему проводится как День международной солидарности трудящихся. В этом году по призыву Международной конфедерации профсоюзов 1 Мая отмечается в 140 странах мира. Развивая традиции международного профсоюзного движения, ФНПР приняла решение провести в этот день Всероссийскую акцию профсоюзов в форме шествий и митингов под девизом «Нет — росту налогов и цен! Да — росту зарплат и пенсий!».
В настоящее время страна переживает серьезный кризис, вызванный не только западными санкциями и изменениями сырьевой конъюнктуры, но, в первую очередь, антинародными действиями финансово-экономического блока правительства, попытками за счет увеличения цен, тарифов и налогового бремени на трудящихся решить государственные проблемы. Правительство не принимает должных мер, направленных на стабилизацию экономической ситуации и стимулирование экономического роста.
Наоборот, мы отмечаем, что сокращено финансирование отраслей социальной сферы, отменена индексация фонда оплаты труда работников бюджетной сферы, понижены целевые показатели роста заработной платы отдельных категорий работников бюджетной сферы. Индексация пенсий, социальных выплат и пособий осуществляется на уровне гораздо ниже фактической инфляции. Отменена индексация пенсий работающим пенсионерам, сделаны первые шаги к повышению возраста выхода на пенсию.
План действий правительства, направленный на обеспечение стабильного социально-экономического развития страны в 2016 году, не содержит мер по активному стимулированию внутреннего потребительского спроса как фактора развития национального производства.
В этих условиях главная задача профсоюзных организаций всех уровней — не допустить, чтобы преодоление экономических трудностей осуществлялось за счет трудящихся, и требовать изменения социально-экономической политики в стране. Эти требования мы предъявляем каждый день на встречах и переговорах в рамках института социального партнерства. В ходе шествий и митингов 1 Мая мы перенесем их в публичную плоскость.
— Принято считать, что на Западе профсоюзы занимают более активную позицию, чем в России...
— Мне часто задают этот вопрос, особенно после того, как где-нибудь в Европе профсоюзы проведут массовые выступления, как, например, недавно было во Франции. Наши товарищи и коллеги протестовали против изменений в их трудовом кодексе. Я должен сказать, что они сейчас борются с предложением ввести 60-часовую рабочую неделю. Мы это отбили три года назад, когда то же самое предлагал Михаил Прохоров и такие же предложения от крупного бизнеса формулировались для изменения Трудового кодекса Российской Федерации. Причем мы отбили эти поползновения без битья стекол и переворачивания машин. Я скажу почему. Потому что во Франции нет того уровня переговоров, не достигнут тот уровень социального партнерства, какой существует в нашей стране. За последние 25 лет мы выстроили систему социального партнерства между представителями профсоюзов, работодателей и исполнительной власти. Это — идеология, продвигаемая Международной организацией труда, когда острые проблемы на предприятии, в регионе и в целом в стране должны решаться за столом переговоров в рамках заключения коллективных договоров и соглашений.
Между тем не все конфликты удается урегулировать за столом переговоров. Только в минувшем году Научно-мониторинговым центром ФНПР было зарегистрировано 156 крупных социально-трудовых столкновений, которые сопровождались забастовками, остановками работы, митингами и другими протестными действиями.
— Где ситуация наиболее острая?
— К числу хронических лидеров по количеству социально-трудовых конфликтов, которыми являются Свердловская область, Приморский край, Москва, Санкт-Петербург и Челябинская область, добавились Республика Хакасия, Иркутская область и Забайкальский край. Нужно отметить, что географическая локализация конфликтных предприятий определяется распределением производительных сил, заложенным еще в советское время. Однако ведущую роль все же играет отраслевая принадлежность предприятия. К кризисным отраслям можно отнести обрабатывающие производства, строительство промышленных объектов и транспорт.
Во второй половине прошлого года возросла напряженность в отраслях здравоохранения, образования и культуры. Причем конфликты возникали там, где ранее они не фиксировались — научные исследования и разработки, гостиничный бизнес...
Среди форм и методов, к которым прибегали работники, защищая свои права, можно отметить рост количества официально зарегистрированных забастовок. В 2015 году зафиксировано 34 забастовки, тогда как в 2014 их было зарегистрировано 27. А применение угроз проведения митингов, пикетов или других публичных акций возросло более чем в 2 раза.
