Труд: Сергей Пускепалис: Вот тут мне и пришлось поработать воеводой

Главная Культура 00:04 17 Апреля 2020 1907

Сергей Пускепалис: Вот тут мне и пришлось поработать воеводой

Эту роль он сыграл в фильме «Сердце Пармы» о присоединении Пермского края к Московскому княжеству, снятого по роману Алексея Иванова

Александр Славуцкий

Напечатать

Фото: © Ministry of Culture Russia, globallookpress.com

Участникам кинопроекта «Сердце Пармы» повезло: они успели закончить съемки буквально в тот момент, когда готова была захлопнуться ловушка карантина. Лента компаний Star Media, «Профит» и телеканала «Россия 1» при поддержке Фонда кино снята по известному роману Алексея Иванова о присоединении Пермского края к Московскому княжеству в XV веке. Режиссер Антон Мегердичев («Движение вверх») собрал настоящее созвездие артистов — среди них Александр Кузнецов, Евгений Миронов, Федор Бондарчук, Алексей Кравченко, Роза Хайруллина, Виталий Кищенко. А на роль мужественного воеводы позвали Сергея Пускепалиса, которого зритель любит за яркие и точные работы в фильмах «Простые вещи», «Как я провел этим летом» (приз Берлинале-2012 за лучшую мужскую роль), «Сибирь. Монамур», «Метро», «Крик совы», «Частица вселенной».

— Сергей, вы практически всегда играете тех, кого принято называть настоящими мужчинами. Это ваш выбор или таким вас видят режиссеры?

— Думаю, тут движение встречное. С Антоном Мегердичевым нас связывают несколько общих работ, оставивших у меня прекрасные воспоминания. Видимо, он меня уже представляет в определенном образе. А вообще в этой картине интересный получился замес: интригующая эпоха, непривычный быт и герои, совсем не похожие на нас сегодняшних. В центре сюжета — история противостояния двух миров: православного Московского княжества и древней уральской Пармы, населенной язычниками. Вот тут мне и пришлось поработать воеводой.

Войти в образ этого богатыря было непросто. Один грим занимал несколько часов. А еще облачение в старинную одежду, пришлось освежить и подзабытые навыки езды на лошади. Зато атмосфера на площадке была самой доброжелательной, и пейзажи вокруг вызывали восторг.

— Это вы про съемки в Перми?

— Ну да. Там на берегах двух прекраснейших рек были построены роскошные декорации: деревянные города, крепости, дома на сваях. Постройки очень органично вписывались в удивительный ландшафт с реками, лесами и горами. Увы, я не Паустовский, живописать вам эту красоту не смогу. Но подождите, фильм выйдет на экраны — и сами все увидите. Оператор Сергей Астахов — патриарх отечественного кино, работавший еще с Алексеем Балабановым, — мастерски умеет воссоздавать природу на экране.

— А что вы скажете про батальные сцены? Слышал, в них участвовали даже боевые лоси?

— Открою маленький секрет: на самом деле это загримированные крупные лошади. Но снято так, что даже внимательный зритель не заметит подмены. Что касается батальных сцен, то их много, на все вкусы. Тут надо снять шляпу перед потрясающим каскадером Дмитрием Тарасенко, с которым я работал и на нескольких предыдущих картинах.

— «Сердце Пармы» — полнометражный фильм. Если посмотреть вашу фильмографию, то она наполовину состоит из сериалов. Что вашей душе ближе?

— Я бы не стал противопоставлять полный метр и сериалы, тем более ставить одно заведомо ниже другого. Все дело в качестве конкретного материала и профессионализме съемочной группы. К тому же последние годы уровень наших сериалов значительно вырос. Ну и я бы сказал, что этот жанр в каком-то смысле ближе к народу.

— Многие ли из сделанных вам предложений сниматься вы отклоняете?

— Как минимум половину. И времени на все не хватит, и еще для меня важно, чтобы фильм и роль не противоречили моим жизненным принципам. После того как мы с Григорием Добрыгиным были названы лучшими актерами Берлинского кинофестиваля, стали поступать предложения от иностранных режиссеров. Но снялся я только у Кевина Макдональда в «Черном море» с Джудом Лоу и Константином Хабенским. В сценариях других фильмов, которые мне присылали, русские люди показывались в таком виде, что хоть караул кричи! Участие в этом для меня неприемлемо.

— Как-то вы сказали, что актерство для вас — вроде хобби. Кокетничали?

— Какое кокетство, так оно и есть. Главным своим занятием я считаю режиссуру. Оканчивал ГИТИС по этой специальности, учился у великого Петра Фоменко. Актерство рассматриваю как дополнение к основной деятельности. Хотя связь сложнее, это система сообщающихся сосудов. Режиссерский опыт, несомненно, помогает мне как актеру.

— В прошлом году вы ушли с поста заместителя художественного руководителя МХАТа имени Горького, чтобы возглавить ярославский Театр драмы имени Федора Волкова. Без колебаний сменили столицу на регион?

