Экс-министр финансов, ныне глава Комитета гражданских инициатив (КГИ) Алексей Кудрин, которому поручено готовить к 2018 году программу вывода страны из экономического кризиса, нашел «золотой ключик». Он предлагает радикально сократить численность граждан, получающих социальную помощь от государства. Пусть-де ищут способ заработать на хлеб, а не стоят с протянутой рукой у казны.
Сейчас в стране примерно 20 млн получателей соцвыплат из федерального бюджета и до 38 млн пользуются региональными мерами поддержки. В докладе КГИ говорится, что эта помощь «не помогает замедлить рост бедности в стране», но дорого обходится казне. Например, в 2014-м только федеральный бюджет потратил около 1,4 трлн рублей, «причем более 50% расходов пришлось на выплату материнского капитала, ежемесячные пособия инвалидам и ветеранам, а также субсидии на услуги ЖКХ».
Авторы подсчитали, что «текущие расходы на госпомощь достигают 2,6% российского ВВП». И предлагают сократить их, кардинально изменив сам принцип социальной поддержки населения. Вместо категорийного, исходящего из принадлежности к социальной, демографической или профессиональной группе (ветераны, инвалиды, доноры, многодетные и т. д.), жестко установить лишь один принцип — нуждаемости.
Как это будет выглядеть на практике, можно понять из уже принятых в некоторых регионах местных законов. К примеру, в Омской области с 1 января 2017 года ежемесячную денежную выплату областным ветеранам труда (512 рублей) получат лишь те, чей ежемесячный доход не превышает 175% величины прожиточного минимума пенсионера (около 14 тысяч). Уже подсчитано, что из 90 тысяч областных ветеранов таких «богачей» набирается около 16 тысяч, и они допвыплату не получат, невзирая на былые заслуги.
Но это еще цветочки. В предложениях Кудрина со товарищи предлагается лишать госпомощи семьи, где хотя бы у одного домочадца имеются два жилых помещения или земельный участок, автомобиль не старше двух лет, катер или хотя бы гидроцикл. Для селян предложены свои критерии зажиточности — наличие в хозяйстве лошади, коровы, овец или свиней (численность обсуждается), кроликов или кур, а также пчелосемей.
Обсуждается и такая богатая идея: прекратить выплату базовой части пенсии и других форм социальной поддержки тем гражданам, чья семья не сможет доказать свою нуждаемость, — тут, обещают теоретики, бюджет сэкономит до 1 трлн рублей. А нуждаемость в выплате пенсии придется доказывать не только ее получателям, но и всем ближайшим родственникам. Для этого правительству потребуется особая система контроля собственности и доходов граждан.
Не менее любопытна приписка к проекту предложенной «паспортизации бедности». В ней сообщается, что при переходе страны на новую систему учета граждан, нуждающихся в социальной помощи государства, «издержки на администрирование достаточно высоки: от 10 до 30% от общей суммы расходов на адресные меры социальной поддержки бедных». То есть до трети всех денег, выделяемых на поддержку малоимущих, предлагается отдать чиновникам.
Хотя тем и нынче достается немалая часть «социального пирога». К примеру, доплаты к пенсиям бывших госслужащих составляют в разных регионах от нескольких сотен рублей до десятков тысяч. Одни из самых значительных выплат, по данным авторов доклада, в Саратовской области: рядовые госслужащие получают доплату в 7 тысяч руб-лей. А лица, работавшие депутатами облдумы, служившие в Счетной палате, областном правительстве — аж до 96 тысяч. Однако на такие льготы и пособия реформаторы не смеют покушаться. В программе реформирования социалки, предлагаемой Кудриным, благосостояние чиновников также не затрагивается.
В Минфине к предложениям КГИ относятся с долей скепсиса, но саму идею поддерживают. Министр финансов Антон Силуанов еще четыре года назад заявлял: «Необходимо переходить именно на адресную социальную поддержку. По этому пути идут все страны, особенно сейчас — в период бюджетных консолидаций. Сейчас идет поголовное предоставление льгот, на это тратится огромный государственный ресурс».
