На прошедшей неделе в небольшом итальянском городе Вероне, бывшим века назад центром пересечения мировых торговых путей, состоялся Евразийский экономический форум. Мероприятие, которое было проведено уже в 14-й раз, традиционно привлекло огромное количество видных политиков, бизнесменов, экспертов и аналитиков. Ключевым мероприятием форума стала специальная сессия под названием «Надежная энергия и глобальный энергетический переход», на которой с докладом выступил глава крупнейшей российской нефтяной компании «Роснефть» Игорь Сечин.
В мероприятии также приняли участие экс-канцлер ФРГ и председатель совета директоров ПАО «НК «Роснефть» Герхард Шредер, заместитель премьер-министра, министр иностранных дел Катара Мухаммед Бен Абдель Рахман Аль Тани, министр нефти и природного газа Индии Хардип Пури, главный исполнительный директор ВР Бернард Луни, председатель совета директоров и главный исполнительный директор Trafigura Джереми Вейр, председатель нефтегазовой климатической инициативы OGCI Роберт Дадли, бывший главный исполнительный директор Glencore Айван Глазенберг, президент ассоциации «Познаем Евразию» и председатель совета директоров банка «Интеза» Антонио Фаллико, председатель совета директоров и главный исполнительный директор Baker Hughes Лоренцо Симонелли, старший вице-президент ExxonMobil Нил Чапман и другие.
Доклад Игоря Ивановича назывался «Необходимость структурных изменений в экономике и будущее энергетики», и в нем он представил развернутый анализ ситуации в мировой экономике, особо отметив период неопределенности, сохраняющийся из-за сложной эпидемиологической обстановки. По словам Сечина, пандемия продолжает оставаться ключевым фактором, влияющим на ситуацию в мировой экономике: несмотря на масштабные усилия, коллективный иммунитет все еще не сформирован, новые опасные штаммы коронавируса опережают темпы вакцинации.
Причины газового кризиса
Глобальные цепочки поставок, включая морской транспорт, железные дороги, автомобильные и авиационные перевозки, оказались не готовы к скачкам предложения и спроса. «Срываются поставки не только готовых товаров, но и сырья, что хорошо показала недавняя ситуация с танкером, заблокировавшим Суэцкий канал», — отметил Сечин.
На первый план сегодня вышла надежная работа инфраструктуры, а также наличие товарных запасов, что продемонстрировал нынешний газовый кризис в Европе. «Из-за нехватки долгосрочных контрактов газовые хранилища оказались заполнены лишь на 75% по сравнению с 10-летним историческим уровнем в 90%. На фоне растущего спроса ограниченные возможности альтернативной генерации по обеспечению стабильных поставок электроэнергии не только в зимний, но и в более комфортные с точки зрения погодных условий летний и осенний периоды привели к рекордным ценам на газ», — рассказал Сечин.
Долгосрочные контракты обеспечивают определенную стабильность рынка газа, но не гарантируют его полную устойчивость, так как развиваются спотовые поставки по краткосрочным сделкам, отметил он. Растущий спрос на голубое топливо не смог обеспечить СПГ из Катара, а надежды Европы на спотовые поставки из США не оправдались. Дополнительно положение Европы осложнил Китай, отметил Сечин, ведь восстановление экономики этой страны подстегнуло спрос на все виды энергоресурсов.
Свою роль в кризисе сыграла излишняя уверенностью в надежности альтернативной генерации. «Излишняя уверенность в надежности ветровой генерации стала одной из причин, которая привела к недостаточным запасам газа в хранилищах. И только с приближением зимы наши европейские партнеры всерьез начали задумываться о рисках, о реальной неготовности возобновляемой генерации (при текущем уровне развития технологий) обеспечить стабильные поставки энергии. Все это привело к рекордным ценам на газ, которые с начала этого года выросли в 5 раз и теперь угрожают долгосрочному экономическому восстановлению Европы», — рассказал Игорь Сечин.
