- Не случайно слова "ратай" (пахарь) и "ратник" (воин) созвучны, одного корня. Издревле, если приходила на землю родную беда, пахарь менял соху на меч. И не было на бранном поле надежнее воина. Не знаю в родословной своей иных корней, кроме крестьянских. Как по отцовской линии, так и по материнской.
Родителю нашему выпало оставить плуг и взяться за винтовку во время первой германской. В годы советской власти с гордостью носили форму Красной Армии все девять его сыновей. Восьмерым из нас выпала честь участвовать в величайшей из войн за Отечество.
Случилось так, что появившийся третьим по счету - Емельян - оказался лишен такой возможности. В 1931 году он стал курсантом военной авиатехнической школы в Перми. После завершения учебы служил авиатехником. Приезжая на побывку, всех поражал в отчем доме свои видом "небожителя" - темно-синим френчем поверх снежно-белой рубашки с галстуком, тщательно отглаженными брюками "галифе" и скрипучими сапогами "джимми". Золотистые "птахи" на рукаве и в петлицах, казалось, вот-вот могут поднять его в небо. Густой аромат "шипра" и рассказы о сталинских соколах-авиаторах кружили меньшим братишкам головы.
И вдруг осенью 1937 года пришла потрясающая весть - Емельян арестован. Как выяснили через 50 лет, за резкую критику на семинарских занятиях несоответствия положения в колхозах декларированному в Конституции, за осуждение беззакония, творимого теми, кто пробрался к власти с "черного хода".
Трибунал Харьковского военного округа приговорил брата "за антисоветскую деятельность" к 4 годам ИТЛ. Но через 2,5 часа после оглашения приговора его "обнаружили" убитым вблизи гауптвахты якобы при попытке к бегству. В 1990 году по моему ходатайству дело пересмотрели и прекратили "за отсутствием состава преступления".
Не считаю, однако, брата некой случайной жертвой. Самостоятельный и смелый по характеру, он сознательно вступил в бой за правду. И оказался под жерновами волюнтаристских мер по укреплению централизованной государственной власти. Знакомство с судебным делом N 2922 позволяет заключить, что подсудимый с упорством отстаивал свою точку зрения и на допросах вступил в физическую схватку с истязателями, за что, вероятно, и был злодейски убит.
Трагедия Емельяна драматически отразилась на всей семье, повернула судьбы почти каждого на путь постоянного преодоления искусственно возводимых преград, необходимости доказывать, что ты - "не верблюд". И все-таки, когда над страной нависла угроза, вся семья встала на ее защиту.
Первым принял бой с захватчиками 22 июня 1941 года 20-летний Григорий. Во время учебы в Бирском медтехникуме одновременно начал учебу в аэроклубе, но был исключен как брат репрессированного. Призванный в армию, стал курсантом полковой школы в местечке Домброва северо-западнее Белостока. После суматошной неразберихи первого дня брат с группой сослуживцев пробился к главным силам 2-й стрелковой дивизии и принял участие в обороне укреп-района Осовец на реке Бобр. В бою Григория контузило, и он вместе с другими оказался в плену. Предпринял две попытки побега. Схваченный вторично, был направлен в концлагерь. Освобожденный в январе 1945 года, продолжил службу в составе 2-го Украинского фронта.
В первые же дни войны остальные братья добровольцами попросились на фронт. Уже в августе самый старший, Иван, сразу же по выгрузке из эшелона под Мурманском включился в боевой строй 12-й морской десантной бригады. В ее составе сражался с егерями немецкого горнострелкового корпуса. После тяжелой контузии брата с утраченным слухом перевели в морскую базу Полярный.
33-летний Федор, уволенный в 1938 году из ОГПУ как брат репрессированного, тоже в августе и тоже в составе морской десантной бригады вступил в схватку с фашистами под Одессой, а затем - под Севастополем. В контратаке под Севастополем был ранен штыковым ударом в руку. Сразив врага кинжалом, продолжил бой до победного завершения.
