Когда в 1962 году на советские экраны вышла короткометражка про самогонщиков, никто не предрекал ей долгой жизни. Ну подумаешь, сюжет: три героя, Трус, Балбес и Бывалый, гонят самогон и при этом не ладят со своей злопамятной собакой. А та в отместку крадет у троицы змеевик из агрегата — и вся затея псу под хвост: И кто бы мог подумать, что эта незатейливая история переживет десятилетия и эпохи, нисколько не утратив острой сивушной актуальности. Поверьте, это не просто умозаключение — недавно появившаяся статистика подтверждает: у гайдаевских «Самогонщиков» есть продолжение.
Но для начала несколько общих цифр. По данным Росалкогольтабакконтроля, с начала года в России было реализовано 63,6 млн декалитров спиртных напитков, что на 14% меньше, чем за аналогичный период прошлого года. Упали продажи тихого вина (минус 1,5%), игристого (минус 5%), крепкий алкоголь просел на 12%. При этом статистика отечественного Минздрава говорит об обратном: потребление спиртного в стране растет. Как такое возможно?
На самом деле никакого парадокса в противопоставлении этих цифр нет. Просто на очередное увеличение акциза на крепкий алкоголь и рост минимальных розничных цен на водку наши люди ответили привычно: стремительным наращиванием объемов самогоноварения.
Как ни крути, а с экономической точки зрения приобретение перегонного аппарата — дело выгодное. Ту же водку сейчас дешевле 350 рублей за поллитровку не купишь, а себестоимость производства аналогичного объема самогона составляет 100-200 рублей.
Как следует из разъяснения Федеральной службы по контролю за алкогольными и табачными рынками, дистилляция спирта для личных нужд в домашних условиях пока еще абсолютно законна, а ассортимент оборудования, представленного что в профильных магазинах, что на маркетплейсах, поражает воображение. По цене от 10 тысяч рублей можно купить вполне себе работоспособное устройство, а за 40-50 тысяч — и вовсе почти промышленную ректификационную колонну производительностью 15-20 литров дистиллята в час. Тут Трус, Балбес и Бывалый зашлись бы от радости вместе с псом.
— По словам доцента кафедры менеджмента Президентской академии в Санкт-Петербурге Максима Черниговского, в России сейчас насчитывается не менее 2,5 млн самогонных аппаратов, и спрос на них продолжает расти — с начала года этот рост составил 37%.
Впрочем, нужно понимать, что эти оценки весьма условны, поскольку основаны на официальных продажах за последние годы. А кто точно знает, сколько вполне работоспособных перегонных аппаратов было собрано из подручных материалов? Руки-то помнят!
А вот с отношением населения к спускаемым сверху ограничениям все наоборот. Опубликованные в апреле результаты социологического опроса, проведенного ВЦИОМом, говорят о том, что уровень поддержки антиалкогольной кампании, будь она сейчас объявлена, оказался бы на минимальном уровне с 2009 года. В условиях текущей потребительской инфляции и нынешней акцизной политики рост интереса к самогоноварению вполне ожидаем, считает управляющий партнер аналитического агентства «ВМТ Консалт» Екатерина Косарева: «Для большой части домохозяйств это серьезная форма экономии. Крепкий алкоголь остается востребованным продуктом в любых обстоятельствах, а самогоноварение — это пока еще законный выход из ситуации в условиях удорожания легальной продукции. Да, государство при этом не собирает акцизы, а люди рис-куют здоровьем, но в условиях, когда бутылка водки в рознице стоит порой дороже, чем полный рабочий день взрослого человека, осуждать самогонщиков как-то язык не поворачивается».
Аналогичной точки зрения придерживается и глава информационного центра WineRetail Александр Ставцев: «История говорит нам о том, что любое ограничение доступности легального алкоголя ведет к его внутреннему замещению. Ни одна из антиалкогольных кампаний не обходилась без увеличения спроса на сахар и дрожжи. В 1985 году, например, официальные продажи водки в СССР упали вдвое, а продажи сырья для самогоноварения выросли в три раза. Простая арифметика. Примерно то же самое происходит и сейчас».
Впрочем, к домашнему самогоноварению подталкивают не только экономические, но и социальные факторы. Если раньше этот вид деятельности имел ярко выраженную маргинальную окраску, то сейчас это модное и в чем-то даже статусное легитимное хобби. А люди, которые им увлекаются, именуют себя не самогонщиками, а изготовителями крафтовых алкогольных напитков. Согласитесь, есть разница даже в звучании.
Хотя, как бы ни называлась кустарная дистилляция, это прежде всего технологический процесс, причем достаточно сложный, требующий определенного оборудования, знаний и соблюдения санитарных норм. Любая ошибка может привести к весьма печальным результатам. В дистилляте могут остаться сивушные масла и токсичные примеси, которые поражают внутренние органы пьющего гражданина, а в тяжелых случаях могут вызвать слепоту. Основываясь на богатом опыте моего хорошего знакомого, не первый год занимающегося самогоноварением, могу с уверенностью сказать, что поддерживать стабильно высокое качество продукта от партии к партии действительно сложно.
Можно ли как-то переломить самогонный тренд? В экспертном сообществе считают, что да. Вот только репрессиями и ужесточением делу не поможешь. Главный способ борьбы с любым алкоголем — снижение потребности в нем населения. Что же касается самогона, то его главный враг остается все тот же: доступная легальная водка. Ничего другого пока не придумано.