Еще одна причина — отказ от проектов в традиционной энергетике. Сыграли свою роль и широко разрекламированные предыдущей администрацией США «молекулы свободы», которые несет с собой американский СПГ. Обещая существенно нарастить поставки газа в Европу, в реальности США в первую очередь увеличивают их в совершенно ином направлении — в страны АТР, подчеркнул Сечин. «В результате в нефтяном эквиваленте цена газа в Европе достигала 200 долларов за баррель, что более чем вдвое превышает цену нефти», — добавил он.
По оценке банков Citi и Goldman Sachs, сверхвысокие цены на природный газ могут создать дополнительный спрос на нефть в размере до 1 млн барр./сут., что послужит импульсом к возникновению дисбаланса, подобного газовому, и еще сильнее «разогреет» нефтяные цены.
Он напомнил, что Россия, со своей стороны, максимально содействует разрешению кризиса, обеспечивая стабильность поставок газа в Европу. При этом наша страна всегда полностью исполняет все свои контрактные обязательства. «Несмотря на то что сейчас мы наблюдаем политизацию энергетических вопросов, Россия остается важнейшим и самым надежным поставщиком газа в Европу, и нам необходимо не только сохранять, но и укреплять мосты дружбы и взаимопонимания», — заявил глава «Роснефти».
.jpg)
Бывший канцлер ФРГ, председатель совета директоров «Роснефти» Герхард Шредер в своем выступлении на сессии согласился с Сечиным о причинах газового кризиса, выделив ключевым фактором восстановление экономики после COVID-19, после приостановки производства, когда поставки газа значительно сократились. «В то же время из-за довольно теплой зимы запасы хранилищ использовались дольше прошлой зимой. Таким образом, дополнительные поставки в газовые хранилища не были сделаны. Летом это привело к росту цен и, соответственно, росту спроса», — рассказал он.
«Учитывая эти факты, возникает вопрос: почему мы виним только Россию в этом глобальном энергетическом кризисе? Нет ли здесь признаков конкуренции между США и Россией? Конечно, есть. Европейцы хотели бы начать разумный диалог со странами-поставщиками. Что стоит на кону? Безопасные, надежные поставки энергоносителей в дома», — заявил он.
Шредер считает, что энергетического перехода можно достичь в ближайшие годы только посредством увеличения использования природного газа. «Международная энергетическая безопасность зависит от развития экономических связей и обеспечивается долгосрочными контрактными обязательствами, которые за последние годы доказали свою надежность», — подытожил он.
Риски энергоперехода
Игорь Сечин отметил, что нынешний газовый кризис еще раз подтверждает тезис, который он неоднократно высказывал в прошлые годы, — о хрупкости балансов на энергетических рынках и рисках, связанных с форсированием энергетического перехода и дестимулированием традиционной энергетики. Кризис уже начал распространяться и на другие отрасли, добавил он. Например, сократилось производство магния, что угрожает автомобильной отрасли и производству микросхем.
«Все эти факторы заставляют еще раз задуматься об ограничениях, заложенных в существующей модели капитализма, о которых недавно говорил президент России Владимир Владимирович Путин, — все они мешают найти решения для вызовов сегодняшнего времени», — сказал глава «Роснефти».
Чтобы не допустить разрастания кризиса на всю мировую экономику, важно обеспечить координацию между регуляторами и поставщиками, а также потребителями, спрос со стороны которых определяет экономический рост. Крупнейшие мировые биржи, такие как Нью-Йоркская, Лондонская, Шанхайская, которые являются центрами регистрации большинства сделок, могли бы также регистрировать долгосрочные контракты на поставку энергоносителей, тем самым содействуя балансированию рынков, считает Сечин.
«Приоритетом глобального экономического развития должен стать интегральный подход с акцентом на увеличение вклада ключевых секторов, к которым относятся энергетика, новые материалы, информационные технологии, электроника, фармацевтика, сельское хозяйство, транспорт и логистика», — заявил глава «Роснефти».
По словам экономиста Михаила Хазина, основной проблемой для энергорынка сейчас является спотовый рынок. «Спотовый рынок — это колоссальное количество бумажных сделок, где нет реального газа. И не видно, какие цены реально будут через три месяца или полгода. Сечин говорит о том, что категорически необходимо, чтобы все реальные газовые контракты учитывались где-то в одном месте, чтобы по крайней мере было понятно, не получится ли так, что где-то вообще не будет газа и нефти, скажем, через полгода, в результате чего начнется катастрофа. Это вещь, которую нужно сделать безусловно и быстро. Но это только один элемент общей глобальной проблемы. И по этой причине надо обсуждать все проблемы», — пояснил Хазин.