При этом надо подчеркнуть, что российские профсоюзы никогда не относились к забастовке как к самоцели. Скорее наблюдается другая крайность — до сих пор некоторые профсоюзные организации относятся к забастовке как к действию, лежащему за гранью трудового законодательства. Кстати, по вполне понятным причинам, в формировании такого взгляда принимают активнейшее участие работодатели и власти. Хотя все стороны социального партнерства прекрасно понимают, что коллективный отказ от работы существенной части трудового коллектива является хотя и жестким, но совершенно легальным актом.
Между тем подавляющее количество социально-трудовых конфликтов сегодня проходят вне поля действующего законодательства.
Конфликт загоняется вглубь, а в результате реализуется в таких формах, которые никак не прописаны в действующем законодательстве и являются антигуманными. Например, в голодовках...
— Михаил Викторович, как вы относитесь к подготовке очередной волны приватизации? Не станет ли она очередным масштабным ограблением страны?
— Мы выступаем против новой приватизации и пытаемся этому всячески противодействовать, обращаясь к президенту, правительству, членам Совета Федерации и депутатам Госдумы. В частности, ФНПР выражает свою обеспокоенность в связи с планами продажи частным структурам акций крупнейших отечественных предприятий. Например, такие компании, как РЖД, «Аэрофлот», ВТБ, «Ростелеком», «Алроса», «Совкомфлот» и ряд других имеют стратегическое значение для нашего отечества. Они осуществляют многие социально значимые для экономики и населения функции, и от их стабильной работы напрямую зависит нормальное функционирование всех государственных институтов.
ФНПР считает, что никакого положительного результата от такой распродажи наше государство не получит. В условиях экономического кризиса сброс акций госкомпаний по заниженным ценам не способен разрешить проблему дефицита федерального бюджета. Разграбление государства мы уже наблюдали два десятилетия тому назад, когда проводились ваучерная, практически бесплатная, приватизация и залоговые аукционы. Нечто подобное, вне всякого сомнения, произойдет и сегодня в условиях обвального снижения курса рубля по отношению к иностранной валюте.
Практика приватизации госпредприятий в других странах мира говорит о том, что после продажи частному инвестору на многих предприятиях в интересах бизнеса повышают тарифы и цены на свои услуги, закрывают малодеятельные железнодорожные и транспортные направления, снижают затраты на персонал, сокращают рабочие места, ликвидируют социальную сферу.
— Как вы оцениваете такой базовый показатель, как МРОТ? Известно, что в мае Госдума должна рассмотреть закон о повышении МРОТ с 1 июля 2016 года.
— На сегодняшний день МРОТ, то есть минимальный размер оплаты труда, гарантируемый государством каждому работнику Конституцией, составляет всего лишь 6204 рубля. Это не намного больше половины стоимости минимальной потребительской корзины, а именно 55 процентов прожиточного минимума.
Установление столь низкого размера МРОТ государством, с одной стороны, вынуждает работника трудиться существенно больше восьми часов в день, чтобы физиологически выжить, а с другой, практически официально допускает выплату работодателями заработной платы работнику «в черную». В этой связи профсоюзы потребовали учесть данный фактор в антикризисной программе правительства, а именно — повысить МРОТ до уровня прожиточного минимума трудоспособного населения, рассчитанного по действующей методике. Наши требования по установлению справедливой величины МРОТ были поддержаны профсоюзными депутатами межфракционной рабочей группы «Солидарность».
Совместными усилиями удалось убедить власть пойти на увеличение с 1 июля 2016 года МРОТ на 21%. Однако это только первый шаг в сторону улучшения материального положения трудящихся. Даже увеличенный до 7500 рублей МРОТ не дотягивает до величины прожиточного минимума трудоспособного населения. Сегодня эта величина составляет 10 187 рублей. Поэтому цели и задачи ФНПР остаются прежними — в ближайшие год-два добиться установления МРОТ на уровне не ниже прожиточного минимума трудоспособного населения, как это предусмотрено действующим Трудовым кодексом РФ. Следующим шагом, который, по мнению ФНПР, необходимо сделать, это увеличить МРОТ до уровня минимального потребительского бюджета, который составляет сегодня около 23 тысяч рублей.
