Труд: Российская исполнительская школа оказалась сильнейшей

Главная Культура 09:46 13 Сентября 2013 3068

Российская исполнительская школа оказалась сильнейшей

В Калининграде завершился VIII международный конкурс органистов имени Микаэла Таривердиева

Сергей Бирюков, Спец.корр. «Труда», Калининград

Напечатать

Хотя на финальный третий тур в числе семи сильнейших прошли лишь две наши участницы, победа досталась именно россиянке — Алине Никитиной из Петербурга. «Труд» рад не только за нее, но и за других участников — разрыв между претендентами был очень невелик.

Мы уже писали об уникальной системе отбора, установившейся на конкурсе имени Таривердиева (см. «Орган — дело семейное» 09.09.2013). Если другие органные соревнования проходят в каком-то одном определенном месте, то таривердиевское началось с трех региональных прослушиваний — в Канзас-Сити (США), Гамбурге (Германия) и Москве, где из почти четырех десятков претендентов отобрали 20 самых сильных. Неделю назад все они прилетели в Калининград на второй и третий туры. До финала дошли семеро. И вот во вторник они померились силами между собой.

Здесь проходили прослушивания второго тура. Фото автора

На таком высоком уровне выбор жюри особенно сложен, здесь могут сыграть роль самые тонкие нюансы. Например, уверенно сыграла все сочинения программы наша Мария Лебедева — петербурженка, сейчас обучающаяся в Высшей школе музыки и театра Гамбурга. Но вот сама программа была выстроена странно: огромная, насыщенная эмоционально и децибельно хоральная фантазия Макса Регера, затем — трагическая звуковая фреска Микаэла Таривердиева «Камо грядеши» из органной симфонии «Чернобыль» (обязательное сочинение), после чего две относительно скромные французские пьесы («Литании» Жана Алена и Прелюдия и фуга М.Дюрюфле) , потерявшиеся на фоне предыдущих кульминаций. У американца Джонатана Грегори — другой изъян: слишком уж захотел «объять необъятное» — тут и архаичные пьесы времен Возрождения, и Бах (сыгранный технически небезупречно), и мощный французский романтик Франк, и, конечно, тот же «Чернобыль», после которого мотивы из развеселых американских песенок в Фантазии Болкома звучали диковато. А другой американец, Сэмюэль Гаскин, проявил излишнюю самонадеянность — включил в программу вольную импровизацию. Спору нет, тему самого, наверное, популярного в мире рингтона он обработал остроумно, вызвав и одобрительный смех, и аплодисменты публики, однако жюри такого панибратства по отношению к конкурсу, где все-таки есть свои правила, не прощает: хочешь состязаться в импровизации — езжай на специальные конкурсы, где ты будешь в равных условиях с другими участниками.

Участники конкурса у органа, на котором им предстоит сыграть. Фото автора

В итоге беднягу Гаскина, единственного из всей семерки, оставили без награды. Грегори, Лебедева и представительница Германии Мариам Хайяви получили дипломы. Третья премия — у американки Кэтлин Эмерсон, очень качественно сыгравшей и «Чернобыль», и милую Сицилиану Дюрюфле, и ярчайшую пьесу великого француза Оливье Мессиана «Бог среди нас». Вторая — у поляка Михала Коцота, которого прозвали самым серьезным участником конкурса — прежде всего за глубокое исполнение «Камо грядеши» Таривердиева, кстати, принесшее ему и специальный приз жюри за лучшую интерпретацию музыки замечательного композитора, чье имя носит состязание. Наконец, первое место — у петербурженки, воспитанницы известного российского органиста Даниэля Зарецкого Алины Никитиной.

Если честно, на мой вкус, Алина тоже не вполне удачно выстроила программу: сплошные французы, от галантных звуковых рюшечек Луи Маршана до экстатического Мессиана, на фоне которых чужеродно выглядел таривердиевский «Чернобыль». Но играла она настолько увлеченно, регистровала произведения так ярко — а жюри, видимо, еще и помнило, как точно она исполнила на втором туре Баха — главного органного композитора, которого редко кто на этом конкурсе играл вполне успешно, — что на ее победу, мне кажется, не обиделся никто.

