Накануне 8 Марта премьер Дмитрий Медведев подписал постановление о сокращении срока перечисления материнского капитала до 10 дней. О чем торжественно было объявлено по всем информканалам среди главных новостей. В Пенсионном фонде пояснили: «На рассмотрение заявления о распоряжении средствами материнского капитала закон отводил месяц и еще месяц на перечисление средств, а теперь срок сокращен с месяца до 10 дней». Какой в этом практический смысл, для кого и почему оказались критически важными сэкономленные 20 дней, не может объяснить никто. «Ждать придется меньше», — только и сказал премьер.
Ради этих трех слов и пяти строчек в постановлении правительству пришлось изрядно потрудиться. Чиновники Минтруда составили проект и пояснительную записку, вышестоящий начальник проверил, поправил и одобрил, канцелярия зарегистрировала, разослала по ведомствам и инстанциям на согласования. После получения всех виз документ отправили на экспертизу в юридическую службу аппарата правительства. Наконец, внесли в повестку заседания правительства и...
И даже после подписания постановления работа над ним не закончилась. Еще потребуется внести изменения (цитирую) «в ряд нормативных правовых актов Правительства России, которыми устанавливается порядок направления средств материнского капитала».
Опытные управленцы говорят, что лишь на прохождение любой подобной бумаги по бюрократической цепочке Белого дома уходит не меньше месяца, а в переводе на трудовые затраты — до семи человеко-дней. И это в редчайшем случае, если ни на одном этапе ни у кого не возникло возражений. Наверное, если документ посвящен важному делу, это время и трудозатраты нельзя считать напрасно потраченными. Но если сам вопрос не стоил выеденного яйца?
Учтем: сама проблема выплат материнского капитала именно сегодня обретает небывалую остроту. Ибо за 10 лет программой воспользовались более 5 млн семей, и если в 2000-м в стране на 1 тысячу женщин рождалось 8,7 младенца, то в 2012 году — уже 13,3, а в 2013-м Росстат впервые отметил естественный прирост населения. В 2014-м этот показатель составил более 30 тысяч человек — и это в условиях сокращения численности женщин в детородном возрасте. Политики отнесли этот успех на счет программы материнского капитала.
Но радость оказалась недолгой: в 2016-м естественный прирост населения в России упал до 5,4 тысячи человек, а в нынешнем году предполагается чистая убыль. «В жизнь выходит малочисленное поколение периода демографической ямы, и тенденция к снижению рождаемости продолжится до середины 2020-х», — говорит профессор ВШЭ Андрей Коротаев.
Причем мы имеем дело с двумя негативами одновременно: при снижении численности женщин детородного возраста сокращается число детей, которых эти женщины рожают. А это уже последствия экономического кризиса, которые можно сгладить новыми мерами поддержки семей, сопоставимыми с материнским капиталом. Например, как предлагают демографы, стимулировать рождаемость программой предоставления беспроцентной ипотеки при рождении третьего ребенка.
Но правительство поступает наоборот. Во-первых, индексация маткапитала заморожена до 2020 года. Да и сама программа скоро может приказать долго жить. Министр труда Максим Топилин предложил продлить ее на пять лет, но правительство ответило постановлением о сокращении на 20 дней сроков выплаты. Как написала в интернете одна многодетная мать, «лучше бы прислали моим малышам по упаковке памперсов...».
Еще одним «подарком» российским женщинам от правительства к 8 Марта стало утверждение Национальной стратегии действий в интересах женщин на 2017-2022 годы. Кому и зачем нужен 17-страничный документ, неизвестно. На первые два года запланирована разработка «механизмов реализации политики в интересах женщин». Второй этап (2019-2022 годы) предусматривает какие-то действия «по улучшению положения женщин в политической, экономической, социальной и культурной сферах».
Весь текст пестрит терминами «создание», «совершенствование», «расширение», «повышение», «развитие» и т. д. Конкретики — никакой, да и вообще создавать, повышать и совершенствовать, по замыслу авторов документа, будут органы исполнительной власти по собственным планам — чем они в меру сил и способностей и так занимаются.
В распоряжении так и сказано: «Рекомендовать органам государственной власти: руководствоваться положениями Стратегии при решении задач в области улучшения положения женщин...» И все!
Казалось бы, еще один безвредный бюрократический документ, от которых ни холодно ни жарко. Но для чиновников не бывает бесполезной бумаги, тем более спущенной сверху. В этой, например, записано создание Координационного совета при правительстве РФ по реализации Стратегии. Следовательно, появится бюрократический аппарат, и на первых порах он может быть совсем неприметным. Но дальнейшая тактика известна — «права не даются, права берутся». И вместе с правами начинают расширяться возможности, включая финансовые.
