Расследование дерзкой кражи сокровищ из Лувра, которую уже поспешили назвать «ограблением века», ведут около сотни детективов из французской Бригады по борьбе с бандитизмом. Все понимают: времени на возвращение королевских драгоценностей в целости и сохранности крайне мало, зато высок риск их расчленения или продажи за границу. Расследование стало международным благодаря сети полицейских служб Европы.
Возникают и отметаются различные версии — например, сговор сотрудников охраны музея с преступниками либо пресловутый русский след. Пока задержаны несколько подозреваемых, однако сокровища не найдены. Вся страна и полмира в придачу ждут новостей о судьбе похищенных регалий, пресса ловит каждый сигнал, а сыщиков злят журналисты: мол, от них страдает тайна следствия.
Похоже, нынешняя кража в Лувре среди бела дня, что равно унижению национальной гордости, может стать стимулом для пересмотра всей системы охраны культурного наследия. Своим достоянием французы привыкли гордиться, но духовное неразрывно с материальным. Туризм в странах Европы — серьезная отрасль экономики, и Франция в авангарде. До пандемии коронавируса Лувр, хотя является убыточным даже при цене билета 22 евро, принимал больше 10 млн посетителей в год. Позже цифры немного снизились, и все равно это мировой рекорд посещаемости. В последние годы поток зрителей стремятся сдерживать, пуская не больше 30 тысяч человек в день. Такое число внушает не только уважение, но и опасения: массы людей могут быть непредсказуемы.
Велика и мера ответственности за жизни людей, недаром после ограбления министр культуры Франции Рашида Дати подчеркнула, что никто не пострадал. Едва сотрудники Лувра заметили грабителей и осознали опасность (преступники не давали к себе подойти, угрожали смотрителям, а те безоружны), они бросились эвакуировать посетителей. В это же время в зал, где действовали бандиты, спешили полицейские, но застряли у стеклянных дверей, не открывающихся без кода. Представьте эту картину: бегущие в панике толпы и беспомощные стражи порядка.
Такую гуманитарную составляющую, возможно, учли грабители, замышляя налет не ночью или в конце дня, а в разгар работы музея. Стремительные и слаженные действия злоумышленников заставили думать, будто орудовали опытные мафиози. Каково было разочарование, когда ворами оказались безработный курьер и таксист без водительских прав — обитатели парижского предместья, навод-ненного гастарбайтерами. Один из них был схвачен в аэропорту при попытке улететь в Алжир без обратного билета. Для французской полиции найти противников в лице существ столь ничтожных — пощечина. Тем более что ни обнаружить заказчика, ни вернуть похищенные драгоценности пока не удалось, возможно, их уже переправили за границу.
Министр внутренних дел Франции Лоран Нуньес склоняется к такой версии ограбления: «Это рука организованной преступности, проявляющей все больше интереса к музеям, как показывают другие недавние случаи: кража китайских произведений искусства из Национального музея фарфора в Лиможе, кража слитков золота из Музея естественной истории».
На связь ограбления Лувра с организованной преступностью указывают почти все собранные следователями доказательства. «Оргпреступность может либо действовать в интересах заказчика, либо использовать драгоценные камни для отмывания денег», — делится прокурор Парижа Лор Беко. Такой способ совершения преступления с целью разобрать украшения для последующей перепродажи золота как лом и драгоценных камней в розницу идентичен краже ювелирных изделий из магазинов на Вандомской площади.
Увы, Лувр оказался менее защищен, чем эти магазины. Исследования показали хрупкость и уязвимость его системы безопасности, выявили устаревшее оборудование и недостаток камер слежения. А коллектив музея устроил забастовку на следующий после кражи день, требуя пересмотра условий труда. Из-за нехватки персонала залы регулярно закрываются, а условия работы ухудшаются, давно предупреждал Кристиан Галани, член национального бюро профсоюза CGT Culture в Лувре.
В самом деле, на весь огромный музей (в 400 комнатах выставлено 35 тысяч экспонатов!) приходится 2200 сотрудников, из них менее тысячи — охрана, и ее численность недавно уменьшили.
