Уже несколько недель бушуют лесные пожары в Иркутской области, Красноярском крае и других прилегающих областях. Гарь отравляет жизнь на огромных пространствах, сизой дымкой закрыто солнце в Томской области, Хакасии, Кемерово, Новосибирске... В пяти регионах введен режим ЧС из-за лесных пожаров, но жители по ту сторону Урала подписывают петицию с требованием объявить режим ЧС по всей Сибири. А тем временем сообщения о пылающих 2 млн гектаров лесов дополняются заявлениями чиновников о том, что не тушить горящие леса — вполне законно...
Красноярский губернатор заявил: лесные пожары — обычное дело, они-де были 200 и 300 лет тому назад. Понятно, в каком веке живут чиновники и каков их подход к острейшим проблемам страны. Ситуацию в лесной отрасли на прошлой неделе бурно обсуждали и в Совете Федерации. Там шла речь о том, кто и где имеет право выносить валежник из чащи. Выяснилось, что в стране нет юридически выверенного понимания, что же такое валежник. Сенаторы заблудились в трех соснах и поручили Минприроды РФ до 1 ноября 2019 года разработать определение валежника и подготовить памятку для граждан...
И тут в ходе обсуждения судьбы валежника высокие чины вернулись к судьбе провального Лесного кодекса, принятого 13 лет назад.
«В 2006 году в законодательство были внесены изменения, которые резко ухудшили управление лесами в России. Нам сейчас эту ситуацию необходимо выправлять: победить лесные пожары, разобраться с валежником, незаконными вырубками, заниматься лесовосстановлением. Решение этих вопросов, вероятно, потребует принятия нового Лесного кодекса», — признался глава комитета СФ по аграрно-продовольственной политике и природопользованию Алексей Майоров.
Ранее председатель правительства Дмитрий Медведев говорил о необходимости принятия нового Лесного кодекса. И вот спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко сообщает: «Совет палаты заручился поддержкой правительства в вопросе подготовки изменений в Лесной кодекс, над которыми трудится специально созданная рабочая группа во главе с вице-спикером Юрием Воробьевым». Как писал Шукшин, а поутру они проснулись...
Судя по этим разговорам, наверху наконец-то осознали необходимость исправлять Лесной кодекс, приведший к катастрофическому ущербу лесам России. В начале июля в отставку ушел глава Рослесхоза Иван Валентик, предлагавший премьер-министру Медведеву радикально поменять саму систему управления лесной отраслью, вернув ее на федеральный уровень. Безусловно, Валентик знает ситуацию, но поговорить о ней с «Трудом» отказался. Видимо, рассчитывает, что на него не повесят вину за катастрофу и он сможет вернуться на госслужбу. Впрочем, Рослесхоз — это ведомство, не имеющее ни сил, ни полномочий для спасения российских лесов.
Напомним: с введением в действие 1 января 2007 года Лесного кодекса начался не имеющий аналогов в мире эксперимент. Вся система лесного хозяйства, создававшаяся десятилетиями, была уничтожена. Лес как экосистема юридически был отделен от земли, на которой растет, и превращен в движимое имущество, в товар без обязательств регистрации прав на него. Этим имуществом собственник по закону может распоряжаться по своему усмотрению. Сами лесные земли стали недвижимостью и были пущены в оборот. Ограничений прав собственника лесных земель изначально не устанавливалось.
Они вводились многочисленными поправками в Лесной кодекс. Животный и растительный мир при продаже леса на вырубку не защищались законодательными нормами. Функция охраны, защиты и воспроизведения леса была возложена Лесным кодексом на коммерческих пользователей.
Словом, государство сняло с себя всю ответственность за охрану и воспроизведение национального богатства, бросив лес на откуп местным князькам и недобросовестным арендаторам. Были ликвидированы лесхозы, в результате чего 170 тысяч лесников по всей стране (нередко это были семьи в нескольких поколениях) оказались без работы, без дела всей жизни. Упразднена федеральная лесная пожарная служба, уничтожена Авиалесоохрана...
Результаты «законотворчества» стали видны невооруженным глазом уже через год. К началу 2008-го число лесных пожаров в стране выросло в 41 раз, а площадь, поврежденная огнем, — в 547 раз. А потом была катастрофа 2010 года, к ликвидации которой подключился сам Владимир Путин, за штурвалом самолета-амфибии Бе-2 тушивший лесные пожары. Но леса с тех пор продолжают гореть и уничтожаться.
После 2007 года было принято 46 федеральных законов, которые дополняют и изменяют Лесной кодекс, но не делают его лучше. Втихую, страшно медленно восстанавливается штат лесников и силы лесопожаротушения. Если в 2007-м на всю страну осталось 13 тысяч лесников, то к настоящему времени их вдвое больше. И все равно преступно мало! На одного лесника приходятся сотни гектаров леса (для сравнения: в США — по 2 гектара на одного инспектора лесоохраны).