Понятно, что этого нельзя сделать сразу, по взмаху волшебной палочки. Но тем не менее должна быть дорожная карта, где будет указано, какими темпами государство будет повышать эту важнейшую величину для оплаты труда работников. Убежден, что принятие этой меры позволит вывести заработную плату из тени и улучшит финансовое положение субъектов РФ за счет увеличения поступлений налога на доходы физических лиц.
Кроме того, увеличение МРОТ до уровня минимального потребительского бюджета могло бы позволить повысить доходы государственных социальных внебюджетных фондов за счет роста поступлений страховых взносов. Хотя, по мнению правительства, сбором взносов в социальные фонды должны заниматься не сами фонды, а Федеральная налоговая служба...
— Вы имеете в виду указ президента РФ о создании единого механизма администрирования налогов и страховых взносов?
— Мы считаем, что Владимир Путин был обманут, когда его убеждали в необходимости подписать этот указ. Оказавшись в сложной ситуации, правительство захотело де-факто вернуться к единому социальному налогу как к источнику новых поступлений в оскудевающий бюджет.
Напомню, что в период с 2001 по 2009 год налоговыми органами собирался ЕСН, то есть практика единого механизма сбора налоговых платежей в государственные внебюджетные социальные фонды на базе ФНС уже существовала. Однако полученный отрицательный опыт показал, что к страховым сборам не применимы те же самые методы администрирования, которые работают по отношению к налогам.
Тем не менее правительство, не обращая внимания на протесты профсоюзов, с усилиями, достойными лучшего применения, продолжает продвигать этот проект. Делаются даже заявления о том, что данный вопрос не относится к проблеме социально-трудовых отношений, а поэтому не должен обсуждаться с социальными партнерами в Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений. Заявления подобного рода не только демонстрируют низкий уровень компетентности чиновников, но и работают на разжигание социальной розни в обществе.
Мы со своей стороны сделаем все, чтобы не допустить превращения взносов, которые сегодня принадлежат работникам и являются отложенной частью их зарплаты, в невозвратную форму налогов... Кстати, нашу позицию поддерживают и работодатели. Совместное обращение ФНПР и Российского союза промышленников и предпринимателей мы недавно направили президенту.
— С какими политическими силами вы пойдете в одной колонне и почему? Готовы ли вы принять в свои ряды представителей оппозиции?
— Профсоюзы готовы принять в свои колонны представителей тех политических партий и общественных организаций, которые поддерживают наши лозунги и требования. Например, что касается так называемой несистемной оппозиции, то она в основном поддерживает ультралиберальные идеи и не разделяет профсоюзной идеологии.
В нынешнем году к нам традиционно планирует присоединиться партия «Единая Россия». Ведь профсоюзы — экономическая организация, но вопросы экономики решаются в том числе и на законодательном уровне. Поэтому мы заинтересованы в том, чтобы сотрудничать с партиями, которые имеют мажоритарное количество голосов в парламенте. С другой стороны, политика «Единой России» не всегда отвечает интересам профсоюзов или, скажем так, не полностью отвечает. Поэтому у ФНПР есть проект, который поддерживается активистами профсоюзов, — партия «Союз труда». Я верю, что у этой политической силы есть большое будущее. В текущем году «Союз труда» будет участвовать в выборах и на местном, и на муниципальном уровне, а также на выборах в Государственную думу.
Из лозунгов ФНПР 1 мая 2016 года:
Наша сила — в единстве и солидарности!
Работающий человек не должен быть бедным!
Требуем МРОТ на уровне прожиточного минимума!
Доходы от богатств России — на благо россиян!
Молодым — работу, пенсионерам — заботу!
Нет — снижению государственных социальных гарантий!
МРОТ — на уровень минимального потребительского бюджета!
Достойные пенсии, а не пособие по бедности!
Социальные гарантии трудящимся, а не финансистам!
Село в порядке — страна в достатке!
Тарифы ЖКХ — под контроль государства!
Есть инфляция — должна быть индексация!