Дело доходит до смешного. В прессу просочились сведения о пароле доступа к системе видеонаблюдения. Если верить им, пароль в Лувре был проще простого: Louvre. Тяжелое объяснение директрисы Лоранс де Кар с коллективом, не желавшим ее слушать, наверное, одна из причин, почему эта представительница старой аристократии подала прошение об отставке. Однако сам президент Макрон не принял ее, а, напротив, уговаривает даму не покидать пост, ведь как раз задумана масштабная реконструкция Лувра стоимостью 800 млн евро.
О проекте под названием «Новое возрождение» объявили в начале года. Но если изначально главной целью его было улучшение условий для посетителей, то теперь на первый план выйдет архитектура безопасности. Со стремлением усилить надежность охраны можно связать даже специальный формат размещения, предложенный «Джоконде». Одержимость этим полотном у зрителей создает дисбаланс людских потоков между разными частями дворца. А тут еще частные детективы перехватили в даркнете переписку бандитов, которые прицеливались не только к ювелирным украшениям, но и к самому сакральному экспонату — творению Леонардо.
Здесь впору обратить внимание на такой парадокс. Как в нынешнем ограблении, так и в краже века двадцатого, после которой портрет Моны Лизы стал культовым произведением искусства, участвовали мигранты. «Джоконду» украл временный работник Лувра итальянец Винченцо Перуджа — в 1911 году он просто снял картину со стены, вынес из музея под халатом, увез на родину и прятал два года, прежде чем попытался продать во Флоренции, где и был арестован. Но самое интересное, что «трудовым мигрантом» во Францию прибыл и сам да Винчи. Художник, которого мы называем гением, не мог найти себе применения в родной Италии, пытал счастья при дворе то одного, то другого герцога, рекламируя себя больше как инженера, а вовсе не живописца. Уже пожилым человеком он обрел приют в окружении короля Франциска I, был обласкан этим ренессансным монархом и окончил дни в его замке Кло-Люсе близ Амбуаза...
Но вернемся к похищенным хрупким вещицам с крупными камнями и жемчужинами в россыпи бриллиантов. Фото их сейчас повсюду. Эти великолепные изумруды Наполеон преподнес невесте — австрийской принцессе Марии-Луизе, стремясь породниться с династией Габсбургов. Пострадал и сапфировый гарнитур королев Марии-Амелии и Гортензии де Богарне. Ювелирный ансамбль, созданный в начале XIX века, связал дочь императрицы Жозефины, королеву Голландии из династии Бонапарт, с супругой Луи-Филиппа из Орлеанской ветви Бурбонов.
Все это не просто красивые вещи очень тонкой работы с великолепными природными самоцветами, но в полном смысле достояние истории Франции, не всегда обходившейся с ним муд-ро. Теперь эти сокровища нации оценены в 88 млн евро, хотя сумма условна: в реальности музейные экспонаты на рынок не попадают и справедливо считаются бесценными. И вот теперь велик риск, что драгоценности из Галереи Аполлона могут погибнуть.
Впрочем, забрезжила и надежда. Детективы израильской частной компании CGI Group, которая ранее помогла отыскать ювелирные изделия, украденные из музея «Зеленые своды» в Дрездене, и, по слухам, привлечена к расследованию кражи в Лувре, на миг вплотную приблизились к возвращению утраченного. Спустя 12 дней после кражи преступники попытались сбыть сокровища через даркнет: начали тайно торговаться о цене через израильтян, подобно тому, как было в 2022 году с музеем «Зеленые своды». Туда экспонаты удалось вернуть, хотя и не в лучшем виде, но избежав их уничтожения.
Кстати, глава израильских секьюрити Цвика Наве предсказал: «Преступники понимают, что эти уникальные украшения, если их разобрать на части, будут стоить лишь малую долю своей реальной ценности. Либо они продают их какому-нибудь олигарху, который поместит их в частную коллекцию, либо попытаются перепродать первоначальному владельцу — французскому государству».
Лувр от этой сделки отказался. Официально музей отрицает связь с израильскими детективами, видимо, контактируя с ними дискретно либо целиком полагаясь на европейских сыщиков.
Подождем дальнейшего развития событий, но не забудем молиться за сохранность творений ювелиров: что еще остается?
А в это время
Зато французы не унывают. Веками их обвиняют то в скаредности, то в легкомыслии, но никто не заподозрил в нехватке чувства юмора. Солидные издания и безвестные блогеры наперегонки высмеивают кражу в Лувре, и пуще всех достается президенту Макрону, даром что именно он возмечтал о «новом возрождении Лувра».
