Завкафедрой Гурген Амаякович ПАШИНЯН - профессор, доктор медицинских наук, почетный член Британской ассоциации судебных стоматологов - занимается идентификацией без малого полвека. Участвовал в опознании погибших в Спитаке. Потом было много всего - от железнодорожных катастроф до взрывов домов... Работал в группе по идентификации останков царской семьи.
В Беслан его почему-то не отправляли. Как, собственно, и многих других талантливых отечественных судмедэкспертов - Никитина, Абрамова, Звягина, Тучика.
- Посмотрите, что творилось в Беслане, я по телевизионным картинкам сужу. Множество трупов, прикрытые брезентом, сложены на улице. Дикость. Потерянные люди ходят, брезент приподнимают... Ладно, не хочу про Беслан, я там не был.
- А как должно было быть?
- Надо сразу создавать приемно-сортировочные отделения для погибших. Команда судебно-медицинских экспертов и криминалистов должна прибывать незамедлительно, вместе с МЧС. Совместно с МВД она тут же проводит сортировку жертв, описывает одежду, ценности, фотографирует. Короче, создает базы данных.
Мобильная судебно-медицинская группа может быть создана, например, при "Медицине катастроф". Мы давно им предлагали иметь такое подразделение. Нам отвечают: когда нужно, мы приглашаем судебно-медицинских экспертов. Но одно дело - попавшие под руку люди, другое - устоявшаяся команда, владеющая всеми необходимыми методами. Иначе наспех собранная группа собирает все подряд и отправляет скопом в 124-ю ростовскую лабораторию. А лаборатория будет исследовать то, что ей привезли. Если кровь, например, не дали, ее и не смогут исследовать.
- А что команда должна делать на месте?
- Она должна владеть экспресс-методом определения групповой принадлежности частей. И лишь в конце этой работы может быть генетическая дактилоскопия, расставляющая все по порядку. Сегодня при таком массовом масштабе авральных работ нельзя надеяться на генетическую дактилоскопию.
- Почему?
- Сколько лет назад был взрыв на улице Гурьянова? Но до сих пор остались неопознанные трупы. Хотя тогда деньги выделялись даже на геномную дактилоскопию. Взяли геном человека, ДНК. А сравнивать его не с чем. О погибшем нет никаких сведений.
- Сколько всего методов идентификации существует?
- Много. Самый простой - антропометрический: стандартные измерения роста, окружности головы и ряд других параметров. Метод работает на таком уровне: известно, что погибший был ростом метр шестьдесят, а в морге никого похожего нет. Значит, не тот.
Второй метод - словесный портрет и особые приметы человека, если они есть. Отдельно применяется дактилоскопия. Следующие методы - фотосовмещение и рентген-совмещение. Фотографию человека сопоставляют с найденным черепом, рентген-снимок - с подходящими костями. Есть еще гематологические методы идентификации личности. Скажем, обнаружены несколько фрагментов, и неизвестно, одному человеку они принадлежат или разным. Но даже если группа крови совпадает, это не означает, что части - одного человека.
- И что делать?
- Исследовать другие факторы: тип крови, резус-фактор... Больше возможностей, по сравнению со всеми остальными, дает геномная дактилоскопия. Эта экспертиза точно ответит, одному человеку принадлежат останки или разным. Пол можно определить этим методом. Но нельзя точно сказать, кому именно принадлежат останки, пока нет фотографии, рентгена или словесного портрета.
- Получается, гарантий не может дать ни один метод?
- 100-процентная гарантия для судмедэкспертов - понятие вообще несуществующее. Но чем больше методов используется, тем выше уверенность. Наша кафедра судебной медицины добавила свой - стоматологический - метод идентификации личности. Проводится с изучением особенностей зубов, языка, твердого неба, аномалий развития зубов и зубных рядов.
- В чем же его исключительность?
- В отличие от многих других, наш можно назвать экспресс-методом. Не требуется серьезной аппаратуры, значительных материальных затрат. Результаты достаточно надежны. Предположим, идентифицируются после взрыва фрагменты тела. Череп едва-едва можно собрать. А зубы, как правило, сохраняются. Даже после воздействия высоких температур. И челюсти сохраняются. Эти органы больше защищены.
- Почему такое внимание зубам?
- Зубы каждого человека неповторимы. Кроме того, если взять все поверхности зубов, включая корни, получится 320 поверхностей, и каждая индивидуальна. Представляете, какие возможности для идентификации?
- Но человек в процессе жизни теряет зубы.
- Это так. Да пусть хоть 100 поверхностей останется, их можно успешно использовать. Есть и особенности анатомо-морфологического расположения зубов. Наши исследования позволяют говорить, где какой зуб занимает свое место в зубном ряду.
- И кому принадлежит?
- Именно. Когда проводилась идентификация останков царской семьи, я возглавлял комиссию по судебно-стоматологической экспертизе. В комиссию входили очень многие крупные стоматологи. Было обнаружено 2 зуба, и многие считали, что это зубы царевича. Какие были зубы, 7-й или 8-й? Если 8-й, царевич исключался. Потому что ему было 14 с половиной лет, а "зуб мудрости", "восьмерка", появляется значительно позже - в 18-21. Мы сейчас с точностью можем утверждать, что зубы эти к царевичу отношения не имеют. Они принадлежали Татьяне.
Мы на кафедре исследовали зубные дуги. И можем утверждать, что по ним можно устанавливать расово-этнические особенности. Можно уверенно отличить русского от казаха, грузина, эстонца.
Исследовали также аномалии развития зубов. По аномалиям развития можно делать много выводов. В медицинской документации был обнаружен рентгеновский снимок зубов одного из погибших, его сопоставили с найденной челюстью. В итоге точно установили личность. У человека была патология нескольких зубов, при жизни он обращался к стоматологу. Документы у того, слава Богу, сохранились. Стоматологи при обращении пациента обязаны составлять описание зубов: какой отсутствует, удален, запломбирован. Если есть медицинская документация, мы, вскрывая труп, можем идентифицировать его с почти полной гарантией.
- Но ведь сложно находить подобную документацию.
- Когда как. Жертвы авиакатастрофы все зарегистрированы, поле для поиска уже есть. Самая большая беда, что в России вообще нет центра систематизированных данных. Хотя бы для бойцов спецподразделений в "горячих точках". Опознание будет идти и легче, и быстрее, генетический анализ не потребуется. Моя сотрудница исследовала одно из спецподразделений, 200 человек. У 196 из них мы нашли ту или иную патологию. Дай Бог им обойтись без всяких потерь. Но, имея детальный банк данных на каждого, невозможно ошибиться с идентификацией.
- Это спецназ. А с простыми людьми как быть?
- Так ведь стоматологические исследования проводятся, особенно в маленьких регионах, практически поголовно: в поликлиниках, на предприятиях, в школах. Эти данные надо как следует описать и сохранить.
- А сопоставление в случае беды?
- Сопоставлением автомат занимается. Это можно делать массово. Надо наводить порядок, потому что угроза терактов сохраняется для всех. Да имей сейчас экспертно-криминалистические бригады хотя бы карты зубов школьников Беслана, неопознанных было бы значительно меньше.
- Скажите, а вообще-то универсальный метод идентификации существует?
- Самый надежный метод зависит от наличия максимального количества информации. Любой факт надо сопоставлять. Вот, например, нашли протез. Где его могли изготовить? Кто? И дальше цепочка... Массу вопросов решили, а вот фотографии человека нет. И - тупик.
18:44
Шумят новые леса
