На экраны страны вышла комедия «Моя ужасная сестра» в постановке народного артиста России Александра Галибина. Это уже четвертый детский фильм, который известный актер снял в качестве кинорежиссера. А на подходе его новая картина — «Приключения маленького Бахи», поставленная им в Дагестане. Пять фильмов для маленьких зрителей, снятых в течение последних семи лет, вывели Александра Галибина в первые ряды мастеров детского кино. Чем не повод для разговора?
— Александр, вы снимались во «взрослых» фильмах, ставили в театре «взрослые» спектакли, играли «взрослые» роли. Как и почему случился ваш поворот к детскому кино?
— Уверен, в жизни ничего случайного не бывает. Мне давно хотелось снять фильм о поколении моих родителей. О папе с мамой, которые детьми пережили в Ленинграде суровую блокадную зиму 1942 года. Мать вместе с родителями уехала в эвакуацию, оказалась в Сибири. У отца родители погибли, он оказался с младшим братиком на руках. Когда по Ладоге их переправляли на Большую землю, баржу разбомбили фашисты. Брат погиб, мой отец чудом выжил. Потом был детдом, ремесленное училище, счастливая встреча со своей женой — моей мамой, которая сегодня, в свои 93 года, радует меня неиссякаемым теплом и оптимизмом.
.jpg)
Маленький Саша с родителями
Я долго искал материал для фильма, в котором мог бы признаться в любви к этому многострадальному и прекрасному поколению. И в 2005 году мне попал в руки сценарий фильма о двух братьях, оказавшихся с мамой в эвакуации в среднеазиатском городке. Сюжет не был напрямую связан с судьбой моих родителей, но в нем были дорогие для меня переклички с нашей семейной историей, и я влюбился в этот сценарий. Но из-за дефолта 2008 года и моей занятости в театре мне понадобилось около десяти лет, чтобы в итоге реализовать его. Так в 2015 году появился на свет мой дебютный фильм «Золотая рыбка».
— Но вы на этом решили не останавливаться...
— При том, что фильм получился таким, каким я его задумывал, и у него сложилась прекрасная фестивальная судьба, у меня возникло ощущение какой-то недосказанности, что ли. И я снял фильм «Сестренка» об украинской девочке, оказавшейся в эвакуации в Башкирии. По сути, это вторая часть моей кинодилогии о детях войны. В основу фильма легла повесть башкирского классика Мустая Карима. Мы сняли фильм в самой Башкирии, на национальном языке, он имел и фестивальный, и неожиданный для меня большой зрительский успех.
А дальше все пошло-поехало само собой. Мне понравилось снимать кино для детей, про детей, с детьми-актерами. Они же не играют, а тем более, не наигрывают в кадре, они такие, какие есть — эмоциональные, искренние, чистые, надо просто довериться их чувству правды, прислушиваться к ним и к своей интуиции. И я снял в Санкт-Петербурге и Ленинградской области подряд две семейные истории, но уже на современном материале. Это фильмы «Маруся фореvа!» и «Моя ужасная сестра». Помимо прочего, мне хотелось передать в этих фильмах свою влюбленность в Питер и Выборг — города моего детства. Не случайно они показаны на экране не серыми каменными мешками, а пронизаны солнцем, свежим морским ветром, синевой каналов и рек, сиянием золотых шпилей и куполов.
.jpg)
На съемках фильма «Моя ужасная сестра»
— Если ваши военные картины вызывали у зрителей слезы, то после просмотра этих двух комедий, я знаю, многие не могут сдержать на лице счастливую улыбку...
— Детское кино, даже самое драматичное по жизненному материалу, должно на выходе быть светлым, жизнеутверждающим. Ребенок в силу своей природы нуждается в «витаминах» добра и радости. Вот почему после военных картин я решил попробовать себя в современных лирико-комедийных, отчасти сказочных историях, адресованных широкой аудитории, но при этом не развлекательно-пустых, а нагруженных серьезными смыслами.
Добрым, светлым будет и мир фильма «Приключения маленького Бахи», который я снял в Дагестане в ауле Чох. Это одно из самых древних поселений на Северном Кавказе, его история насчитывает более 700 лет. Когда-то через Чох проходил Великий шелковый путь, в селе сохранились останки старой крепости. Эти древние стены оказались прекрасной декорацией для нашего кино, в котором я занял исключительно местных актеров.
.jpg)
На съемках фильма «Приключения маленького Бахи»
— Действие «Золотой рыбки» происходило в Киргизии. Действие «Сестренки» — в Башкирии. Теперь нас ждет знакомство с Дагестаном. Освоение новых территорий — это часть вашей творческой стратегии?
— Безусловно. Мы ведь живем в большой многонациональной стране. При этом зачастую мало знаем о том, что происходит за пределами Москвы и Питера. Калмыкия, Чукотка, Татарстан, Дагестан, Дальний Восток, Кубань и Ставрополье, низовья Волги, русский Север — на карте страны много мест, практически не освоенных наших кинематографом. В российском прокате нет фильмов из Казахстана, Узбекистана, Армении и других пост-советских стран. В меру своих сил я стараюсь обогащать экран лицами, пейзажами, костюмами, обычаями, традициями народов, которые населяют нашу страну. Это интересно и мне самому, и, надеюсь, моим зрителям.
