Большой есть Большой, здесь все по-крупному. Вот и разговоры о ценах на билеты в главный театр страны производят впечатление на слабонервных. Принято считать, что попасть в ГАБТ можно только за десятки тысяч рублей. А вот автор этой заметки на днях стал зрителем всего за 200... не долларов — целковых. И это на топовый, премьерный показ «Пиковой дамы»! Попробуем разобраться в таких разночтениях.
Откуда же скандально-криминальный ореол вокруг системы распространения билетов в Большой, вызвавший внимание даже Государственной думы? Не случайно на встречу, проведенную дирекцией Большого как раз на эту тему, пришли не только журналисты, не только собратья-директора других столичных музыкальных театров, но и Станислав Говорухин — председатель комитета по культуре ГД. Правда, все совещание Станислав Сергеевич сумрачно промолчал. И даже на реплику «Труда» о том, что никто как он не способен показать теневую сторону жизни ГАБТа (имея в виду знаменитые кадры с жуликом Ручечником из «Места встречи...»), прославленный режиссер не повел бровью.
Зато говорили другие, в первую очередь генеральный директор Большого Владимир Урин. После его слов стало ясно, что с системой продажи билетов плохо знакомы даже журналисты, ведь они, как правило, ходят в театр по контрамаркам. На самом деле билеты можно купить каждую субботу. Перед этим на сайте театра www.bolshoi.ru вывешивается список представлений, на которые открывается продажа. Выбрав спектакль, можно прийти в кассу утром. В 10 часов обслуживают льготников, имеющих право приобретения без очереди — например, многодетные семьи. С 11.00 до 17.00 — всех остальных. Если после этого остаются непроданные места, их передают для реализации на сайте театра.
Как просто, скажете вы. Но тут же спохватитесь: цены-то наверняка заоблачные? Судите сами: стоимость билета в Большой колеблется от 100 рублей на ярусах до 18 тысяч в партере. Правда, спектакль, где достигается потолок, всего один: конечно же, «Щелкунчик» 31 декабря. Еще 20 самых востребованных балетных представлений имеют верхнюю планку в 12 тысяч, 15 спектаклей дотягивают до 10 тысяч рублей. Но минимум половина представлений, проходящих на исторической сцене за сезон, не выходит за пределы цены в 5 тысяч рублей. То есть 60-70 евро — в полтора-два раза меньше средней цены в ведущих европейских театрах.
«Так вы попробуйте протолкаться в кассу, где вся очередь состоит из перекупщиков!» — возразит завсегдатай театра. И будет прав: с раннего утра места здесь занимаются теми, кого нанимает мафия и кто согласен за навар в 200-300 рублей с билета отдать его потом перекупщику. Вот откуда билеты, которые попадают даже не к громилам у театральных колонн (те в век интернета становятся анахронизмом), а на разнообразные левые сайты, где их вам предложат вполне милым дамским голоском, но с фантастической накруткой.
Например, ваш покорный слуга после того самого визита на «Пиковую даму» полюбопытствовал, за сколько продаются аналогичные места на всевозможных bolshoi.com, biletyvbolshoiteatr.ru и прочих сомнительных ресурсах. Рекордсменом оказался сайт bolshoi-tickets.ru — здесь 200-рублевый билет шел за 4 тысячи. С 20-кратной накруткой! Для сравнения: в Европе, покупая билет, допустим, в Венскую оперу даже через самое крутое туристическое агентство, вы переплатите максимум 20%.
Как же бороться с беспардонной спекуляцией? Средств несколько. Например, через Роскомнадзор добиваться блокировки сайтов, которые незаконны уже потому, что используют защищенное патентом имя Большой (bolshoi). Хотя создание нового сайта для тех, кто в этом понаторел, — дело нескольких минут и нескольких десятков долларов.
Действеннее другое. Уже сейчас на сайте Большого — настоящем, официальном — можно найти информацию, на какие спектакли и сколько мест имеется в продаже. Например, на май это балеты «Дама с камелиями», «Дон Кихот», «Онегин», «Укрощение строптивой», оперы «Богема», «История Кая и Герды»... Да что май, на днях выскакивали даже единичные билеты на «Жизель» 6 марта — недешево, 9 тысяч, но без накруток. Просто надо чаще вспоминать, что мы живем в XXI веке, и быть своим человеком в интернете.
Ну и привыкать запасаться билетами загодя, не кидаясь в спешке в объятия первого попавшегося спекулянта. Кстати, имейте в виду: с этого года Большой перестал заключать договоры на распространение билетов с посредниками. Так что все эти biletyvbolshoiteatr питаются исключительно за счет перекупщиков. Мариинский в Питере давно от них отказался, и там пиратских билетных сайтов на порядок меньше.
Даст бог, так же будет и в Москве. Тем более что сейчас кассы Большого с 8 утра контролируются охраной, которая выдает пришедшим занять очередь номерные браслеты, и по ним уже идет продажа. В руки только два билета, и вторично в тот же день встать в очередь уже нельзя. Этому новшеству всего две недели, и, кстати, частью очереди оно было принято в штыки: «Нарушение свободы, обраслечивание!..» Вряд ли сложно догадаться, что это за часть. Думаю, те, кто действительно хочет попасть в театр, нововведению только рады. И в ближайшие же недели по количеству дополнительно вывешенных на сайте билетов можно будет судить об эффективности затеи.
Только вот, боюсь, заветных билетиков по 100-200 рублей в интернете как не было, так и не будет: их подчистую вымывает живая очередь. В которой по старинке придется занимать место с ночи. Ну так, может, театр хоть поставит рядом с кассой павильончик для энтузиастов? Стояли же здесь еще недавно вагончики рабочих во время многолетнего ремонта — ничего, мы вытерпели. Почему-то кажется, что спекуляция любит суматоху и грязь, в тепле и спокойствии ей хуже. Особенно под присмотром охраны, а то и полиции. Уж точно это было бы предпочтительнее матерящихся амбалов, до сих пор кучкующихся на Театральной.
Одно смутило. Несколько раз у господина Урина и его коллег проскользнула мысль: «Вот если бы театр мог позволить себе установить рыночную цену, как сделал это в виде эксперимента в 2004 году, то спекуляция бы исчезла сама собой». Называлась даже конкретная цифра: рост мог бы достичь 40% — билеты бы все равно раскупались. Правда, кем? Средний слой интеллигентной публики оказался бы за бортом. И театральные менеджеры оговаривались: «В нынешней ситуации, учитывая социальную значимость театра, такое невозможно». Хочется верить, что они были при этом искренни, а не затеяли нынешнее собрание для того, чтобы аккуратненько подготовить почву для задирания цены на новые высоты.
