Общественный совет при Министерстве культуры озаботился: чем бы вы думали? Рушащимися историческими памятниками? Разваливающимися домами культуры? Отсутствием денег на издание отечественных классиков уровня Георгия Свиридова? Зарплатами в отрасли, недотягивающими до прожиточного минимума? Ничего подобного: на начало сентября анонсировано обсуждение репертуарной политики театров на предмет соответствия стратегии национального развития и национальной безопасности.

Ну конечно, нет у национального развития и нацбезопасности злее врагов, чем режиссеры с завлитами и помрежами. Это еще Сталин знал, сживая со свету Мейерхольда с Михоэлсом. И Суслов, гнобивший любимовскую Таганку. Нехорошо забывать традиции — и вот инициатива Совета при Минкультуры во главе с Михаилом Юрьевичем Лермонтовым (вот подивился бы предок и полный тезка такой озабоченности в духе Третьего отделения!).

Впрочем, на следующий день после сообщения министр культуры Ольга Любимова заявила, что «не стоит приписывать ведомству идеи и суждения отдельных членов Общественного совета», и напомнила, что «цензура в нашей стране недопустима в соответствии с Конституцией».

Инцидент исчерпан? Если бы! Предложение господина Лермонтова не на пустом месте родилось. Грубое вмешательство государства в работу театральных и прочих творческих организаций в последние годы стало регулярным. Вспомним, к примеру, кампанию, приведшую к закрытию спектакля «Тангейзер» в Новосибирской опере. По абсолютно надуманному, ставшему универсальным поводу: в связи с «оскорблением чувств верующих». Хотя смысл постановки ровно противоположный: герой, совершивший святотатство, за него и наказывается...

Или травля балета «Нуреев» Большого театра в постановке опального Кирилла Серебренникова, правда, не столь успешная: в столице, тем более по отношению к могучему ГАБТу, труднее совсем уж плевать на театральную общественность.

Зато над теми, кто поменьше и послабее, можно покуражиться. Помните, как активисты движения СЕРБ сорвали спектакль Театра.doc «Выйти из шкафа»? Или как дирекция театрального фестиваля «Молодые — молодым» отменила спектакль детской студии «Классики» по «Чиполлино» за фразу «кур нет, но вы держитесь» и упоминание вне восторженного контекста слова «реновация». Такое ощущение, что любая живая мысль является нежелательной, глубоко противной государству.

А на днях глава Следственного комитета Александр Бастрыкин поручил своим сотрудникам проверить спектакли театра «Современник» на предмет оскорбления ветеранов. Повод? Главная героиня пьесы «Первый хлеб» в исполнении Лии Ахеджаковой, бабушка внука-контрактника, отправляющегося на очередную войну, произносит горький монолог на бывшем кладбище с захоронениями ветеранов, оскверненном, заметим, не ею, — это власти раскатали его под строительство завода...

Обратите внимание: проверка затевается не против движения «Офицеры России», в чьем доносе утверждается, будто спектакль вызвал возмущение ветеранов Великой Отечественной (много ли 95-летних участников той войны посмотрели пьесу в эти дни?). Не против того же СЕРБа, принесшего к зданию театра похоронные венки, что вполне может быть расценено как угроза.

Неужели у СК России нет других забот? У нас что, не прозябают ветераны в неотремонтированных квартирках? Или перевелись в стране воры, взяточники, насильники и убийцы, а есть один лишь враг — театр со славными традициями и артистка Лия Ахеджакова, произносящая недостаточно патриотичный, по мнению органов, текст со сцены?

Тройной тезка великого поэта держит нос по ветру, и как бы ни успокаивала нас министр культуры, наезды на театры, галереи, фестивали будут продолжаться. А возможно, сбудется ироничный комментарий в соцсети, где обсуждалась нынешняя активность Следственного комитета: «После проверки репертуара на соответствие стратегии нацбезопасности Большой театр был закрыт за постановку экстремистского балета «Спартак». Там ведь гладиаторы против власти поперли...