В России приняты законодательные поправки, уравнивающие «публичное унижение чести и достоинства ветерана Великой Отечественной войны» с «реабилитацией нацизма». Теперь за это оштрафуют на 5 млн рублей или посадят в тюрьму на пять лет. Но изменится ли к лучшему жизнь почти ушедшего от нас поколения, пережившего тяготы войны? Защитит ли ветеранов от унижения этот закон? И кто на самом деле посягает на честь и достоинство стариков?
Отвечая на эти вопросы, расскажу о рядовой, мало чем примечательной гражданке. Разве что прожила она чуть больше обычного, отведенного статистикой и государственными планами. Зинаида Михайловна прошла через военные тяготы, испытав ужасы оккупации, голод и разруху. Но льгот, предусмотренных для ветеранов Великой Отечественной, ей не положено: когда пришла война, ей было 14. А закон «О детях войны» у нас до сих пор не принят.
Всю жизнь женщина работала не покладая рук. Не так давно ей, ветерану труда, исполнилось 93 года. С чем ее поздравил депутат Госдумы Николай Гончар (его, родившегося после войны, тоже можно считать долгожителем: он 25 лет в парламенте, ныне представляет «ЕР»). «Желаю Вам крепкого здоровья, жизнелюбия и оптимизма, — написал Николай Николаевич женщине, которая с трудом поднимается с постели. — Пусть каждый день дарит радость и положительные эмоции».
Жизнелюбия и оптимизма Зинаиде Михайловне не занимать. Однако в последние годы редкий день ей «дарит радость и положительные эмоции», поскольку жизнь пожилой женщины превратилась в сплошную борьбу, в том числе и с родным государством.
Дважды у нее обнаруживали онкологическое заболевание, и оба раза столичные больницы по существу отказывали в медпомощи. Под разными предлогами, но факты остаются фактами, и они лучше всего показывают истинное, а не показушное отношение системы к ветеранам. В обоих случаях женщину спасали врачи федеральных медицинских центров. Честь им и хвала! Хотя есть федеральные лечебницы, где официально отказывают в помощи гражданам 70+. Это ли не унижение ветерана?
К тому же существенная часть лечения проводится за деньги. Нет денег — умирай. Хотя, если по справедливости и по законам рынка, ветераны, выстоявшие в той войне, могли бы предъявить счет современному государству: за страдания и смерти близких, за восстановленную из руин страну, богатствами которой до сей поры пользуются избранные.
А еще Зинаиде Михайловне, как и другим одиноким пенсионерам, приходится постоянно отбиваться от всякого рода мошенников. С какими только предложениями они не лезут в ее квартирку — от чудодейственных лекарств и путевок в санаторий до установки окон и счетчиков. Однажды «установщики» попытались взять штурмом дверь несговорчивой пенсионерки. Полиция на вызов 112 не приехала. Выручили соседи и подоспевший сын, схватившийся с бандитами врукопашную.
На жалобы ГУВД Москвы, если отбросить ничего не значащие обороты речи, ответило просто: граждане, отбивайтесь сами. А ведь одна из главных функций государства — обеспечение безопасности граждан и законности. У нас же полчища бандитов практически легально охотятся за стариками при бездействии правоохранительной системы.
Еще напасть, обрушившаяся на голову Зинаиды Михайловны. На месяцы затянулась тяжба вокруг водосчетчика, поверку которого почему-то отказывались принимать управляющая компания и муниципальные службы. Пенсионерка обратилась к тому самому депутату Николаю Гончару, но безрезультатно. А тут холодная вода в кране и вовсе пропала. Оказывается, ее перекрыли в ходе капитального ремонта у соседей. Чтобы вода в кране появилась, потребовались полгода переписки с важными госструктурами...
А ведь речь, повторю, идет об очень пожилом человеке, прошедшем тяготы той самой войны, о которой у нас вспоминают всякий раз, когда политикам требуется поднять моральный дух населения, а заодно и собственный рейтинг.
Зинаида Михайловна и ее сверстники дежурили на крышах московских домов, гася зажигательные бомбы. Рыли окопы, собирали посылки на фронт, голодали и мерзли. Отец ее погиб, защищая Москву от фашистов. Дом в центре Москвы, где жила Зинаида Михайловна, разбомбили. Холод и голод погнал девчонку к родне в Подмосковье, а тут немцы на околице. Оккупация, беспросветный страх. А потом Красная армия пошла в контрнаступление, артиллерия била без разбора, многие избы не устояли, в родной дом Зинаиды попал снаряд, но не разорвался...
Они-то, эти старики и старухи, и есть последние очевидцы того, что было. Последние носители той исторической памяти, о которой неустанно твердят политики и пропагандисты. Так от чего и от кого их надо защищать? Медицинская помощь им — по остаточному принципу. Формальное (мягко говоря) отношение социальных служб, призванных за государственный счет обсуживать ветеранов. В реальной жизни все просто: нужна сиделка или помощница по хозяйству — плати. А между тем нынешняя пенсия победителей в десятки раз меньше тех денег, что дает своим старикам побежденная Германия. Четырежды оппозиционные партии предлагали Госдуме принять закон «О детях войны», уравнивающий в правах опаленное лихолетьем поколение с военными ветеранами. Но партия власти всегда против. Это ли не унижение и оскорбление?
Скоро очередной День Победы. Будет много трескучих речей о величии праздника, о тех, кому мы обязаны жизнью. Слова эти уже не догонят подавляющее большинство из поколения, к которому они обращены. Поздно. Они ушли, лишь немногие задержались на пороге.
Та Победа — результат самопожертвования и самоотречения миллионов таких людей, как Зинаида Михайловна. В прошлом году ветеранов щедро одарили. Все, кто воевал, был в концлагерях, работал во время войны — всего около 1 млн человек (по официальным данным), — получили по 75 тысяч рублей. На это был потрачен 71 млрд рублей — чуть больше, чем стоит новая яхта Романа Абрамовича. Зинаида Михайловна в категорию одаряемых государством в прошлом году не попала. Посмотрим, что будет в нынешнем. А в следующем году самому юному участнику Великой Отечественной стукнет 95.
Дословно
Вячеслав Володин, председатель Госдумы
— Наш долг — защитить память наших дедов и прадедов, благодаря которым мы сегодня живем.
