Ровно 70 лет назад нарком просвещения приказным порядком включил букву «ё» в русский алфавит. Но, как оказалось, ненадолго. И вот теперь уже глава Минобрнауки Дмитрий Ливанов обещает вернуть в учебники, книги и газеты букву, которая два века блуждает как неприкаянная.
Судьбу буквы «ё» — в ракурсе ее переменчивости и нестабильности — можно считать неким символом российской истории. Букву придумала Екатерина Дашкова в 1783 году, чтобы заменить неловкое «iо» в слове «ёлка». И вокруг тут же разгорелась полемика. Историк Карамзин как истинный реформатор стал использовать новую букву в письме, а тогдашние столпы русской словесности Сумароков и Тредиаковский категорически воспротивились новации.
В 1918 году декретом советской власти о введении новой орфографии буква «ё» была вычеркнута из алфавита. Скорее всего, дабы сэкономить на типографском наборе и облегчить секретаршам скоропись. Но 70 лет назад отец всех народов, подписывая наградные листы, возмутился неестественности правописания некоторых фамилий. В результате 24 декабря 1942 года приказом народного комиссара просвещения РСФСР Владимира Потемкина буква «ё» вернулась в русский алфавит и стала обязательной в процессе школьного обучения. Однако через 20 лет, уже при новом вожде, филологи снова усомнились в праве «ё» на жизнь, и снова буква стала вроде Настасьи Филипповны из «Идиота» — вроде и красавица, и образованная дама, но на незаконном положении.
В новейшее время «ё» приобрела символический и даже карикатурный контекст — стала выразителем чего-то совершенно исключительного. Вроде «Ё-мобиля», призов за «ёфикацию» России, а также многочисленных презентаций и художественных акций, прошедших под грифом буквы «ё».
Меж тем наличие или отсутствие буквы «ё» в бумагах имеет не только мистические, но и вполне реальные последствия. За примерами далеко ходить не надо: наш коллега Павел Абаре(ё)нов вынужден был несколько месяцев посещать отдел ЗАГС Кунцевского района, чтобы привести документы — свои, жены и детей — к единой форме написания фамилии. В противном случае грозили серьезные неприятности при решении имущественных вопросов, в том числе связанных с недвижимостью. Теперь с загсом закончили — остались налоговая и ГИБДД.
Видимо, подобные проблемы дошли до главы Минобрнауки Ливанова. В сентябре министр решительно заявил: «Право человека независимо от той или иной формы написания фамилии должно быть зафиксировано в законе. Проблему нужно решать, 100 процентов, миллионы людей страдают».
Но время идет, а буква остается в подвешенном состоянии. Как и многое другое — вроде перехода на зимнее время, повышения страховых выплат по депозитам до миллиона рублей или штрафов за выезд на встречную полосу. Время такое, ё-моё!
