Когда «Голос» впервые появился на нашем ТВ, «Труд» предположил, что шоу может стать своеобразной «проверкой на вшивость» для попсы. Если вдруг среди конкурсантов отыщутся подлинные таланты, пустят ли их кланы, сложившиеся в шоу-бизнесе, на федеральный экран? Или задушат на корню как претендентов на кормушку? С тех пор на разных каналах вышло множество других вокальных состязаний, но новых звезд они почти не дали. Ревность и жадность безголосой «старой гвардии» же если и сыграли тут свою роль, то не решающую.
B минувшее воскресенье, 1 октября, в «Новых русских сенсациях» НТВ продолжил освещать скандал вокруг модного пластического хирурга, которого Любовь Успенская, другие певицы и просто богатые дамы обвинили в том, что он их изуродовал. И в качестве доказательства предъявили слегка заблюренные бюсты разной величины и формы. Означенное событие широкие зрительские массы окрестили «сиськиным бунтом». Но хирург не стал посыпать голову пеплом. Напротив, он сделал «Ход королем» (именно так назывался выпуск «НРС»). А именно — продемонстрировал своего лучшего друга и пациента Киркорова.
Филипп Бедросович не стесняясь поведал, что к 56 годам его физическая форма стала, мягко говоря, удручающей. С трудом дотягивался до шнурков, начиналась одышка. Канал даже показал чье-то любительское видео, запечатлевшее на пляже грузного мужчину, в котором лишь по голосу можно было узнать любимца публики. Но друг спас друга: хирург поработал над телом «больного», взяв за образец его же фотографии времен брака с Пугачевой. И вот Фил демонстрирует столь впечатляющий результат, что какая-то дама хватает певца за кажущиеся стальными ягодицы — «Не могла удержаться!» Тем самым как бы сложив из четырех известных букв слово «вечность».
О такой ли вечности мечтают тысячи молодых людей, приходящих на кастинги «Голоса» и других вокальных шоу? Перед выходом на сцену ведущие берут у конкурсантов мини-интервью, где главный вопрос, правда, не звучащий прямо, в лоб, таков: «Что привело вас сюда?» И те отвечают так же уклончиво: «Желание попробовать свои силы, сделать новый шаг». Но за этим легко угадывается: «Хочу стать знаменитым и получить все то, что соответствует статусу». Как у Чижа: «И я стану сверхновой суперзвездой / Много денег, машина, все дела». Фотосессии, гастроли, а коли время придет, то и пластика, новая молодость. Вечность.
Никого при этом, кажется, не смущает, что из десятков шоу за десяток лет достигли цели (да и то не на полную катушку) лишь пять-шесть человек. Большинство же победителей с потрясающими вокальными данными попросту забыты. Даже поющий на Красной площади и вообще из каждого утюга SHAMAN добился подобного успеха благодаря не особому вниманию Аллы Борисовны на «Факторе А» и не второму месту на «Голосе», а вовремя почуянному тренду на гражданскую тематику.
В чем же дело? Неужели акулы поп-сцены в реальности сидят у телеэкранов и, заметив настоящий алмаз, тут же обзванивают знакомых продюсеров: «Ты, смотри, этого не бери в огранку. Обижусь!»? Может, и так бывает, но это не главное.
Вообще-то правила, сложившиеся в «Голосе», вовсе не способствуют тому, чтобы новичок мог сразу запасть в душу зрителю. Начнем с того, что конкурсанты исполняют не оригинальные произведения, а каверы хитов знаменитостей. И таким образом, оцениваясь по принципу «похож — не похож», остаются в тени оригинала. Из сезона в сезон звучат одни и те же номера, что усиливает указанный эффект. А ведь 20 лет назад участники «Фабрики звезд» сочиняли свои песни, и их даже крутили по радио. Кроме того, стремясь «развернуть» наставников, вокалисты стараются поразить их сложными партиями. Народ же запоминает простые песни. Такие, что пел Державин в фильме «Моя морячка». Там весь зал ему подпевает: «И когда на море качка и бушует ураган, / Приходи ко мне, морячка, я любовь тебе отдам»...
Но вышесказанное — мелочи. Главное же в том, что и продюсерам это на фиг не надо. Времена, когда они выискивали одаренных вокалистов и делали из них звезд, прошли. Дело требует много денег. В 1990-е, породившие десятки громких имен, они были шальными. Легко обретались и столь же легко исчезали. Тратить же сотни миллионов сегодня, когда неизвестно не только будущее шоу-бизнеса, но даже и то, что будет с Родиной и с нами, легкомысленно. Обводят воротилы глазами всю ту же «старую гвардию» и вздыхают: «Коней на переправе не меняют:» Они ушлые ребята. Понимают, например, что растить прямых конкурентов для SHAMANа не имеет смысла. Во-первых, народу одного такого «поэта и гражданина» достаточно, а во-вторых, пока вырастишь, тренд может иссякнуть.
Про коррупционную составляющую, откаты, кумовство рассуждать не будем. Разговоров много, фактов мало.
Словом, «Голос» и иже с ним — это вам не программа «Алло, мы ищем таланты!», выходившая на ЦТ СССР. Здесь результат оценивается цифрами рейтинга и рекламными доходами, а не творческим выхлопом. Справедливости ради скажем: в десятках вариантов оригинального нидерландского формата The Voice, адаптацией которого является «Голос», картина примерно такая же.
Зато «Голос. Уже не дети» неизменно оказывается в десятке самых рейтинговых программ. И, значит, все довольны. И зрители, и телевизионщики. И конкурсанты, наверное, тоже. Пусть и не вечность, но минуту славы они получили.
