В 1797 году генерал-фельдмаршал Александр Васильевич Суворов, вызвавший гнев Павла I, был отправлен в ссылку в село Кончанское. Там в полной изоляции (император запретил ему общаться даже с близкими людьми) он провел около двух лет. Но в феврале 1799-го в Кончанское прибыл фельдъегерь, доставивший царское письмо: самодержец просил Суворова забыть старые обиды и призывал его отправиться воевать с французами во главе союзной армии. Не терпевший Суворова царь сменил гнев на милость не столько по собственному желанию, сколько под давлением иностранных союзников, высоко ценивших военный талант русского военачальника...
Ивот мы отправляемся в Кончанское. Сначала надо доехать до города Боровичи, райцентра Новгородской области, а там еще 30 км — и мы у цели. Путь сюда ведет вдоль глухих новгородских лесов, редко перемежающихся опушками с одинокими деревеньками. Вот уж действительно: глубинка! В это трудно поверить, но дорога отличная, ее восстановили пару лет назад. А до того были сплошные рытвины и ухабы.
Но вот и суворовская усадьба. Одноэтажный домик с низкой крышей, в котором жил опальный Александр Васильевич, никак не соответствует представлению об усадьбе военачальника, владевшего, между прочим, 15 тысячами крестьянских душ. Фельдмаршал, а затем и генералиссимус ютился в крошечных комнатках с маленькими окнами. Но Суворов, выражаясь современным языком, был скромен в быту, да и к тому же изрядно бережлив.
Кончанское в 1763 году приобрел отец полководца, Василий Иванович Суворов. Сын, став владельцем усадьбы после смерти родителя, нечасто навещал имение. Большая часть его жизни проходила в военных походах. К тому же поездки в Кончанское приходилось совмещать с посещением других принадлежавших Суворову усадеб. В один из своих приездов, весной 1786 года, незадолго до турецкого похода, Суворов наказывал местным крестьянам «выучиться еще садить и растить картофель. Он прибылен и здоров».
В 1797-м Кончанское, как уже упоминалось, стало местом ссылки Суворова. Вечно подозрительный Павел обвинил его чуть ли не в государственной измене. 12 мая петербургский генерал-губернатор Архаров докладывал царю: «Граф Суворов доставлен в город Боровичи сего мая 5-го числа и в вотчине своей того уезда на Высочайше повеленном основании жительствует». Павел распорядился «разъезды по гостям графу Суворову воспретить». Когда же бывший офицер свиты Суворова, отставной ротмистр Павловский попытался посетить опального полководца, визитера арестовали.
Следивший за поведением Суворова некто Николев так описал распорядок дня полководца: «Ежедневные его упражнения суть следующие: встает до света часа за два; напившись чаю, обмывается холодной водою, по рассвете ходит в церковь к заутрене и, не выходя, слушает обедню, сам поет и читает: Скоромного не ест, но весь день бывает один и по большей части без рубашки, разговаривая с людьми».
Ныне в усадебном доме о пребывании Суворова напоминают его любимое вольтеровское кресло и ломберный столик, который он когда-то заказал в Москве. А вот в большой гостиной владелец усадьбы каждую осень устраивал «птичью горницу»: на пол насыпали песок и выпускали в комнату птиц — щеглов, синиц, снегирей, — которые летали среди установленных в кадках елей, сосен и берез. Весной после поста птиц выпускали.
Играл Суворов и с крестьянскими детьми, но только в популярную народную игру бабки. Водил и хороводы: с солдатами-инвалидами, которых поселил в Кончанском и содержал за свой счет.
Но даже столь скромная обстановка усадебного дома казалась Суворову ненужной роскошью. Поэтому он распорядился построить недалеко от Кончанского на горе Дубиха летнее жилище, назвав его Светелкой. Оказавшись возле нее, мы долго любовались великолепным видом на деревню, на лесные дали и поля, на озеро Шерегодра. Представляли, как на втором этаже Светелки в своем летнем кабинете Суворов диктовал присланному Павлом генерал-майору И.И. Прево де Люмиану написанные по-французски знаменитые правила ведения войны против Наполеона Бонапарта. В этом же документе Суворов дал блестящую оценку военно-политической ситуации, создавшейся в Европе в конце XVIII столетия.
В начале 1798 года Суворов отправил из Кончанского письмо Павлу I, в котором просил разрешения уйти в монастырь: «Прошу позволить мне отбыть в Нилову Новгородскую пустынь, где я намерен окончить мои краткие дни в службе Богу».
В конце концов царь понял, что перегнул палку. Суворов пользовался огромной популярностью не только в России, но и в Европе. Его продолжавшаяся изоляция могла подорвать авторитет монархии, восстановить против царя армию и значительную часть дворянства (что, собственно, и произошло позднее). Поэтому в феврале 1798 года Павел разрешил опальному генерал-фельдмаршалу посетить Петербург. Полководец даже получил приглашение на обед в Зимний дворец. Но Суворов, хоть и приехал в столицу, общего языка с властью не нашел и, не захотев оставаться при дворе, в марте 1798 года возвратился в Кончанское.
Интересно, что в разгар Великой Отечественной войны в 1942 году, когда на территории Новгородской области шли кровопролитные бои, по приказу Верховного главнокомандующего в Кончанском открылся музей А.В. Суворова. Правда, прежний дом до наших дней не сохранился. В 1958-м его снесли из-за ветхости, а на старый фундамент поставили новый.
Прежде чем покинуть Кончанско-Суворовское, мы в сопровождении заведующей музеем-усадьбой Марины Николаевны Васильевой посетили расположенную на ее территории экспозицию «Итало-швейцарский поход А.В. Суворова». Ведь этот поход, можно сказать, начался в Кончанском. 6 февраля 1799 года в имении Суворова появился флигель-адъютант С. И. Толбухин с рескриптом Павла I. Царь писал: «Сейчас получил я, граф Александр Васильевич, известие о настоятельном желании венского двора, чтобы Вы предводительствовали армиями его в Италии, куда и мои корпуса Розенберга и Германа идут».
Правда, существует и другая версия царского послания, мало похожая на правду, однако очень часто приводимая в исследованиях о Суворове. Оно якобы начиналось с таких дружественных и, даже можно сказать, покаянных слов: «Граф Александр Васильевич! Теперь нам не время рассчитываться, виноватого Бог простит. Римский император требует Вас в начальники своей армии и вручает Вам судьбу Австрии и Италии. Мое дело на сие согласиться, а Ваше спасти их. Поспешите приездом сюда и не отнимайте у славы Вашей времени, а у меня — удовольствия Вас видеть».
В тот же день Суворов дает краткий ответ: «Тотчас упаду к стопам Вашего Императорского Величества», — выразив согласие принять на себя командование союзными войсками.
Одолжив у кончанского старосты Фомки 250 рублей на дорогу, Александр Васильевич вскоре прибыл в Петербург. Там император вручил ему орден Святого Иоанна Иерусалимского. Спустя неделю Суворов отправился в Вену. Местное население восторженно встречало русского генерала. Ему предстоял знаменитый переход через Альпы...
