Труд: Александр Олешко: Я единственный, кто не хочет играть Гамлета

Главная Культура 08:05 20 Сентября 2012 191

Александр Олешко: Я единственный, кто не хочет играть Гамлета

Он играет, поет, танцует, снимается, ведет, пародирует… «Минута славы», «Большая разница», «Две звезды», «Папины дочки»... Вот уж действительно – на все руки от скуки. Сейчас его звездн

Ксения Позднякова

Напечатать

Фильм получился, можно сказать, в старых традициях, если хотите, это советское кино, – говорит Александр, известный своей любовью к лентам прошлых лет. – Название у него, правда, из современного мира – «Мужчина с гарантией». Этот мужчина как раз я. И я гарантирую зрителю хорошую историю, наполненную любовью главных героев, такое теплое кино. Гарантирую великолепную Нонну Гришаеву, блистательного Дмитрия Нагиева, который сыграл, как мне кажется, одну из лучших своих ролей. А первую свою роль в кино исполнил, между прочим, Юрий Никулин-младший, внук нашего любимого клоуна и киноактера.

– Саша, вы часто называете имена ушедших артистов, с любовью говорите о минувшей эпохе. Можете назвать себя несовременным человеком?

– Безусловно. Если вы скажете, что я несовременный человек, сделаете мне большой комплимент. Сейчас есть артисты, которые безумно популярны, и их все знают. Но любят ли этих звезд? Во времена былые тоже были разные актеры: и ненастоящие, и карьеристы, и охотники за званиями. Вспоминаю потрясающую шутку Фаины Георгиевны Раневской, которая взяла Бортникова под руку и сказала: «Детонька, пойдемте, я покажу вам фотографии неизвестных народных артистов Советского Союза». Это все было. И все равно в процентном отношении намного больше было тех, кто писал музыку не для того, чтобы попасть в хит-парады, а потому, что не мог ее не написать.

– Сейчас вспомнили Геннадия Бортникова, а его история отчасти похожа на вашу. Он был молодым любимчиком великих моссоветовских старух: Раневской, Марецкой, Орловой. Вы в свое время стали любимцем Гурченко…

– Слушайте, таким же образом вы можете сказать, что я являюсь любимцем, например, Нееловой, с которой 10 лет играл в «Современнике». Но дело не в личностях – я бы мог сейчас покозырять фамилиями тех людей, которые для меня жили в телевизоре, а потом стали жить в моей телефонной книжке. Я до сих пор не могу осознать, что к кому-то из них был или до сих пор приближен. Что мне звонит Гафт или та же Неелова. Но почему все произошло так? И почему некоторые великие актеры и актрисы позволили мне быть с ними рядом? Почему позволили быть вхожим в дом, приглашали и приглашают на обеды и ужины?

– Речь скорее не об актерах, а об актрисах, которые обожают, когда молодые люди смотрят на них с любовью и с трепетом внимают каждому слову.

– Я думаю, что всегда молодые люди будут любимчиками не только актрис, но и вообще женщин чуть старше себя… Помню, я брал интервью у Лидии Смирновой («человек-оркестр» Олешко и этим жанром время от времени занимается. – «Труд»). Она вышла меня встречать на каблучках. И это несмотря на то, что у нее была сломана рука. Прежде чем повела меня в комнату, где мы беседовали, она сказала: «Сначала обед. Котлеты». И про то, как она давала мне эти котлеты, можно было снять отдельный фильм. Я просто хочу объяснить, почему это происходит. Ну, во-первых, это банально молодость. А во-вторых, когда человек, добившийся многого, видит уважение со стороны того, кто только начинает в профессии, мне кажется, это не может не вызывать в нем какой-то внутренней радости.

– Людмила Марковна как-то помогла вам по жизни? Могла же замолвить словечко, показать нужному человеку...

– Нет. Вы знаете, у меня в этом смысле некоторый комплекс. Боюсь, что человек может подумать, будто я общаюсь с ним только потому, что мне нужна какая-то протекция. Поэтому я никогда сам ничего не просил. С Гурченко я общался 8,5 года. Мне очень хотелось сделать с ней какой-то номер или спеть песню. Но у меня даже рот не открывался, чтобы попросить ее об этом. Единственное, что я помню: как-то на дне рождения Людмилы Марковны была Мария Борисовна Мульяж, абсолютно легендарная личность, администратор концертного зала «Россия». И Гурченко, показывая на меня, ей сказала: «Марья Борисовна, этот парень – во! Приглашайте его!» И после этого Мульяж приглашала меня вести концерты. Вот это было.