Кстати, ни в одной нормально развитой стране никому в голову не придет создавать при Кабинете министров подобные структуры — такими проблемами успешно и с удовольствием занимаются общественные организации. Но в России в последние годы идет огосударствление не только экономики. На очереди общественные структуры: молодежные, женские организации и т. д.
Между тем у нас уже 23% населения работает в бюджетной сфере, включая повсеместно растущие как грибы полугосударственные и пригосударственные конторы. Никаких нефтедолларов не хватит, чтобы прокормить такую ораву. Для сравнения: в других странах, близких по уровню развития к нашей (Мексика, Чили или Бразилия), на бюджетные деньги живет не более 10%.
Однако Россия продолжает идти «своим путем». Во властных коридорах бурлят страсти вокруг еще одной бюрократической игрушки — законопроекта о единой российской нации, еще на стадии написания переименованного в закон «Об основах государственной национальной политики». Любопытна причина переименования: народ не готов. Не созрел. Как пояснил бывший глава ликвидированного Министерства по делам национальностей Валерий Тишков, «общество не очень подготовлено к восприятию такого понятия, как единая нация, объединяющая все национальности».
В структуре Кабмина сейчас функционирует Агентство по делам национальностей, но оно ищет себе сверхзадачу, а стране — «национальную идею». И эти поиски, судя по всему, обойдутся нам никак не дешевле «женской стратегии».
Впрочем, это еще цветочки в сравнении с планами кабинета по повсеместному внедрению цифровой экономики. «Электронные технологии должны охватывать все сферы — от торговли и логистики до госуслуг, от промышленности и образования до жилищно-коммунального сектора и здравоохранения. Для этого необходимо создавать правовую и физическую инфраструктуру», — заявил премьер на Сочинском экономическом форуме. И оптимистично добавил, что у России «есть все слагаемые, чтобы стать одной из ведущих технологических стран мира. У нас есть интеллектуальный потенциал, у нас есть ресурсы...»
Хотя нашу страну отличают и другие особенности, о которых Дмитрий Медведев предпочел промолчать: например, доля экспорта российской высокотехнологичной продукции в мировом объеме экспорта ничтожна и составляет около 0,4%. Для сравнения: доля китайского экспорта высокотехнологичной продукции в мире увеличилась с 3% в 2000-м до 19,5% в 2015-м. Конечно, и нам нужно развивать электронные технологии. Но можно ли ставить эту задачу на первое место в условиях, когда экономической политики в стране вообще не существует?
Удивляют и активно обсуждаемые планы подъема экономики с помощью увеличения налогов на доходы физических лиц (НДФЛ), обязательного перевода всех пенсионеров и бюджетников страны на платежную карту «Мир» и «налогового маневра»: снижения ставки страховых взносов с бизнеса с нынешних 30 до 21% (бизнес заплатит меньше) — и одновременного повышения НДС с 18 до 21% (население заплатит больше).
Эксперты «Труда» считают, что предлагаемый «маневр» может выйти боком. Крупный бизнес, работающий «вбелую», получит дополнительные доходы за счет уменьшения платежей соцстраху, но не факт, что направит их на инвестиции. Известно, что по разным причинам и нынче на счетах лежат без движения сотни миллиардов рублей. Зато будет полностью разбалансирована система социального финансирования, а по бедным будет нанесен еще один удар за счет дополнительных поборов и роста цен.
Наконец, главное: подобные эксперименты категорически противопоказаны в периоды падения производства и общей стагнации экономики. А Россия все еще переживает именно такой период, несмотря на оптимистичные заявления из правительства. И даже в этом случае подстрелить на взлете отечественную экономику легче легкого, а что будем делать, когда она снова рухнет?
P.S. Между тем, по оценке Счетной палаты, сегодня на подъем экономики можно было бы направить почти 1 трлн рублей. Ибо, по неполным данным, в 2016-м объем нарушений в деятельности министерств и ведомств оценивается в 956 млрд — вдвое больше, чем годом раньше, когда было бездарно растрачено 517 млрд рублей. Основные потери прошлого года — в сфере госзакупок, неэффективное управление государственной собственностью, вопиющие провалы в исполнении федеральной адресной инвестиционной программы (деньги ушли колоссальные, около 1 трлн рублей, а введено лишь 159 объектов из 496 запланированных).
Все это можно назвать финансовой оценкой качества работы исполнительной власти страны. Видимо, играть в бирюльки у чиновников получается лучше.