Эвакуированный оказался в госпитале, когда немцы развивали наступление к Дону. Еще с незажившей раной встал в боевой строй 825-го стрелкового полка. Участвовал в оборонительных боях под Сальском. Немцам удалось расчленить полк и взять часть его сил в кольцо. По инициативе офицера Попова и Федора был организован партизанский отряд "Степной орел", в котором брат возглавил разведовательно-диверсионную группу. Погиб в районе села Васильевка.
28-летний Семен в августе 1941 года принял участие в Иранском походе, имевшем целью предотвратить вторжение врага в Закавказье с юга. В конце декабря того же года десантировался в район Феодосии на Керченский полуостров. Это была печально известная операция. Руководство ее оказалось в руках совершенно некомпетентного в военном деле, сверхамбициозного представителя Ставки ВГК Л. Мехлиса. По его требованию на отбитых у противника рубежах запрещалось рыть окопы, дабы "не снижать наступательного порыва войск". Атаки продолжали повторяться одна за другой без должной подготовки.
Пока Мехлис тешился, пропуская через мясорубку войска, сосредоточенные для прорыва в глубь Крыма, немцы не дремали. 8 мая 1942 года их 11-я армия во главе с будущим фельдмаршалом Манштейном хорошо подготовленным таранным ударом вдоль побережья Феодосийского залива стала крушить наступательную группировку наших войск. Высадившиеся на Керченский полуостров три общевойсковые армии потеряли 150 тысяч человек. 120 тысяч удалось эвакуировать на Таманский полуостров. Семена среди них не оказалось. Какая участь его постигла, до сих пор остается невыясненным. По ответам ЦАМО в списках погибших, умерших от ран, в трофейной картотеке военнопленных его имени нет.
Мой тезка, брат Михаил, служил в авиации. В битве за Москву он был стрелком-радистом на штурмовике Ил-2. Потом в звании лейтенанта летал борттехником на бомбардировщике Ли-2 в 9-й гвардейской авиадивизии дальнего действия.
Ночной вылет 21 июня 1944 года стал для брата последним. Самолет при взлете задел за верхушки деревьев и снес левую плоскость. При ударе о землю взорвалась авиабомба ФАБ-250, разрушив машину. Погибший экипаж захоронили в братской могиле села Красовка...
В декабре 1941 года в битву за Москву включился 19-летний брат Николай - в качестве военфельдшера 931-го артполка 373-й стрелковой дивизии. Попал в окружение, воевал в партизанском отряде имени Щорса. Снова служил в регулярных частях. Участвовал в освобождении Смоленска, Минска, Варшавы, во взятии Берлина. Был контужен. Грудь отважного военфельдшера украсили два ордена Красной Звезды, Отечественной войны I степени, многие медали.
Мне во время войны довелось повоевать почти два с половиной года в боевых рядах матушки-пехоты. А после войны еще почти 50 лет послужить Родине в армейских рядах.
Самый младший из братьев, Александр, в начале войны продолжил учебу в тынбаевской школе. В свободное время вместе с одноклассниками трудился на колхозных полях. Но не удержался около тятяни с маматей и "поскребыш".По заявлению "направить на любой участок фронта" был зачислен в 1943 году во 2-е Чкаловское военное училище летчиков-штурманов. Проучился до марта 1945 года. И тут органы вспомнили, что он брат репрессированного "антисоветчика". Переведенный на сержантскую должность бортрадистом, братишка не терял надежды стать штурманом. Но немилостивая судьба не посчиталась с этим, не пощадила израненные горькими вестями сердца родителей. Александр погиб при исполнении служебных обязанностей.
Сестра Татьяна, хотя сама не воевала, помогала фронту трудом в тылу. Вырастила троих сыновей-патриотов, которые по примеру дядей также посвятили себя воинской службе. Старший, Владимир Николаевич Лобов, прошел службу от рядового до генерала армии, завершил ее начальником Генерального штаба Вооруженных сил СССР.
Горжусь биографией моей семьи, в которой отражается история нашей Родины.
14:58
Инновации вместо рутины