По данным Счетной палаты, за последние пять лет площадь, покрытая лесами, сократилась на 1,1 млн гектаров, а площадь погибших и выгоревших лесов увеличилась втрое. О том, сколько всего лесных массивов утрачено за предыдущие годы, власть, похоже, не готова доложить. При этом за последние три года на мероприятия по защите лесов и учету лесных ресурсов было потрачено 35,8 млрд рублей. Правда, мероприятия эти проводились в основном на бумаге. Что привело не только к масштабному вымиранию лесов, но и к возникновению чрезвычайных ситуаций, на ликвидацию последствий которых тратились немалые средства. И это далеко не исчерпывающие данные. Лишь за минувший год в России было вырублено незаконно более 1 млн кубометров леса (данные Генпрокуратуры). А за 13 лет? Вердикт высоких проверяющих: в стране отсутствует единая система учета лесных ресурсов, неизвестно, сколько вообще лесов осталось.
Но тогда ради чего городили огород с Лесным кодексом? По словам Валентины Матвиенко, после его принятия в 2006 году лесная отрасль стала убыточной для государства, хотя в советское время она приносила 25-30% всех доходов в бюджет. Как теперь говорит Валентина Ивановна, «изменения были пролоббированы некоторыми группами людей. Мы потеряли хозяина в лесу, в разы уменьшилось количество лесников, потеряли финансирование, потом все это передали регионам, не обеспечивая их средствами». Так кто же эти таинственные лоббисты, продавившие катастрофический для страны документ? Молчок.
Принятие Лесного кодекса — пример глобальной, стратегической ошибки, которая явилась результатом монополизма власти, ее безответственности перед обществом, отсутствия сильной оппозиции и альтернативного мнения. Леса для России при рачительном использовании — такое же огромное богатство, как и нефть и газ. Неверные решения здесь приводят к трагическим последствиям. Так, может, передать разработку концепции нового кодекса ученым и экспертам, а не политикам, организовать широкое обсуждение?
Вспомним, как и кто делал нынешний кодекс. Его мотором и публичным лицом была Наталья Комарова (фракция «Единая Россия»), тогдашний председатель комитета по природным ресурсам Госдумы, впоследствии губернатор. Разработкой документа официально занималось Минэкономразвития во главе с Германом Грефом, а отвечал за написание текста замдиректора департамента имущественных и земельных отношений и природопользования Всеволод Гаврилов. Министерство природных ресурсов РФ тогда возглавлял Юрий Трутнев. Глава правительства РФ Михаил Фрадков внес проект нового кодекса в Госдуму. Председатель Госдумы Борис Грызлов проект поддержал. Вот слова тогдашнего министра экономического развития Германа Грефа: «Это один из ключевых документов, позволяющих существенно добавить в темпы роста ВВП. Значимость его тяжело переоценить. Это стартовый механизм, который позволит коммерциализовать сферу лесопереработки. Надеюсь, что мы станем одной из самых мощных лесных держав и будем экспортировать продукцию высокой степени переработки».
Ну и кто из них ответит за содеянное?
Против нового Лесного кодекса выступили председатель Совета Федерации Сергей Миронов, лидеры КПРФ Геннадий Зюганов и «Яблока» Григорий Явлинский. Они лично пытались убедить президента Путина не подписывать кодекс. Против кодекса поднялись ученые и академики, профильные научные учреждения, многочисленные общественные организации, которые писали письма президенту. «Гринпис» России называл проект документа «преступным». Субъекты Федерации не поддержали проект кодекса, лишь один регион дал положительный отзыв. Государственная экологическая экспертиза законопроекта, положенная по закону, не проводилась.
Тем не менее 22 апреля 2005 года в Госдуме «Единая Россия» почти в полном составе проголосовала за, КПРФ и партия «Родина» — против. В третьем, итоговом чтении за высказались 358 депутатов, против — 74, один воздержался. «Единая Россия» поддержала провальный кодекс единогласно. В Совете Федерации, где также господствовала «Единая Россия», 128 сенаторов голосовали за принятие документа, 10 — против, четверо воздержались. Президент Владимир Путин подписал новый Лесной кодекс и оба закона, касающиеся его введения в действие.
При действующей в стране политической системе и игнорировании экспертного и общественного мнения эта история имеет все шансы повториться. Причем не только с лесами.
А в это время
США предложили России помощь в борьбе с лесными пожарами
Дональд Трамп предложил Владимиру Путину помощь в борьбе с лесными пожарами в России. Лидеры обсудили ситуацию по телефону, разговор состоялся по инициативе Вашингтона.
Президент России высказал искреннюю благодарность за столь внимательное отношение, предложение о помощи и поддержке, сообщает пресс-служба Кремля. Владимир Путин отметил, что Россия воспользуется помощью США, если возникнет необходимость, и рассказал американскому коллеге, что в Сибири уже создана мощная авиагруппировка для борьбы со стихийным бедствием. Путин расценил предложение Трампа как залог будущего полноформатного восстановления отношений между Россией и США. Лидеры государств в ходе беседы обсудили также вопросы торговли.
За сутки в России потушили почти 30 природных пожаров, сообщает Авиалесоохрана. Самая сложная обстановка — в Иркутской области, Красноярском крае, Якутии и Бурятии. Борьба с возгораниями продолжается на площади примерно 116 тысяч гектаров.
За горящими лесами, находящимися в труднодоступных местах, ведется наблюдение; там огонь охватил около 2,5 млн гектаров.
Пожарным пришли на помощь военные. В Красноярский край вылетели самолеты и вертолеты с водосливными устройствами — всего 20 единиц техники.
