В России второй раз за последние четверть века раздают землю. В среду вступил в силу закон о бесплатном выделении гектара всем желающим жителям Дальнего Востока. Министр по развитию региона Александр Галушка радостно сообщил: за первые восемь часов подано почти 50 заявок...
А мог бы министр и заплакать. Потому что это провал — точнее, его начало. Ведь в девяти регионах ДФО к раздаче уже назначено 50 млн гектаров, а собственного населения имеется всего 6,2 млн человек. Бери не хочу! А они и взаправду не хотят. Полсотни желающих сразу и сотня или две в первые сутки — разве это результат для грандиозного дела, которое власти пропагандировали под звон фанфар последние полгода. Было время и поспрашивать, и подумать, и самим посмотреть.
Но джек-лондоновских гонок на собачьих упряжках не получилось. Местное агентство «Восток-Медиа» устроило опрос: нужен ли вам дальневосточный гектар? Лишь 5,7% опрошенных ответили положительно, из которых, в свою очередь, лишь 3% представляли, для чего эту землю могут приспособить.
А действительно, что с этим гектаром делать? По словам полпреда президента РФ в округе Юрия Трутнева, бесплатная раздача земли в первую очередь должна удержать население в регионах Дальнего Востока. А главное — привлечь новых российских граждан в обезлюдевший регион. В 2014 году естественный прирост населения впервые увеличился на 1100 человек, а общий отток населения снизился с 27 до 20 тысяч. Но общий баланс уже второй десяток лет со знаком минус.
«Мы рассчитываем, что бесплатный гектар позволит привлечь на Дальний Восток экономически активных граждан, способных обрабатывать землю», — с надеждой говорит директор департамента государственных и федеральных целевых программ Минвостокразвития Павел Волков.
В администрации Приморского края уже рассчитали (исходя из результатов 2014 года), какой урожай различных культур можно собрать с гектара здешней земли. Цифры такие: 1,62 тонны пшеницы яровой, или 2,69 тонны озимой, или 4,25 тонны кукурузы на зерно, или 1,2 тонны гречихи, или 2,93 тонны риса, или 13,33 тонны картофеля, или 20,57 тонны сена. Если помножить урожай на закупочные цены, то становится ясно, что больше 30-40 тысяч рублей новоявленный землевладелец не выручит. И это не в месяц — в год!
Рисом заняться теоретически выгоднее — 40 тысяч рублей за тонну, то есть на круг почти 120 тысяч дохода. Только сначала надо соорудить рисовые чеки, провести воду и т. д. Да ведь и на другое надо потратиться. На покупку семян, удобрений, гербицидов, на технику, транспорт... Поэтому все эти прибыли владельца бесплатного гектара чисто гипотетические.
Для сравнения: в Москве наемной продавщице кваса платят 1 тысячу рублей в день — за три летних месяца она заработает, как минимум, вдвое больше, чем собственник дальневосточного гектара за год. Так с какого перепугу она, или ее муж, или сын поедут за тридевять земель становиться владельцами земельного лоскутка, с которого никакого проку?
Добавим, что в колхозах советского времени на каждого работника земли приходилось куда больше — от 6 до 10 гектаров. Это выяснилось в 1992 году, когда коллективные хозяйства начали дробить на паи и раздавать (о чем вскоре пришлось пожалеть). Даже в крестьянской царской России после отмены крепостного права средний надел составлял 3,3 десятины — то есть более 4 гектаров. Причем это считалось совершенно недостаточным для прокорма семьи, и мужики массово уходили в города на заработки.
Именно на малоземелье российского Нечерноземья был расчет Петра Столыпина, затеявшего «великое переселение народа» в Сибирь, где крестьянам пообещали участки от 15 десятин на работника мужского пола, до 50 десятин на семью. С таким клином уже был смысл заниматься сельским хозяйством всерьез. И народ поднялся: первая волна 1906 года дала 130 тысяч переселенцев, дальше пошло по нарастающей. К войне 1914 года население Сибири увеличилось на 3 млн человек, в Приморье и Приамурье — на полмиллиона.
Век назад желающим ехать на новые земли выделялась государственная помощь, включая оплату проезда для всей семьи с имеющимся скарбом, коровами и лошадьми. Были даже построены ошельмованные большевиками «столыпинские» вагоны — пассажирские, но с упрощенной планировкой. Переселенцы получали льготные кредиты на обустройство, приобретение сельхозтехники и инвентаря. Земля выдавалась в районах, обеспеченных дорогами, возможностью орошения полей, а в некоторых случаях и с готовым временным жильем...
