12 июня Первый канал покажет «Цвет нации» — фильм Леонида Парфенова о выдающемся русском фотографе Сергее Прокудине-Горском, разностороннем ученом, подвижнике, пионере цветной фотографии. Именно благодаря ему Россия стала единственной страной в мире, чей образ оказался запечатлен в цвете так систематично еще в начале ХХ века.
— Этот фильм не столько про Прокудина-Горского и даже не про более чем столетней давности технологию цветной фотосъемки, а про ушедшую страну, которую великий фотограф успел запечатлеть в цвете, — рассказал «Труду» автор ленты. — Всего 1900 цветных изображений дореволюционной глубинной России, сохранившихся на оригинальных негативах, — это практически единственная возможность увидеть «позапрошлую родину» в сегодняшних стандартах изображения. Ведь тогдашние черно-белые фотографии и кинохроника — ретро уже по самой картинке, и эта патина мешает сравнивать виды вековой давности с нынешним состоянием тех же мест. Я впервые так много снимал у себя на родине, в Вологодской области, на русском Севере. У Прокудина-Горского вскоре после первой демонстрации его стеклянных пластин в виде «слайдов» Николаю II (тот, кстати, пришел в восторг от увиденного и велел оказывать ему содействие) летом 1909 года состоялась поездка по Мариинской водной системе, нынешнему Волгобалту. Тогда это административно принадлежало к югу Олонецкой и восточной части Новгородской губернии. А самые поразительные снимки не только во время этой экспедиции, но во всем наследии Прокудина-Горского (они теперь входят во все мировые антологии цветной фотографии) — это портреты крестьянских девочек с тарелками ягод в деревне Топорня, что недалеко от Кирилло-Белозерского монастыря. Когда в Библиотеке Конгресса США, где хранится коллекция и где почти никогда не достают из хранилища оригиналы, нам выкатили на специальной тележке эти стеклянные негативы-реликвии, прямо дух захватило. Вот это они и есть — столько раз виденные неземной яркости сарафаны!
Той страны больше нет. И об этом наш фильм. Объезд мест съемок Прокудина-Горского составляет его главное содержание. Несколько десятков особенно показательных объектов в разных регионах России, а также в Грузии и нынешнем Узбекистане, тогдашнем Туркестане, сняты ровно с тех же точек и в тех же ракурсах. Сегодняшние технологии позволяют входить внутрь кадра столетней давности, чтобы прокомментировать виды начала прошлого века. Потому что история интересна людям, если ее связываешь с настоящим, если, говоря про «там и тогда», ты говоришь и про «здесь и теперь».
Я встречался во Франции с внуками Прокудина-Горского Дмитрием и Николаем Свечиными. Старший, Дмитрий Николаевич, родившийся в Петрограде в 1920-м, — видимо, последний живой герой фотографий Мастера. Прокудин-Горский снял его пятилетним мальчиком в начале эмиграции, в 1925-м, под Парижем. Дмитрий Николаевич, начав работать ассистентом в их семейном парижском фотоателье, потом стал видным французским кинооператором и как хроникер приезжал в СССР для освещения визитов президентов Франции, начиная с де Голля. Обо всем этом рассказывается в фильме.
Вот ездил человек в экспедиции и фиксировал все встретившиеся достопримечательности, пейзажи, дороги, монастыри, людские типы. И очень торопился — будто чувствовал, что все снять не успеет. Никто его не гнал, сроков не ставил, он один с сыновьями-помощниками работал как целая отрасль. В итоге Россия оказалась вообще единственной страной в мире, более-менее систематически снятой в цвете до Первой мировой войны, а значит, фактически в XIX веке. Сопоставляя виды, снятые Прокудиным-Горским сто с лишним лет назад, с сегодняшними, остро чувствуешь, что за один век у нас уже по сути третья страна. Нынешняя послесоветская Россия — уже не Советский Союз, хотя и наследница его, в том числе юридически. Но преемственность с цивилизацией дореволюционной России прервалась. Дело не только в материальных утратах, которые ужасающи, особенно архитектурные. А в невозможности передать насильно оборванную традицию из поколения в поколение.