В середине 2015-го в докладе министерства доказывалось, что более половины россиян, получающих соцпомощь, на самом деле в ней не нуждаются. Этой осенью Минфин заявил, что в стране необходимо ввести пособия по бедности. Идея подверглась критике с разных сторон. Вот, скажем, резонный аргумент Минтруда: если есть ресурс, способный стимулировать производительный труд, то его надо направлять на повышение зарплат. Но незамеченной осталась главная цель финансистов — заменить этим пособием большинство нынешних видов социальных выплат. Тем более наша система соцпомощи действительно самая громоздкая: около 800 мер и видов помощи, 300 категорий получателей...
Но дело не в удобстве. Выгода для бюджета ожидалась колоссальная. По данным Росстата, в стране 21,4 млн бедных (14,6% населения). Хотя еще в 2004-м власть ставила задачу снижения уровня бедности до 10-12% до 2007 года. А что из этого вышло, мы знаем. По нынешним официальным критериям живущими за чертой бедности считаются граждане, имеющие доходы ниже установленного прожиточного минимума в данном регионе. А ежегодные совокупные выплаты всех видов российских пособий (2,6% ВВП) позволяют платить хоть по два минимума всем нынешним бедным — и уйма денег останется в казне. Ибо по оценкам экспертов, чтобы дотянуть все расходы бедных домохозяйств до прожиточного минимума, нужно менее 1% ВВП, а чтобы в России не было бедных семей с детьми — менее 0,5% ВВП.
Однако на практике это будут «игры в статистику». Ибо неоднократно проверено и доказано: на официальный прожиточный минимум прожить невозможно.
К тому же по данным Росстата за первые 10 месяцев с. г. реальные доходы россиян сократились на 5,3% по сравнению с тем же периодом прошлого года. А проведенные в октябре исследования ВЦИОМа свидетельствуют: в стране начался новый виток роста цен на продукты питания. Две трети (66%) опрошенных отметили рост цен на мясо и мясопродукты, аналогичная ситуация с овощами и фруктами. Судя по опросу, подскочили цены на молоко и молочную продукцию, на хлеб, сахар, крупы и макароны.
Как всегда, цены на продовольствие у нас растут быстрее, чем в ЕС. Например, в России с начала 2016 года на 7,5% подорожали рыба и морепродукты, а в среднем по странам ЕС — только на 2,1%. Молочные изделия, сыры и яйца за тот же период у нас выросли на 2,2%, а в ЕС подешевели на 1,7%. Мясо в Европе удержалось в цене, а у нас подросло на 1,2%.
Люди чувствуют снижение своих финансовых возможностей. Продажи продовольствия на внутреннем рынке за последние два года упали почти на 14%. По данным СМИ, 47% населения страны начинают «переходить на натуральное хозяйство» — распахивают приусадебные газоны и цветники для выращивания съестного.
Согласно расчетам Пенсионного фонда, в 2018-м размер социальной пенсии в РФ упадет ниже прожиточного минимума (9159 рублей против 9364 соответственно). Сейчас размер социальной пенсии составляет 8552 рубля, а прожиточный минимум пенсионера — 8136.
Ну и что тут стричь, какую шерстку?
P.S. Начинать в cегодняшних условиях реформирование системы социального обеспечения с «урезания» льгот и пособий — значит, повышать градус недовольства населения, который и без того ползет к красной метке. А попытки залатать бюджетную дыру за счет граждан обернутся новым сокращением потребительского спроса — со всеми вытекающими. Причем многие эксперты считают, что экономии вообще не будет. Как это случилось год назад, когда после отмены индексации многие работающие пенсионеры формально уволились, а фактически остались на прежнем месте, но уже без трудовых соглашений. В результате работники ничего не потеряли, работодатели соответственно сократили социальные платежи. А бюджет получил дырку от бублика.