– Если не ошибаюсь, вам в «Большой разнице» предлагали сделать пародию на Людмилу Марковну?

– Предлагали и даже настаивали. Тогда она еще была жива. Я отказался категорически. Не потому, что боялся ее реакции, просто понимал: если я общаюсь с этим человеком, то с моей стороны это будет акт предательства. Так же думаю и сейчас, несмотря на то, что ее уже нет. Но есть я, понимаете...

– Вообще, часто на ТВ говорите нет? Ведь ощущение складывается, что Олешко везде, а значит, безотказный.

– Говорю нет, и очень часто. Во-первых, я отказывался от пародий на те проекты, в которых участвовал. Например, была пародия на фильм «Обитаемый остров». Я там снимался и сказал, что не буду принимать в пародии участие. Почему? Потому что, несмотря на результат, который многих не удовлетворил, я видел, как трудился Бондарчук, как он просто погибал на съемках. И над этим смеяться я не буду. На «Папины дочки» была пародия – тоже отказался. Недавно встретил Ренату Литвинову, сказал ей, что больше не буду делать на нее пародии, потому что очень уважаю ее и люблю. На самом деле она очень талантливый, глубокий, умный человек и женщина очень красивая, а показывают ее как жеманную сумасшедшую.

Говорю нет проектам, где могу покалечить собственное здоровье – «Форт Боярд», например. Если про кино говорить, то отказываюсь сниматься там, где есть кровь, всякие черти, ужасы. Очень часто бывает, что подобные сюжеты пишут сценаристы «Большой разницы». Когда говорю нет, многие воспринимают это как мою звездную болезнь, зазнайство. Но если мне самому не смешно, не интересно и я не знаю, для чего это нужно, конечно, я отказываюсь. Хотя понимаю, что обостряю взаимоотношения, иду на открытый конфликт. Ведь так не принято. Все привыкли к тому, что, если хочешь быть на экране, ты должен соглашаться на все. Но в том-то и дело, что я далеко не всеяден, как кто-то может подумать. И не настолько амбициозен.

Просто во мне производится очень много творческой энергии, которую нужно отдать. И еще мне есть что сказать. Ведь бывают люди, которым вообще сказать нечего, и они прошибают лбом стены. Как гениально написал Жванецкий: «Ну ладно, прошибешь ты лбом стену. И что? Окажешься в соседней камере». А когда человеку есть что сказать, он должен обязательно донести это до зрителя.

– Не так давно по ТВ показывали фильм «Служу Советскому Союзу» с вашей подругой Нонной Гришаевой в главной роли. Смотрели? Какие впечатления?

– Не совсем корректный вопрос актеру. Кроме того, в этом фильме снимались люди, мне небезразличные, поэтому не хотелось бы совсем уж вдаваться в какие-то подробности. Я могу вам сказать, что говорил по этому поводу Нонне. Я ей сказал, что актер, голодный до интересных ролей, где он может проявить себя неожиданно, безусловно, должен работать. Но такой актер должен быть очень внимателен к материалу, с которым ему предстоит иметь дело. Лично для меня материал спорный, материал не мой. Даже несмотря на то, что Аверин и Гришаева играли историю любви.

– Нонна, наверное, хотела отойти от сложившегося образа клоунессы, поэтому и схватилась за такую вроде бы серьезную роль. Может, и вас режиссеры не жалуют главными ролями из-за несерьезного имиджа?

– А вы знаете, я единственный актер в мире, который не хочет сыграть Гамлета. Вот пропади он пропадом, этот Гамлет! Пускай его играют те артисты, которые родились для того, чтобы его сыграть. Может, пафосно прозвучит, но я понимаю: я родился для того, чтобы люди, глядя на меня, улыбнулись.

Наше досье

Александр Олешко родился 23 июля 1976 года в Кишиневе.
В 14 лет один перебрался в Москву, окончил Щукинское училище. Работал в Театре Сатиры и в «Современнике». Сейчас ведет многочисленные телешоу, снимается в кино, выступает с концертами. Не женат.

Напечатать

Культура 00:20 / 03 Апреля 2026 47163

Просто взять и заколотить Кижи

Почему горят шедевры деревянного зодчества Карелии?

Ирина Смирнова

Труд

Всем памятна трагедия с Успенской церковью в Кондопожском районе Карелии. Храм пережил годы гонений на церковь, войну, оккупацию, но выстоял. А в 2018 году жемчужина деревянного зодчества сгорела дотла. Как выяснилось,...