«Встретим юбилей трудовыми успехами!» – был когда-то в стране лозунг, особенно популярный в заводских цехах. Теперь его подхватили в Русском музее, отмечающем в нынешнем году свое 125-летие. В честь красивой даты запланировано немало значимых событий. Все они, уверен гендиректор Владимир Гусев, плод многолетних усилий дружного коллектива крупнейшего отечественного собрания русского искусства. Постарался он в этом уверить и корреспондента «Труда». Наше общение состоялось во время встречи Владимира Александровича с петербургской прессой.
– Ровно двадцать пять лет назад нами была разработана, а министерством культуры утверждена программа развития и реконструкции. Мы назвали её «Возрождение», – сказал Владимир Александрович. – Основная задача – создание в историческом центре Петербурга уникального архитектурно-художественного музейного комплекса. В него вошли переданные нам тогда же Михайловский (Инженерный) замок, Строгановский и Мраморный дворцы плюс два павильона кордегардии. Почти 75 тысяч кв. м общей площади! А до этого было всего 30 тысяч. Тем не менее, мы справились и сегодня близки к завершению ремонтно-реставрационных работ. Остались какие-то мелочи. Создано 24 новых экспозиции, 18 новых служб и подразделений, открыты виртуальные филиалы… Филиалов у нас, кстати, уже порядка двухсот – в России и за рубежом. В ближайшее время надеемся открыть ещё два – в Кемерове и Когалыме. Создали собственную сеть фирменных магазинов. Мало кто, наверное, помнит, что раньше посетители не могли приобрести в музее даже открытку!
– От трудовых подвигов – к трудностям непреодолимой силы. Их ведь тоже у вас хватает?
– Ну, как непреодолимой? Стараемся преодолевать. Помимо вышеупомянутых дворцов, в наше ведение в конце 1990-х были переданы также Летний и Михайловский сады. У нас было 3 га садов, стало 33. Это примерно территория Ватикана. Причем оба сада вошли в состав создаваемого комплекса уже после утверждения программы, то есть начала финансирования. Тем не менее, они приведены в порядок. В Летнем саду в начале 2010-х прошла масштабная реконструкция, он заметно преобразился, стал привлекать намного больше посетителей. Но надо, конечно, пересматривать нормативы на содержание всех наших объектов. На данный момент они превратились, в сущности, в копейки. А ведь за дворцами и садами требуется регулярный уход. Вот сейчас надо приводить в порядок фасады Строгановского...
– Года полтора назад вы взбудоражили Петербург намерением провести в главном здании музея масштабную реконструкцию, которая предполагала встревожившие многих изменения внутри Михайловского дворца. Она пока так и не начата: дорабатываете проект? Ищите средства? Передумали под давлением общественности?
– Слово «реконструкция» почему-то всех пугает. Что в нем криминального? Вот рамы для картин обновляем. Для этого оборудовано специальное помещение. Первые 138 уже зарегистрированы, внесены в каталог. С нами активно сотрудничают реставраторы Художественно-промышленной академии им. Штиглица. Утрат исторических рам нет. Что касается вашего вопроса о «масштабной реконструкции», то никакого решения по ней мы пока не получали. Так что и говорить не о чем.
– Новые, дополнительные к созданному комплексу, дворцы ещё будут?
– О, нет, просьба дворцы и сады больше не предлагать. Мне хватает седых волос на голове, Не забыл ещё, как в 2009 году проводил совещание в неотапливаемом Инженерном замке. Из него к тому времени только-только выехали моряки (Центральная военно-морская библиотека – «Труд»), требовалось срочно начинать восстановительные работы в залах – а на какие средства?.. Но сегодня мы уже проводим там значимые выставки, экскурсии, пользующиеся большой популярностью. К концу текущего года откроем парадные залы, включая Тронный. Главное сейчас – это освоение имеющихся территорий. Создание комплекса – процесс трудоёмкий. Кстати, не все россияне ещё поняли, что Инженерный замок, Мраморный дворец – это тоже Русский музей.
– Музей современного искусства, о котором, знаю, у вас не раз шла речь с художниками и галеристами, не планируете создавать?
– На мой взгляд, искусство второй половины ХХ и ХХI веков не всегда естественно умещается в рамках традиционного художественного собрания. Да и опыт европейских коллег показывает, что такие музеи плохо посещаются. Нужен особый контекст. И логичней создавать, наверное, отдельный Музей искусства ХХI столетия. Но это уже не к нам.