— Как вы относитесь к тому, что с нашего кинорынка ушли крупнейшие американские киностудии, в том числе, производящие детское кино?
— То, что наш кинопрокат терпит сегодня большие убытки, это видно даже невооруженным глазом. Но ситуацию, в которой долгие годы существовало наше детское кино, вытесненное Голливудом на задворки экрана, больше терпеть нельзя. У нас есть свои традиции детского и юношеского кино — фильмы Роу, Птушко, Ролана Быкова, Ильи Фрэза, Леонида Нечаева, Владимира Грамматикова, Динары Асановой, Сергея Соловьева...
Есть и современные хорошо прошедшие по экрану детские картины — такие, как трилогия «Последний богатырь», или недавний фильм «Пальма», или прекрасные мультфильмы, основанные на русских сказках. Но основной массив нашего детского кино задавлен всеми этими бесконечными «Гарри Поттерами», «Хрониками Нарнии» и прочими голливудскими франшизами, что, считаю, в таких больших количествах вредит восприятию ребенка. Теперь, надеюсь, для российских детских картин будет отведено подобающее им место на экране.
Да и в целом не надо драматизировать ситуацию в нашей киноиндустрии из-за ухода «большого Голливуда». В мире полно стран, где американский кинематограф совсем не представлен или представлен весьма скромно. В том же Китае, например. Там смотрят в основном национальное кино. В свою очередь, китайские, иранские, южнокорейские, индийские картины, фильмы из ближнего зарубежья смогут со временем сделать нашу киноафишу более разнообразной, многоцветной.
— Не думаю, что индийский Болливуд сможет полноценно заменить Голливуд. Американское детское кино доминирует в мире благодаря огромным бюджетам. Голливуд производит фильмы-зрелища, фильмы-аттракционы. Бюджеты наших детских картин намного скромнее, сюжеты локальнее, в этом, как мне кажется, одна из причин того, что они теряются в прокате, не доходят до современного зрителя...
— Не согласен с такой постановкой вопроса. Я все время это слышу: детям нужно зрелище, им хочется, чтобы менялись картинки, мелькали кадры, чтобы на экране было много компьютерной графики. Но вот недавно я побывал со своим семилетним сыном Васей на «Снежном шоу» Славы Полунина. Да, поначалу дети не могли настроиться на нужную волну, им казалось, что на сцене и в зале ничего не происходит. Они не привыкли к тому, что искусство требует тишины, сосредоточенности, умения задуматься, включить воображение. Но уже через 15 минут произошло их погружение в поэтичный и тонкий мир спектакля.
.jpg)
С юным Васей первый раз — в первый класс
То же самое и в кино. Мы подсадили детей на американскую киножвачку, не скрою, зачастую хорошо сделанную и дорого упакованную. Но вспомните, к примеру, фильмы Ролана Быкова — неутомимого энтузиаста детского кино, с которым я имел счастье общаться. В них не было бесконечного мелькания картинок, сумасшедшего экшена, а была сюжетная увлекательность и забота о душе ребенка, о его нравственном развитии, духовном становлении. Вот эту быковскую ноту, основанную на уважении к душе и личности ребенка, нам надо вернуть в кино. Я, во всяком случае, стараюсь работать в этом направлении.
— Как вы для себя определили: вы снимаете детское или семейное кино?
— Не вижу принципиальной разницы. Мои фильмы смотрят и дети сами по себе, и родители сами по себе, и его смотрят семьями. Вообще-то лучшее, что с нами может происходить, — это когда мы вместе с детьми читаем книги, смотрим и обсуждаем спектакли и фильмы, катаемся с ними на лыжах или гуляем в парке. При всей своей занятости стараюсь помнить, что у меня есть мама, семья, дети, которые становятся первыми зрителями моих фильмов.
— Последний вопрос. Вы практически не вылезаете из киноэкспедиций. Как вас терпят в театре «Школа современной пьесы», где, как я понимаю, вы не так уж часто появляетесь?
— Ну почему же... Театр для меня всегда на первом месте, я так воспитан моим педагогом — народным артистом СССР Рубеном Агамирзяном, который в свое время дал мне путевку в актерскую профессию. Худрук нашего театра Иосиф Леонидович Райхельгауз не только меня терпит, но и уважительно относится к моим кино-отлучкам и многое мне разрешает. Я отвечаю ему абсолютной взаимностью и благодарностью. Играю в театре три больших аншлаговых спектакля — «Город», «На трубе» и «Лондонский треугольник». Сейчас репетируем новую пьесу «Ангелы вышли покурить», надеюсь, премьера спектакля состоится в мае.
.jpg)
Актер должен до седых волос оставаться в душе ребенком, считает Александр Галибин
Еще я продолжаю сниматься в кино, пусть и не так интенсивно, как в былые годы, преподаю в ГИТИСе, играю Каренина в спектакле «Анна Каренина», который я поставил на сцене питерского театра «Балтийский дом». Заглавную роль в нем исполняет моя жена Ирина Савицкова, недавно мы дали три представления этого спектакля в Казани. Есть у меня замыслы новых постановок в театре и кино. Я всегда был жаден до работы, загружен и сегодня с утра до ночи. И, знаете, мне нравится такая жизнь.
