Россияне наконец начали отказываться от туров в Египет — это стало известно в понедельник вечером. До этого держались стойко. Тур-операторы были поражены: возвраты турпутевок почти не фиксировались. И лишь после того, как акула убила 70-летнюю туристку из Германии, отечественные туристы стали сдавать билеты. Не все. Больше того — немногие. Большинство не в силах отказаться от Шарм-эль-Шейха.
Я не знаю, в чем тут дело. То есть знаю, но боюсь сказать. Лет восемь назад над Анапой и Новороссийском промчались два смерча, на побережье были разрушены десятки домов, и пока на одной стороне пляжа искали трупы, на другой спокойно купались. У людей был отпуск, они не могли им жертвовать.
Если из-за каждого смерча возвращаться домой, к началу осени никак не восстановишься. Наш человек сильно выкладывается на работе, так эта работа устроена в худших традициях дикого капитализма. Профсоюзы никого не защищают. Не нравится — иди гуляй: желающих занять твое место всегда полно, особенно в провинции. Отпуск в таких условиях надо использовать по полной: другого шанса прийти в себя не будет. Лично у меня человек пять добрых знакомых в ближайшее время собираются в Египет. «Но там акула!» — «Ничего, мы у бережка:« — «Но и она у бережка!» — «Ну сколько их там на всем побережье? Штук пять? Всех не переест...» — «Но понадкусает». — «Да ладно тебе, волков бояться...» То, что россияне вообще больше прочих граждан склонны к риску, неоднократно подтверждали спасатели во всем мире: именно специалисты МЧС на вес золота в любой горячей точке.
Сам Шойгу с гордостью рассказывал мне в интервью: где пройдет наш спасатель, любой другой пасует. Почему это так — жизнь не дорога? Нет, просто повышенный фон риска в обычной жизни постепенно растворяется в крови, передается по наследству: русскому характеру скучна повседневная добросовестность, но любезен героизм. Однако героизм этот чаще всего проявляется сегодня не в труде — который у большинства россиян практически отнят, во всяком случае если говорить о труде осмысленном, — а в отдыхе: нет такого фактора, который бы заставил нас отказаться от выстраданного отпуска. Жизнь обесценилась настолько, что проще умереть, чем не отдохнуть.
Если бы все сказанное касалось только Египта, нечего было бы и огород городить, но героическое поведение россиян в отпуске известно во всем мире. В любимом Крыму я множество раз видел людей, бесстрашно купавшихся в любой шторм, и это не доблесть отдельных смельчаков, а массовое явление. «Чего вы в воду лезете?» — «А что ж, на берегу сидеть? Приехали, деньги тратили... »То же стремление любой ценой отгулять отпуск заставляет россиян ехать в страны, чреватые терактами и ураганами, эпидемиями и гражданскими войнами.
Наш человек не для того покупает тур, чтобы заботиться о личной безопасности. Он у себя на дому ежедневно подвергается таким рискам, что заграница с ними не сравнится. Он с начальником запросто общается, участкового врача посещает — что ему акула! Убежден, что если бы наш турист приобрел тур в Содом и Гоморру, а за три дня до вылета узнал об их скорой гибели, почти никто не сдал бы путевок. И тогда, возможно, Содом с Гоморрой были бы пощажены. Потому что Господь обещал пожалеть их, найдись там парочка праведников, а наши туристы и есть праведники. Ибо, во-первых, много и безропотно трудятся. А во-вторых, так устают от жизни, что презирают смерть. Если это не праведность — чего вам еще?