Ну и те, кто организовывал конкурс, постарались, чтобы никто из участников не уехал из Калининграда с чувством обиды. На закрытии конкурса, прошедшем в зале филармонии (это бывшая лютеранская церковь Святого Семейства) на конкурсантов буквально хлынул поток наград. Среди них было не так много денежных призов — но деньги, как справедливо заметил один из членов жюри, быстро кончаются, а вот возможность получить концертные ангажементы для молодого артиста бесценна. Кэтлин Эмерсон получила приглашение выступить в Красноярской филармонии, Джонатан Грегори — в органном зале Астаны (Казахстан), Мариам Хайяви (кстати, премированная за лучшее исполнение музыки барокко) — в Таврической капелле Петербурга. Алину Никитину через посредство Центра международных конкурсов при Министерстве культуры России зовут с концертом в один из пражских соборов, органостроительная фирма «Александер Шуке» (кстати, это она восстановила большой орган в кафедральном соборе Калининграда, сгоревший в конце Второй мировой войны) предлагает ей выступить на фестивале в Потсдаме, а знаменитый Домский собор Риги предоставляет свой известный на весь мир орган для сольного выступления. Но чемпионом по приглашениям стал Михал Коцот: ему будут рады на органном фестивале в Краснодаре, в московском католическом соборе Непорочного Зачатия, главном храме Гамбурга «Санкт Михель» и в Большом зале Санкт-Петербургской филармонии.

Не забыли даже тех, кто не прошел на третий тур. Так, итальянцу Давиде Мариано вручили приглашение сыграть на том самом органе кафедрального собора, что с недавних пор вновь звучит под восстановленными сводами древнего храма. А еще его зовут в Голландию на фестиваль, причем приглашение пришло от голландского органиста Жан-Пьера Стайверса, который когда-то удачно выступил на конкурсе имени Таривердиева, более того, полюбил японку Хироко Иноуэ, тоже участвовавшую в соревновании, женился на ней, и теперь оба они — солисты Калининградской областной филармонии. Так что вручать Давиде приглашение на сцену вышло все интернациональное семейство, обязанное своим появлением России.

И конечно не могло обойтись без приза от главного инициатора конкурса — вдовы Микаэла Таривердиева Веры, которая начиная с 1999 года неизменно находит своему начинанию поддержку от администрации Калининградской области и ее творческих организаций. Эту награду увезет с собой в Канаду романтичная Жюли Пенсонне.

Ну а фестиваль «Орган плюс», составной частью которого является конкурс имени Таривердиева, завершился днем позже, в четверг вечером. Напомним: среди его участников были и Московский синодальный хор, и актер Евгений Дятлов, и пианист Алексей Гориболь, и уникальный валторнист Аркадий Шилплопер, и даже дуэт японских народных инструментов «Хиде-Хиде», в чьем репертуаре — крайне оригинальная интерпретации Пассакалии Генделя под аккомпанемент органа.

А еще у жителей Калининградской области завершившийся восьмой органный конкурс останется в памяти тем, что в его дни одна из лучших музыкальных школ края — в городе Гвардейске — получила имя Микаэла Таривердиева.

Голоса

Тьерри Эскеш, профессор Парижской консерватории, председатель жюри, композитор, органист (Франция):

— Орган для современного человека — это мощь и обращение к высшему благословению... Неделя была очень богатой неделя для нас. Не раз был председателем международных конкурсов, но без преувеличения скажу: уровень очень высокий, и крайне трудно было выбрать финалистов...

Конкурсанты много работали над современной музыкой, это очень ценно. Может быть, потому что я был председателем жюри, и моя музыка входила в программы. Возможно, иногда ее видение исполнителями не совпадало с моим, но ни одно из исполнений ее не испортило. А когда Коцот играл произведение Ройбке (немецкий композитор середины XIX века. — «Труд»), я так увлекся, что забыл о конкурсе.

