Под предлогом мер безопасности продолжаются массовые отключения мобильного интернета, что ведет к экономическим убыткам и росту социального напряжения. Депутат Госдумы Вячеслав Мархаев выступил с резкой критикой в адрес Минцифры, предложив переименовать его в Министерство цифровой деградации. Россия оказалась в числе аутсайдеров мирового рейтинга свободы интернета, опередив в нем лишь Северную Корею. Граждане ищут пути обхода блокировок, а компании закупают корпоративные VPN. Кто победит в этой борьбе? И с чем борется государство — с настоящими врагами или с инакомыслием?
Андрей Серенко, ведущий эксперт Центра изучения современного Афганистана
— Государства с жесткими режимами давно выстроили цифровую субкультуру. Там общественное мнение приучали к несвободе не один год. Но желающие продолжают обходить блокировки. В России же за 20 лет общество привыкло к европейским стандартам доступа к Сети. И для людей даже рост цен оказался не таким сильным шоком, как обрубание привычных моделей использования интернета. Такой стресс для политической устойчивости опаснее инфляции. Но у президента пока имеется пространство для маневра. И пора бы этим воспользоваться.
Дмитрий Абзалов, глава Центра стратегических коммуникаций
— Блокировки интернета влияют на экономику, но все же не в тех масштабах, как блокировка Ормузского пролива. Бизнес кнутом, а не пряником заставят уходить на отечественные площадки. Однако никакие ограничения не убьют все протоколы VPN. Выйти в мировую Сеть получится и впредь, правда, это станет дороже и хлопотнее. А экспортеры получат государственные VPN — договариваться с партнерами из-за рубежа.
Юлия Милешкина, политический консультант
— Цель блокировок ряда ресурсов и отключения интернета — это обеспечение безопасности. Однако методы, которыми осуществляют это, далеки от корректных, что и вызывает возмущение людей. Вместо объяснений и создания качественных сервисов, которые заменят западные аналоги, людей принуждают идти в сырой и не очень комфортный мессенджер, отключая от привычного комфорта. Победит в этой борьбе известная парадигма: строгость законов в России компенсируется необязательностью их исполнения. Инакомыслие никуда не денется, останется в головах, просто государству станет сложнее с этим жить.
Павел Салин, политолог
— Монолитности во власти нет, в том числе и по вопросам блокировок. Кто-то осторожно возражает, но силовики, сторонники железного занавеса, стоят на своем. Цель борьбы с Сетью состоит в том, чтобы виртуальное пространство было максимально стерилизовано на случай наступления критических событий и принятия непопулярных мер. Первая задача — лишить людей источников неподконтрольной информации, вторая — лишить возможности координироваться. Можно рассуждать про лоббистов мессенджера MAX, но это десятая причина.
Анатолий Вассерман, политический консультант, депутат Госдумы
— Сейчас внедряются новые интернет-протоколы, они обесценят заметную часть блокировок. Выгоду от подобного железного занавеса в первую очередь получают те, кто, убедившись в устойчивости людей к экономическим ударам и пропаганде, пытаются расшатать общество изнутри. Они попросту создают неприемлемые условия для общественного климата. Те же, чьими руками нынешние ограничения осуществляются, плохо понимают, что такое интернет, — я говорю о Роскомнадзоре и Минцифры. За оставшиеся месяцы в Думе собираюсь инициировать поправки в законы, связанные с интернетом. В надежде исправить сложившуюся ситуацию.
