В онлайн-кинотеатрах появился фильм «Найти и уничтожить». В крепком боевике, на какие щедр Голливуд, одну из двух главных ролей сыграл колоритный российский актер и телеведущий Сергей Бадюк (зрители помнят его по фильмам «Мамы», «Родина», «Гоголь»). Как русскому попасть на голливудскую съемочную площадку и трудно ли заслужить роль положительного героя — об этом наш разговор с Сергеем.
— Сергей, не было у вас сомнений, когда принимали приглашение на такую, мягко скажем, своеобразную роль?
— Что вы, какие сомнения! Это мой первый опыт работы в Голливуде, практика очень интересная и полезная. А что касается моего персонажа, то надо понимать: в Голливуде никто вот так, с ходу, не даст вам сыграть положительного красавчика. Тут и в злодеи-то не просто пробиться. Мой герой Игорь Родин по жизни умеет только одно: иметь дело с оружием. Пускать его в ход или торговать им — в зависимости от обстоятельств. И, как он считает, меняться ему уже поздно: Я сам когда-то был военным, этот опыт пригодился мне на съемках. Серьезной опорой стали и советы моего преподавателя по актерскому мастерству Михаила Горевого — одного из самых успешных русских актеров в Голливуде. Он в последнее время снимается у самых известных тамошних продюсеров и режиссеров. Играет, кстати, исключительно негодяев. Я посылал ему по почте описание эпизодов — он очень дельно отвечал, как их лучше сделать.
— Какой же боевик без взрывов, выстрелов, драк. Надеюсь, никаких ЧП на съемках не случилось?
— Никаких. В Голливуде с этим строго, регламент четкий: актер — это актер, каскадер — каскадер. Если все же кому-то из актеров выпадает несколько сцен драки, как вот мне, такое долго репетируется, на тебя надевают много специальной защиты, ты подписываешь с десяток бумаг, что не будешь иметь претензий в случае чего: Хотя с точки зрения каскадерской работы всего лишь надо было выполнить простейший трюк. Но эти формальности не с потолка взяты — они призваны оберегать от неожиданностей и ЧП. Хотя всего учесть и предусмотреть невозможно. Несколько лет назад на той же студии и, кстати, в той же группе каскадеров, что работали с нами, во время съемок картины «Неудержимые» погибли два человека — подорвались на взрывном устройстве:
Или вот правила работы с детьми. По закону ребенок может работать подряд только три часа. Бывает, он только разыгрался, но три часа истекли, и съемку прерывают, вся группа ждет положенного срока. Перерыв на обед, окончание рабочего дня — тоже святое. В России лишние час-два съемки — практически норма, никто за это не платит дополнительно, и актеры не ропщут. А здесь в один из дней съемки затянулись. Подошел продюсер и говорит: «Сергей, у нас небольшая проблема, мы не успеваем закончить съемку, а если не завершим ее сегодня, сорвем завтрашнюю работу. Вы сможете поработать еще? Разумеется, за дополнительную плату». Я согласился, и мы еще часа два работали.
Или вот такая запоминающаяся деталь: генерального продюсера, владельца киностудии можно было встретить в общей столовой. И, замечу, в общей очереди. Никто ему в кабинет еду не носил. Ресторанные блюда развозят суперзвездам вроде Сталлоне или Шварценеггера в их актерские фургоны, это оговорено райдером. А так — атмосфера очень демократичная.
— А какой момент съемок запомнился больше всего?
— Интересно было все, потому что там совершенно отличная от нашей культура съемки. Смотрите, я готовился к пространному монологу. Если наши режиссеры достаточно снисходительны к текстовым вольностям, которые может допустить актер, то там с этим жестко — ты должен выдержать все до запятой. Целую ночь я разучивал монолог с репетитором по речи, которая выправляла мое произношение. И вот утром снимаем. После первого же дубля вижу, что режиссер вышел на площадку и направился в мою сторону. Вообще-то у них это не принято: если не возникает проблем, режиссер остается у своего монитора. Думаю: блин, наверное, я все завалил. Но тот подходит и очень тепло меня благодарит: спасибо, сцена снята с первого дубля, никаких повторов не надо.
.jpg)
Какие люди в Голливуде! Но нашим там светят только роли плохих парней
А вообще-то Голливуд — это фабрика кино, работа идет в непрерывном потоке. Так, на 16-й день съемок я узнаю, что, оказывается, треть нашего фильма уже смонтирована. В России такого быть не может в принципе. Притом что параллельно снимаются еще десятки фильмов. В студиях — декорации Лондона, Нью-Йорка, Парижа, Древнего Рима, и они постоянно задействованы. Очень четко поставлена подготовительная работа.
— А творчеству на этой фабрике есть место?
