Все в мире призрачно, изменчиво и тленно — слава, сила, власть и даже любовь. Об этом напоминают мудрецы, давным-давно провозгласившие: «Sic transit gloria mundi». Да мы и сами много раз убеждались, как мимолетен успех и тщетны попытки задержаться на вершине. Вчера ты кумир, миллионы людей знают тебя в лицо и ловят каждое слово, а сегодня — всего лишь один из многих, погасшая звезда, одинокий усталый человек. Но ведь бывают исключения из правил — и мы сегодня поговорим о них.
Вячеслав Бондаренко. «Битлз. Ангелы и демоны»
Кто более матери-истории ценен? Маяковский утверждал: Ленин. Но он тогда ничего не знал про «Битлз». А ведь в 1960-х никто в мире не мог состязаться по части популярности с ливерпульской четверкой — ни Кеннеди с Хрущевым, ни Фидель Кас-тро с Брижит Бардо, разве что наш Юрий Гагарин мог им составить конкуренцию. Почему этим парням удалось перевернуть представления о музыке и жизни и заставить потом все грядущие поколения сравнивать новых героев с собой, а не с кем-то там еще? Ответ в популярной серии «ЖЗЛ» ищет Вячеслав Бондаренко. Как ни странно, после сотен книг и фильмов про «Битлз» он, создавая групповой портрет Джона Леннона, Пола Маккартни, Джорджа Харрисона и Ринго Старра, тоже нашел что сказать. А завершая книгу, автор спрашивает уже внуков и правнуков тех, кто впервые услышал битлов в 1964-м, что они нашли в этой музыке. Ответы простые, односложные: «Радость... Юность... Надежду... Любовь».
Но и этих слов достаточно.
Владимир Снегирев. «Ангелы и бесы Михаила Шемякина»
Мужчины, как известно, не плачут — они огорчаются. И не болтают, а разговаривают. Вот и известный журналист Владимир Снегирев со знаменитым художником Михаилом Шемякиным многие годы разговаривали — и так, и по телефону. И наговорили на целую книгу — большую, красивую, богато иллюстрированную и интересную. Как сам автор определил ее жанр, «это диалог двух повидавших многое мужчин». И обсуждаемые ими темы гораздо шире, чем искусство: тут и про жизнь, и про Афганистан, про эмиграцию и про тех, с кем судьба сводила на жизненных виражах: Высоцкий, Лимонов, Бродский: В своем известном стихотворении Высоцкий повествует, как бесы водили его по Парижу на пару с Шемякиным. Вот и под этой обложкой есть отголоски стычек ангелов и бесов. Бесы проигрывают схватку, но это не игра в одни ворота. Шемякин свою известность и славу заработал не в России, большую часть жизни прожив за границей, но оставаясь при этом очень русским художником — норовящим плыть против течения.
И ведь у него получилось!
Джулиан Барнс. «Открой глаза»
Впервые эта книга вышла на русском пять лет назад, а в новом издании у лауреата Букеровской премии Джулиана Барнса добавилось несколько эссе, и эти имена точно не лишние. Впрочем, рассказывая о творчестве Ван Гога, Дега, Магритта, Мане, Сезанна и других живописцев, автор смешивает коктейль в одних и тех же пропорциях: чуть биографии, к ней добавить описание картин и украсить щепоткой рассуждений. А вкус напитка определяют милые детали. Например, Сезанн бесился, когда его модели шевелились, требовал от них неподвижности, а Мане, напротив, просил их «просто жить». Ну а история картины Теодора Жерико «Плот «Медузы» — отдельный фильм ужасов.
Главный вывод: созерцателю, как и художнику, требуется незаурядное воображение, чтобы оценить жизнь во всех ее красках. И Барнс, как может, помогает нам это воображение обрести.
