Минпромторг предложил отечественным разработчикам в сотрудничестве с Минобороны создать российскую компьютерную игру «о дронах на СВО». Залогом успеха должны стать «захватывающий геймплей, хорошая графика, мощный и современный игровой движок». Бюджет проекта оценивается в 1-5 млрд рублей. Но затраты наверняка окупятся! Хотите убедиться, насколько это круто? Включите выпуск новостей на любом канале. Там непременно покажут эффектную атаку нашей «птички», сопровождаемую спокойным комментарием: «Вот они пытаются уйти, паникуют, наверное — раз, и нету больше никого!»
К четвертому году СВО родное ТВ наконец-то научилось показывать войну. И речь не только о сериале Максима Фадеева «У края бездны. Битва за Мариуполь глазами очевидца», получившем рекордную оценку 9,4 на «Кинопоиске» и даже в прокате собравшем приличную аудиторию. Больше — о регулярных программах из телевизионной сетки.
Сколько раз на протяжении этих лет на самых разных уровнях раздавались сетования: народ не хочет проникнуться важностью момента, не понимает, что происходит с его страной. А что мешало? Может, лишенные эмоций доклады генерала Конашенкова, перечислявшего количество подбитых танков? Похожие как две капли воды репортажи с непременными залпами РСЗО, барражирующими вертолетами и фронтовиками с закрытыми лицами, носящими разные псевдонимы, но говорящими примерно одними общими словами?
Зато теперь журналистам разрешили показывать не просто «боевые единицы», а людей — с их окопным бытом, переживаниями, мыслями о тех, кто остался дома, воспоминаниями о погибших друзьях. Сюжеты обрели человеческое лицо и, соответственно, способность вызывать у зрителя душевный отклик. В этом преуспел, в частности, проект «Наши. Военкоры» на «России 1». Так, в прошлом выпуске зрителям рассказали о работе прифронтового госпиталя. Врачи и медсестры — со следами безумной усталости в глазах — говорили об операциях, о рутинной круглосуточной работе, которую люди со стороны почему-то называют «подвигом», об операциях в бронежилетах под халатами «на случай прилета».
В показе СВО телевидение совершило и еще один «прорыв»: сняло табу с показа мертвых. Теперь их на экране много. И это не только трупы солдат ВСУ, брошенные противником при отступлении, но и тела мирных жителей, обнаруженные в освобожденных поселках. Если первых демонстрируют чуть ли не крупным планом, с деталями (натовская униформа, шевроны, наколки), слегка заблюривая лица, то своих лишь обозначают размытым пятном. Все правильно: жертвы преступлений и наказанные за них убийцы.
По словам психологов, исследовавших людей с ПТСР, обычному (в смысле нормальному) человеку совершить убийство непросто. По признанию ветеранов, некоторые из них во время первых перестрелок даже намеренно целились мимо. Правда, осознание «если не ты, то тебя» приходит быстро...
Но все это там, далеко, на войне, которая для многих из тех, кто сидит перед телевизором, по-прежнему остается лишь картинкой. Менее года назад очередной социологический опрос показал, что рост цен волнует более половины россиян. А СВО — менее трети. Нет ли при таком раскладе опасности, что все перечисленное медленно, но верно обесценивает человеческую жизнь в глазах рядовых обывателей и особенно подростков?
А тут еще игру эту хотят запустить: Про то, что компьютерные «стрелялки» крайне негативно именно в указанном смысле влияют на мировоззрение недорослей, написано много. Бац — одного грохнул, бум — еще десять. Ты же герой с тремя жизнями... Игрушка будет работать на пару с репортажами про ударные дроны. Электронный вымысел соединится с реальностью.
Должно ли ТВ во всех подробностях показывать СВО? Да, разумеется. Но оно же обязано и снимать неизбежное чувство тревожности. Отчасти эту функцию выполняют ток-шоу на личные темы и разухабистые вокальные проекты. С сериалами хуже. Лет семь назад «Труд» посчитал, сколько раз в течение дня совершается убийство в сериалах, идущих на крупных каналах. Оказалось, неприлично много. Гораздо больше, чем в жизни. Но тогда не было войны. А что сейчас?
Вот анонсы сериалов, прошедших на «России», НТВ, «ТВ-Центре» и Пятом канале в минувший четверг, 27 марта: «В шкафчике фитнес-клуба обнаружена задушенной одна из посетительниц», «Ловушка Василисы срабатывает. После ее сообщения по телевидению убийца является в больницу, чтобы добить свою жертву», «В окрестностях Сурикатово находят мертвым хозяина всей земли», «В Подмосковье найден гражданин Филиппин с перерезанным горлом», «В одном из районов города массово погибают бомжи. В крови у них найдено лекарство от опасной болезни, но никто из них не болен», «По подозрению в убийстве молодой женщины разыскивается банда «гасителей», действующих в полной темноте», «На пустыре находят обгоревшие тела пенсионерки Яны Карцевой и ее тринадцатилетнего внука Глеба».
И это — идущее с 7 утра и до глубокой ночи — лишь малая толика из заявленного в программе. Понятно, что детектив — один самых любимых зрителями жанров. Но ведь бывают же и такие детективы, где есть интригующая завязка, игра интеллектов, неожиданные повороты, но нет перерезанных глоток и сожженных трупов. Или уже не бывает?..
