Успение Пресвятой Богородицы, которое православная церковь отмечает 28 августа, один из самых почитаемых и любимых в народе праздников. В эти дни людей в храмах — как на Пасху. Впрочем, Успение и называют Малой Пасхой. Почему? И как мы вообще узнали об этом событии, если ни в Евангелии, ни в других книгах Священного Писания об Успении ничего нет? Давайте попробуем ответить на эти вопросы...
Перед нами фрагмент фрески (X-XI века) из пещерного храма в Гёреме, в Каппадокии (Турция, фото 1). Первые христианские общины появились здесь во II веке нашей эры, когда эта территория была частью Римской империи. Спасаясь от гонений, христиане скрывались в существовавших со времен хеттов (I тысячелетие до н. э.) подземных городах, где вырубали свои пещерные монастыри и храмы и украшали их цветными фресками. Судя по дошедшим до нас изображениям, в основном это известные по Евангелию эпизоды земной жизни Христа и жития пророков и апостолов. Есть и изображения Богородицы, но их мало — собственно, как и упоминаний о ней в Священном Писании. А об Успении там и вовсе ни слова.
Однако в народных преданиях бережно сохранялись рассказы первых христиан о матери Христа, которую еще при жизни любили и почитали, а многие даже совершали дальние паломничества, чтобы ее увидеть. В числе таких подвижников был и ученик апостола Павла (впоследствии — первый епископ Афин) Дионисий Ареопагит, который присутствовал при успении Девы Марии в Иерусалиме. Его рассказы послужили источником первых изображений этого события на рисунках, резных костяных пластинах и фресках. А появившийся значительно позже, в V веке, апокриф «Святого Иоанна Богослова сказание об успении Святой Богородицы» стал, по сути, основой для уже официального праздника (в греческой церкви — с VI века, в римской — веком позже) и церковной иконографии.
Теперь вернемся к фрагменту фрески — кстати, единственному в этом пещерном городе изображению Успения. В центре на пурпурном, украшенном золотой резьбой ложе — Богоматерь, чью душу в виде спеленатого младенца уже принял в свои руки Христос: в этот момент он как раз протягивает ее одному из двух ангелов, чтобы тот вознес в небесные обители. Тут же, за ложем, припал к изголовью Иоанн Богослов, любимый ученик Христа, которому тот перед смертью на кресте вручил заботы о своей матери («се матерь твоя»), передав одновременно и ей попечение над Иоанном («Жено! Се сын Твой»), а заодно — и надо всеми христианами. По обе стороны от ложа апостолы, их фигуры сохранились частично, но узнать можно. Слева — Петр, олицетворяющий церковь, он с кадилом. Справа к ногам Богородицы припал Павел, рядом с ним — Андрей и Иаков Иерусалимский, брат Иисуса.
На более поздних изображениях Успения тема прощания Богородицы с апостолами, которые по ее просьбе были чудесным образом перенесены в Иерусалим со всего света, получает дальнейшее развитие. Апостолы уже не только собираются у ложа, но и спешат к месту прощания: на облаках!
Впервые на Руси «Облачное Успение» мы видим в начале XIII века на иконе из церкви Рождества Богородицы Десятинного монастыря близ Новгорода (на фото 3). Интересная деталь, встречающаяся только здесь: красные туфельки, стоящие на подножии у ложа и символизирующие окончание земного пути (Богородица, если вы заметили, всегда изображается в красной обуви, поскольку принадлежит к роду царя Давида). Но не оставлять же будущую Царицу Небесную на смертном одре босой! И неизвестный художник нашел выход: обул ее в багряные башмачки.
И еще одна неожиданность. Приглядитесь: крайний справа в группе апостолов у ложа — тот самый Фома, который вообще-то, согласно греческой версии уже упоминавшегося апокрифа «Святого Иоанна Богослова сказание об успении Святой Богородицы», в это время еще был на пути из Индии в Иерусалим: опаздывал, как обычно. Но художник решил следовать более древнему апокрифу, — и Фома у него благополучно простился с Божией Матерью, удивив, должно быть, всех окружающих и себя самого. Оставим его...
Ну, а «правильный» Фома, перенесенный-таки в Иерусалим на третий день после погребения Богородицы в Гефсимании, упорно утверждал, что в гробнице нет тела, хоть и не объяснял, почему так думает. В конце концов апостолам надоело спорить, и гроб открыли. Там была только плащаница Божией Матери. Богородица, как и ее Сын, воскресла в третий день и с телом была взята на небеса. Вот почему Успение еще называют Малой, или Богородичной, Пасхой. Фома же, который в очередной раз помог окружающим уверовать в Воскресение — и уверовал сам, рассказал, что по дороге в Иерусалим увидел Вознесение Богородицы и попросил у нее благословения. И Царица Небесная сбросила ему свой поясок.
Место, где произошло это удивительное событие, сегодня, как утверждают, находится на территории русского Гефсиманского монастыря святой Марии Магдалины на Елеонской горе. В доказательство вы можете посмотреть и даже потрогать камень, где стоял Фома и куда упал пояс (фото 4), и полюбоваться мозаичным изображением этой встречи (фото 2).
Сам же пояс Богородицы (католики называют его поясом Фомы), как и плащаница, находился в Иерусалиме до 408 года, когда его перевезли в Константинополь и поместили в Халкопратийскую церковь. После падения Константинополя реликвия была поделена на несколько частей. Одна из них хранится в монастыре Ватопед на Афоне, откуда в 2011 году ее привозили в Россию на поклонение верующим. Небольшую частицу реликвии тогда отделили и подарили Казанскому собору в Санкт-Петербурге: Впрочем, это уже не про Успение.
P.S. Три года назад у входа в монастырь Марии Магдалины в Гефсимании нас встречал вот этот страж ворот. Его зовут Поня. Если вы ему понравитесь, с удовольствием проведет по здешним заветным тропинкам и покажет секреты, о которых пока известно только ему...
