- Вы негосударственный вуз и живете за счет небюджетных денег. Что в РЭШ сейчас происходит с финансированием?
- Мы очень сильно зависим от того, что происходит в частном секторе. Тем не менее нам удалось сформировать небольшой фонд целевого капитала. Это совершенно новое для России явление: университет собирает деньги, а потом живет на доход с них, в плохие времена немного проедая капитал, в хорошие - накапливая. В частности, инвестируя в ценные бумаги. Если делать это слишком агрессивно, можно потерять деньги. Например, подобный фонд в ведущих американских университетах сократится в этом году процентов на 20-40.
- А ваш?
- Наш сократился, но на меньшую величину - нам повезло, так как большую часть фонда мы инвестировали очень консервативно.
- Что происходит со спонсорскими деньгами?
- Пока у нас не возникало с ними проблем. Компании не отказываются от финансирования. Дело еще в том, что у нас нет одного, ключевого донора. Нас поддерживают почти 30 компаний, фондов и частных лиц. Никто из них не дает нам больше 8% бюджета. С некоторыми у нас были договоренности в рублях, и мы ошиблись: не учли валютный риск. В остальном пока больших проблем не возникло.
- Уменьшилось ли число желающих к вам поступить?
- Нет, но вполне возможно, что оно изменится - либо в лучшую, либо в худшую сторону. С одной стороны, когда на финансовом рынке проблемы, многие студенты идут не работать, а учиться в магистратуру. Более того, они больше заинтересованы и в научной карьере. С другой - студенты не уверены, что будет с предложениями на рынке труда для них. Они, очевидно, найдут работу, но зарплата будет в 2-3 раза меньше в долларах, чем год назад. В прошлом году выпускники нашей магистратуры могли рассчитывать на зарплату 4 тысячи долларов в месяц. Этим летом они смогут получать, скорее всего, только 1,5 тысячи.
- А что с профессорами?
- С одной стороны, теперь их нанимать легче, ведь многие американские вузы временно прекратили найм профессоров. Выпускники американских докторантур, которые сегодня выходят на рынок профессоров, испытывают огромные трудности. Но с другой - Россия в этих условиях не выглядит для них островком стабильности. Люди же занимаются экономикой и понимают, что при таких ценах на нефть не совсем ясно, что будет с Россией.
- Сколько они у вас получают?
- Профессор экономики может рассчитывать в среднем американском вузе на стартовую зарплату 80 тысяч долларов в год. В РЭШ мы им предлагаем более низкую зарплату, но все же сопоставимую. Мы вынуждены это делать. Москва - по-прежнему дорогой город.
- Не вышло ли так, что доверие к экономистам было подорвано во время кризиса?
- С одной стороны, да. Однако тот факт, что самые авторитетные экономисты серьезно ошибались, означает и то, что это очень сложная и интересная наука - есть огромное поле для новых исследований, возникает больше перспектив для молодежи. И хотя доверие к экономистам подорвано, спрос на их советы растет.
- А экономическое образование - оно востребовано? Минобрнауки прогнозирует, что к 2015 году в стране будет переизбыток экономистов...
- Хорошее - несомненно. В кризис важно понимать, как устроена экономика, в каких условиях модели могут работать, а в каких нет. Нужно не только знать основные модели, основные картинки из учебника, но и понимать, откуда они берутся, какие из них во время кризиса можно использовать, а какие нельзя. Также важно следить за исследованиями, которые нужно уметь понимать.
- А так по всему миру? Или только, скажем, в США?
- Везде. Другое дело, что качество экономистов в США значительно выше, чем в России.
- Почему?
- У нас очень много вузов, где преподаватели плохо разбираются в экономике. Счет российских экономистов, имеющих публикации в международных научных журналах, идет на десятки. При этом российские вузы в год выпускают больше 300 тысяч экономистов. Это значит, что у нас десятки тысяч преподавателей экономики, из которых только десятки включены в международное экономическое сообщество. Ситуация очень тяжелая.
- Как повлияет на эту ситуацию кризис?
- Самый главный фактор - это не кризис, а военный призыв. До тех пор пока вузы являются основным способом решения этой ключевой проблемы современной молодежи, их число все равно будет слишком большим для качественного образования.
Кроме того, студенты и их родители должны получать четкий сигнал о качестве образования в вузе, в который они хотят поступить. И для этого необходимо вести соответствующую работу. Вузы должны отслеживать карьеру выпускников, независимые организации должны составлять рейтинги. И тогда плохие вузы уйдут с рынка, потому что никто не будет им платить за образование.
- Но ведь готовить хороших экономистов - занятие не из дешевых.
- Экономическое образование действительно дорогое. Несмотря на то что сейчас частный сектор в кризисе, все равно хороший профессор может найти работу в бизнесе. Например, в инвестиционном банке, в аналитическом или стратегическом департаменте компаний в реальном секторе. Конечно, он будет получать не такие деньги, как год назад, но все равно зарплата будет довольно неплохая.
- Что-то не верится, что бюджеты российских вузов потянут такие расходы.
- Бюджет необязательно должен оплачивать все расходы на подготовку экономистов. Студенты тоже должны нести часть расходов. А для того, чтобы они могли себе это позволить, нужны образовательные кредиты. Государство объявляет о том, что и в кризис оно продолжит эксперимент по внедрению образовательных кредитов. Недавно президент недвусмысленно намекнул, что государство собирается продолжать эту практику.
- Но ведь у студентов в кризис возникали проблемы с образовательными кредитами, например, с программой "Кредо".
- Государство сейчас пытается спасти эту программу. Банк "Союз", который выдавал кредиты, перешел в собственность госбанка. Сейчас вопрос в том, будут ли выдавать новые кредиты или нет. Я так интерпретирую заявления президента, что будут.
- А у ваших студентов такие проблемы возникали? Как решали?
- Пока нет. Банк "Русский Стандарт" и во время кризиса продолжает выдавать новые кредиты и собирать старые. Мы очень довольны этой программой и благодарны этому банку. Сегодня это единственная нормально функционирующая программа образовательного кредитования на российском рынке.
- А нужны ли нам хорошие экономисты такой ценой?
- Сейчас роль таких специалистов, работающих в правительстве, науке и бизнесе, в разработке и реализации антикризисных мер правительства, очень велика.
- Когда возможно построить систему подготовки хороших экономистов?
- В лучшем случае лет через 10-20. Ситуация очень тяжелая. И это не потому, что мы какие-то "лузеры". Просто объективно нельзя за 2 года, 5 или 10 лет подготовить тысячи хороших преподавателей. Чудес не бывает. В мире из американских аспирантур выпускаются сотни профессоров в год. Нам же нужно 10-20 тысяч хороших преподавателей.
Резюме "Труда"
Сергей Гуриев, ректор Российской экономической школы
Родился 21 октября 1971 года во Владикавказе.
Образование: Московский физико-технический институт, факультет управления и прикладной математики, доктор экономических наук.
Прежние места работы: преподавал на факультете экономики Принстонского университета.
14:58
Инновации вместо рутины