В общем, с нынешним дальневосточным гектаром не сравнить. В Приморском крае директор департамента земельных отношений Наталья Соколова заранее объявила, что муниципалитет «вправе, но не обязан» предоставлять инфраструктуру владельцам участков. Да и представление об инфраструктуре там оказалось своеобразным. Говоря о ее наличии в Ханкайском районе, который стал в Приморье первой площадкой земельного эксперимента, Соколова сообщила, что «там есть дорога». А ведь больше 100 лет прошло!
И это несмотря на формулировку закона о дальневосточном гектаре, по которому «органы местного самоуправления оказывают содействие обустройству территории», и на неоднократные указания Владимира Путина о том, что участки без инфраструктуры в рамках выполнения закона о дальневосточном гектаре выделяться не должны.
Впору задать вопрос: кому это все нужно? Эксперты (в том числе местные) уверены, что идея заглохнет так же, как умерла федеральная программа переселения на Дальний Восток зарубежных соотечественников: планировали принимать до 300 тысяч человек в год — получили пшик. Или большинство бесплатных гектаров получат липовых хозяев, которые тут же отдадут их в аренду иностранцам. Ведущий научный сотрудник Центра азиатско-тихоокеанских исследований ИМЭМО РАН Евгений Канаев даже знает кому: «Первыми претендентами будут граждане стран Азиатско-Тихоокеанского региона».
Правда, закон разрешает передавать дальневосточные гектары лишь российским гражданам, которые сами должны трудиться на своей земле. Но в интернете появились объявления о вакансиях «менеджеров по работе с гражданами», задачей которых становится привлечение россиян в ряды дальневосточных землевладельцев с дальнейшим объединением их по 300 человек в «товарищества собственников земли». То есть люди, способные обойти новый закон, уже объявились и действуют.
Между тем сама идея наделения россиян собственным участком земли способна в корне изменить к лучшему ситуацию в любом регионе. Примером может служить Белгородская область, где каждый житель с трехлетним стажем получает право на покупку земельного участка для строительства собственного дома по цене в 20 раз ниже рыночной. Инженерные сети к участку ему подведут по льготным ценам и в рассрочку, асфальтовую дорогу — за счет бюджета. А кредит на строительство дома горожанин получит под 10%, селянин — под 5%, многодетная семья — под 5%.
«Индивидуальное строительство жилья стало нашим главным приоритетом в социальной политике, — заявляет губернатор Евгений Савченко. — Мы должны удовлетворить естественное желание всех людей иметь собственный дом». В Белгороде хотят, чтобы из 1,5 млн жителей области не меньше миллиона жили в собственных домах. И продвигаются к этой цели: ежегодно индивидуальным застройщикам предоставляется не менее 10 тысяч земельных участков и, соответственно, столько же сдается новых домов. А для этого дальновидный глава региона в 1992-м, когда землю раздавали кому попало, сумел перевести в общественные фонды тысячи гектаров... И вот результат: уже более 10 лет область стабильно приращивает население (о чем мечтает весь Дальний Восток). С 2005 года количество браков вдвое превышает число разводов — этим немногие регионы могут похвастаться. Область занимает шестое место в федеральном рейтинге качества жизни, Белгород — на 13-м месте по соотношению стоимости и качества жизни из сотни крупнейших городов России. Область занимает третье место в рейтинге безопасности российских дорог и второе — в экологическом рейтинге. И вообще, здесь уютно жить!
А ведь 20 лет назад была обычная российская провинция — в меру бесхозяйственная, безалаберная, немножко грязненькая, немножко пьяненькая. Перемены начались, когда здесь решили сделать программу индивидуального строительства малой национальной идеей. «Надо поднять мужика с дивана, чтобы он бросил пить пиво да в телевизор глазеть и занялся делом», — сказал Савченко. Заметим: для изменения образа жизни и укоренения крестьянина на земле белгородцам не потребовалось 50 млн гектаров, которые нынче выставляются под раздачу на Дальнем Востоке.
К слову, в Приморском крае пару лет назад пытались реализовать нечто подобное: приняли программу бесплатного наделения землей под индивидуальное жилищное строительство многодетных семей и молодых специалистов. На сегодняшний день в крае смогли обеспечить бесплатными земельными участками 57% многодетных семей, подавших заявления. А во Владивостоке таких счастливчиков пока лишь 7,6%, хотя мэрия подсчитала: свободной земли в городе имеется больше 3 тысяч гектаров...