— Никакие внутренние творческие процессы не должны мешать неуклонному выполнению графика. Если тебе говорят, что через 10 минут ты должен быть на площадке, это означает, что не через 11 или 9, а ровно через 10 минут тебя готовы снимать. И никто не опаздывает. А еще никто ни на кого не кричит, не топает ногами — все исключительно вежливо. Хотя, по сути, работаешь на пределе напряжения. В России в промежутке между сценами я всегда мог найти время для небольшой гимнастики — отжаться, подтянуться: Там и подумать о таком нельзя. С утра меня забирала из отеля машина. Я шел в гримерную и костюмерную, зная, что через 10 минут меня будет ждать репетитор по речи, потом несколько часов съемок, потом снова с репетитором я разучиваю текст для следующего съемочного дня. Затем машина отвозит меня на зарезервированный ужин в отель, после которого я захожу в свой номер и тут же проваливаюсь в сон. Наутро все повторится — и так несколько месяцев.
— И никакого досуга — съездить на пляж, в горы, просто потусить с приятелями?
— У тебя просто нет такой возможности. Я, например, в нашей группе ни с кем, кроме режиссера и репетитора, не общался. Если в России во время съемок выдается перерыв, ты можешь куда-то уехать, а тут это запрещено контрактом: вдруг во время поездки случится травма, а значит, под ударом окажется все дело. Тебе за каждый день простоя платят, ты живешь в первоклассном отеле, летаешь бизнес-классом — так изволь соблюдать все требования. Я и соблюдал, в выходные просто отсыпался или тренировался.
— Находите ли вы в вашем фильме за внешним экшеном второй, философский план?
— Буду откровенен: вряд ли стоит его там искать. Надеюсь, боевик наш получился хорошим, крепким — ну а разве этого мало? Разве следить за закрученным сюжетом, смотреть мастерски поставленные сцены борьбы неинтересно? Я сам очень люблю боевые искусства — кунг-фу, ушу. Когда сильно устаю, смотрю фильмы с Джеки Чаном, где дерутся просто потому, что дерутся. Хотя его последний фильм «Иностранец» поразил в самое сердце своей глубиной. Ее надо воспринимать не только глазами, но головой, душой.
— Многие наши артисты рвутся в Голливуд, но какова вероятность достижения ими успеха?
— Не скажу за всех, но вот мои друзья Михаил Горевой, Игорь Жижикин и Олег Тактаров вполне успешны. Однако роли играют лишь определенные. Голливудские штампы изменить нельзя. Если араб, то террорист, если русский, то торговец оружием или сошедший с ума генерал. Мне повезло, я актер определенного типажа, физически подготовленный, с неплохим английским, и в фильме, на который позвали, оказался на своем месте. Но в целом пробиться там очень непросто, а примеров, чтобы кто-то из наших начал получать положительные главные роли, просто не знаю. Да, Владимир Машков участвовал в последнем фильме «Миссия невыполнима», но кого он сыграл? Российского спецагента, который преследует главного героя...
— Рассчитываете обосноваться в Голливуде?
— Если снова пригласят на фильм, возможно, поеду. Но я люблю Россию, Москву. И здесь главная моя работа, телеканал «Точка отрыва», где я продюсер, гендиректор, сценарист и режиссер в одном лице. Нишу мы заняли, на мой взгляд, очень интересную, сосредоточившись исключительно на мужской тематике. У нас много спорта, программ про оружие, технику, путешествия, рыбалку, охоту. Есть и мужская кухня, и мужская мода. Начали три года назад, а на сегодняшний день охват — 18-20 млн человек (пакет «Триколора»). Я сам веду программы «Практика с Бадюком», «Мужские игрушки», документальный цикл «Страна героев» о замечательных спортсменах, пожарных, врачах, милиционерах.
— Как актер снимаетесь?
— В апреле на РЕН ТВ планировалась премьера сериала «Сержант», но из-за пандемии ее перенесли на осень. Я играю одну из главных ролей, но, что самое приятное, это мой дебют как сценариста (в соавторстве с другом) в художественном кино.
— Вы пишете книги про здоровый образ жизни?
— Три года назад вышла одна из них — «Шанти-практика». Я много лет занимаюсь по системам тай-ци, цигун, йога, и в книге соединено все главное, почерпнутое мной из этого восточного фитнеса. Уже больше 10 лет в парке рядом с домом каждую субботу провожу открытые бесплатные тренировки. Приходите.
— Я слышал, вы служите звонарем храма Христа Спасителя.
— Уже давно, более 15 лет. Но простите, эту сторону своей жизни с журналистами не обсуждаю.
— Вам только что исполнилось 50 лет. Ощущаете этот возраст?
— Отметил дату без лишнего шума, в кругу семьи — с женой и детьми. Собирать большие компании в ресторанах сейчас, считаю, не ко времени, да и настроения такого нет. А в цифру 50 как-то самому не верится, ощущаю себя лет на 25-30. Не замечал признаков ни депрессий, ни немощи. Наоборот, хоть отбавляй идей, а свободного времени нет вовсе.
— Какие жизненные цели на вторую половину жизни перед собой ставите?
— Честно говоря, у меня нет времени задавать себе подобные абстрактные вопросы. Каждое утро просыпаюсь полпятого. Тренируюсь до 11.00, уезжаю на работу до вечера. Возвращаюсь часов в 9 и почти сразу же ложусь спать. А идеи программ и фильмов приходят из жизни. Главное — не пропустить ее подсказки.