Алина шла очень ровно, у нее не было слабых мест. Спокойно адаптировалась к различным стилям. В ней чувствуется богатая личность. Не люблю органистов, сосредоточенных только на органе. Молодым исполнителям я бы советовал больше слушать оркестр, камерную музыку. Это научит их и в тембрах органа находить больше красок, подобных тем, что есть в оркестре.

Я редко фиксировался на том, какой национальности исполнитель. Но отмечал в обсуждениях, что русские порой намного лучше других исполняли французскую музыку, чисто по-французски. Думаю, внутри русской школы можно найти несколько школ — одна более связана с немецкой, другая с французской... Это зависит прежде всего от личности преподавателя. Самая главная черта русских — открытость по отношению ко всем школам.

Для меня как композитора русская музыка всегда являлась источником вдохновения. Чайковский — любимый композитор. Также моей музыке приписывают восточное влияние — например, исходящее от Бартока. Среди русских музыкантов у меня прочные отношения с Валерием Гергиевым, часто приезжаю в Петербург, в ближайшее воскресенье у меня концерт импровизации в Мариинском театре.

Почему Вера Таривердиева пригласила в жюри именно меня? Надо спросить ее, но думаю, что она искала композитора и импровизатора, чтобы отдать дань уважения ее знаменитому мужу, ярко заявившему себя в этих амплуа. Ну и, возможно, ей понравилась моя музыка?

Художественный руководитель конкурса Вера Таривердиева, председатель жюри Тьерри Эскеш (слева) и член жюри Даниэль Зарецкий во время объявления результатов. Фото автора

Любовь Шишханова, доцент Московской консерватории, член жюри:

— Алина прекрасно играла. Но резкого отрыва между конкурсантами не было, Коцот — тоже замечательный органист. Положа руку на сердце — не скажу, что мне чья-то программа полностью понравилась. За то, что в финале не была представлена московская школа, мне совершенно не обидно — в Москве сейчас проходит конкурс имени Гедике. Может, и имело смысл развести эти два конкурса по времени, но у Московской консерватории в этом отношении очень ограниченные возможности, залы постоянно заняты. Порадуемся и тому, что есть: два конкурса лучше, чем один и тем более ни одного.

Майкл Бауэр, профессор органа в Университете Канзаса, член жюри:

— Россия сегодня благословенна: величайшие учителя, великолепные органы, большое количество воодушевленных слушателей. И ваши знаменитые на весь мир традиции фортепианной игры — это твердая почва для органной музыки.

Даниэль Зарецкий, профессор Санкт-Петербургской консерватории, член жюри:

— Ни один престижный зал не будет приглашать солиста по количеству кликов в Ютьюбе. Вот зачем нужны конкурсы в эпоху интернета: они дают не только общение, но и поддержку в концертной карьере. Это гораздо важнее, чем деньги.

Алина Никитина, победительница конкурса:

— Я родилась в Павлодаре, это Казахстан, в моем 12-летнем возрасте мы переехали в Омск, родители до сих пор там — мама экономист, папа — заведующий кафедрой электроснабжения промышленных предприятий в Техническом университете. После окончания училища я уехала учиться в Петербургскую консерваторию. Теперь собираюсь продолжить образование в Веймаре. Французская музыка для меня занимает одно из первых мест. Но без Баха, конечно, никуда, как и без немецких романтиков.

Алина Никитина в числе других конкурсантов ждет объявления результатов. Через несколько минут она узнает о своей победе. Фото автора

Напечатать

Культура 13:36 / 21 Мая 2026 13984

Что будет с Кижами? Нет нам ответа

В редакцию поступило письмо музея-заповедника «Кижи» с комментарием к опубликованной в «Труде» статье «Взять и заколотить Кижи». Приводим этот текст для полноты картины

Василий Соболев

Построенная в 1714 году церковь Преображения Господня остаётся без надежной системы пожаротушения

«3 марта 2026 г была опубликована статья «Просто взять и заколотить Кижи» Ирины Смирновой. Музей-заповедник «Кижи» полагает необходимым заявить, что информация, содержащаяся в данной публикации, не соответствует...