— Это не просто регион. Волковский театр — федеральный и принадлежит к пятерке театров, входящих в числе особо ценных объектов культуры России. Между прочим, это первый стационарный русский театр. Там прекрасная труппа, хорошая атмосфера. Мне этот театр знаком, поскольку 10 лет назад я уже там работал. А еще мне нравится Ярославль — красивый и уютный город, со многими жителями я крепко дружу. Конечно, много времени занимает администрирование, но утешает, что тут я тоже приношу пользу.

— Я слышал, что со сменой руководства пострадала афиша.

— Вместе с предыдущим худруком, выдающимся режиссером Евгением Марчелли ушли некоторые актеры, и мы были просто вынуждены что-то убрать из репертуара. Зато состоялось уже четыре премьеры. «Калина красная» по Шукшину — очень интересная режиссерская версия талантливого Владимира Смирнова. Популярен спектакль «Неаполитанские каникулы» итальянского режиссера Паоло Эмилио Ланди — билеты раскупают за месяц до представления. Восторженный прием встретил спектакль «Еврейское счастье» Егора Дружинина по рассказам Шолом-Алейхема. С большим интересом зритель принял спектакль «Каренин» по пьесе Василия Сигарева, где героем выступает не Анна, а Алексей Каренин, стареющий и одинокий человек.

Мне хотелось вывозить наши спектакли и в отдаленные районы Ярославской области. Уже заключены соглашения с клубами и домами культуры Рыбинска, Мышкина. Надеюсь, как только карантин завершится, мы сможем эти планы осуществить.

— Вы думаете, карантин закончится?

— Конечно. Ну не может же эта зараза победить Россию.

— А правда ли, что в ГИТИСе вы учились у отца нынешнего министра культуры Бориса Любимова?

— Борис Николаевич принимал у меня экзамен по эстетике. Это один из самых главных и сложных предметов, как для инженеров сопромат.

— Получается, вы можете свободно зайти к Ольге Борисовне Любимовой и попросить о чем угодно?

— Нет, не могу. У каждого своя работа: она министр, а я руководитель театра. Всякий нарушающий субординацию только вредит делу, внося в отношения хаос.

— Ходит забавный слух, будто в большое кино вас ввел сын Глеб.

— Это не слух, а правда. Глеб начал играть в спектаклях еще школьником, в 9 лет его пригласили в фильм «Коктебель» режиссеров Алексея Попогребского и Бориса Хлебникова. Так я познакомился с Попогребским, который затем пригласил меня на главную роль в картине «Простые вещи». А затем моя кинокарьера стала развиваться по нарастающей. И у сына тоже все складывается хорошо. Он служит в «Студии театрального искусства Сергея Женовача», своего учителя, снимается в кино. Горжусь им.

— Вы еще опекаете кинофестиваль в Железноводске?

— Да, первый такой смотр под названием «Герой и время» состоялся прошлой весной. Я до того бывал на знаменитом чешском курорте Карловы Вары, где проходит известный кинофестиваль. И всегда думал: а чем наши курорты хуже? Тому же Железноводску больше 200 лет, здесь бывали и царские особы, и великие деятели русской культуры. Инфраструктура в наличии — международный аэропорт, отличные дороги, гостиницы. Ну а о красоте природы еще Лермонтов так сказал, что вряд ли есть смысл добавлять. Короче, моя мечта осуществилась. В конкурсе участвовали 12 игровых и 12 документальных фильмов из 13 стран. Творческие встречи со Светланой Немоляевой, Аликой Смеховой, Станиславом Дужниковым, Ольгой Волковой, Алисой Гребенщиковой, Ольгой Дроздовой, Ольгой Кабо имели громадный успех. Главная наша идея — показывать по-настоящему хорошие фильмы, а не так называемое фестивальное кино. И мы попали в точку: наш первый фестиваль посетили более 80 тысяч зрителей. Руководство Ставропольского края обещало поддерживать смотр и впредь. Пропуская из-за пандемии этот год, мы надеемся, что в 2021-м обязательно снова встретимся с северокавказским зрителем.

— А что с другим вашим начинанием — с кафе под огневым названием «Бар склад ГСМ»?

— К сожалению, наши «горюче-смазочные материалы» довольно быстро оправдали свое название: кафе прогорело в кризис 2014 года. И это стало для меня уроком: нет коммерческой жилки — не испытывай судьбу. С тех пор дал себе зарок служить только своей прямой профессии, а о бизнесе забыть.

— Зато ваша творческая жизнь насыщенна. Как вы отдыхаете?

— Не могу вспомнить, когда последний раз отдыхал. Хотя если учесть, что лучший отдых — это смена дела... Например, превращение из режиссера в актера. А потом — в руководителя театра. С этой точки зрения моя жизнь — просто сплошной отдых!

Сергей Пускепалис Сердце Пармы

Напечатать

Культура 13:36 / 21 Мая 2026 19974

Что будет с Кижами? Нет нам ответа

В редакцию поступило письмо музея-заповедника «Кижи» с комментарием к опубликованной в «Труде» статье «Взять и заколотить Кижи». Приводим этот текст для полноты картины

Василий Соболев

Построенная в 1714 году церковь Преображения Господня остаётся без надежной системы пожаротушения

«3 марта 2026 г была опубликована статья «Просто взять и заколотить Кижи» Ирины Смирновой. Музей-заповедник «Кижи» полагает необходимым заявить, что информация, содержащаяся в данной публикации, не соответствует...