Надежность поставок
По словам Игоря Сечина, немаловажным является вопрос технологической достижимости энергетического перехода. Он привел в пример оценку Международного энергетического агентства: к 2050 году около половины технологий, необходимых для достижения целей низкоуглеродного развития, все еще не будут готовы для внедрения. При этом на рынке наблюдается усиление конкуренции за финансирование: «зеленая» энергетика получает все более значительные субсидии, что искажает ее реальную доходность, которая пока остается достаточно низкой. «Это приводит к тому, что развивается новый тип субсидируемых отраслей, абсорбирующих ресурсы из других секторов и препятствующих реализации принципов свободной конкуренции», — сказал Игорь Сечин.
Для реализации энергетического перехода структура мировой экономики должна измениться, считает глава «Роснефти». «Энергетический переход должен быть синхронизирован с обеспечением энергоресурсами, надежными поставками металлов и других материалов, развитием технологий, а также адаптацией потребительского поведения. Без этого основная концепция, отраженная в самом слове «переход» как развивающийся во времени процесс, будет неработоспособна», — считает глава «Роснефти».
«Энергетический переход не должен быть самоцелью, его первоочередной задачей должна стать надежность поставок энергии», — резюмировал Игорь Сечин.
«Нужно говорить не о кавалерийском наскоке, не о наезде, а о плавном энергопереходе. Именно об этом говорил Сечин», — прокомментировал выступление Сечина профессор и доктор экономических наук Никита Кричевский.
По мнению заместителя председателя Госдумы по экономической политике Михаила Делягина, энергопереход является процессом естественным и необходимым. «Но этот процесс они (Евросоюз. — «Труд») превратили в аналог маоцзэдуновского большого скачка. Когда мы рушим все до основания, а затем происходит разрушение производительных сил. А впереди — политические репрессии. Пока они еще в отношении корпораций, очень скоро они будут в отношении физлиц. Для энергоперехода нужны новые технологии, а их к 2050 году даже по западным прогнозам не будет и половины. И непонятно даже теоретически, как удастся их разработать, потому что огромное количество нерешенных проблем», — отметил он.
Последствия для экономики
Ошибочные решения в области климатической политики могут привести к серьезным негативным последствиям для всей мировой экономики и общества, отметил глава «Роснефти». «На этом фоне все сильнее звучат требования об отказе от инвестиций в нефть и газ. Создается впечатление, что в отдельных случаях сторонники скорейшего ухода от ископаемых топлив игнорируют риски неминуемой разбалансировки рынков», — заявил он.
Глава «Роснефти» напомнил про решение Нидерландского суда в Гааге, который предписал компании Shell сократить выбросы более значительно, чем предусматривала ее стратегия. Компанию обвинили в «ненадлежащем общественном поведении» и нарушении прав человека. Сечин отметил, что суду пришлось сослаться на права человека, так как объективно невозможно прийти к однозначному выводу о том, насколько компания виновна в глобальном изменении климата. Также он считает, что риск новых судебных исков подобного рода достаточно велик.
«Как абсолютно справедливо отметил президент Российской Федерации В. В. Путин, «если люди совершенно профессионально неподготовленные будут принимать решения (о сокращении парниковых выбросов), то всплески на мировых рынках неизбежны», — сказал глава «Роснефти».
«Также под давлением климатических активистов прекращается реализация совместных с международными компаниями проектов, что вынуждает мейджоров сокращать инвестиции в добычу нефти и газа, перенаправляя средства в возобновляемую энергетику. Именно климатическая повестка сейчас оказывает давление на мировой рынок нефти и газа», — считает Игорь Сечин.
«Риски, которые несет отказ от нефти, а также от низкоуглеродной газовой генерации и от использования угля должны быть справедливо оценены», — заявил он.
«Интенсивный энергопереход ведет к рискам для отрасли, приводит к тому, что акценты в инвестициях смещаются на «зеленую» энергетику и тем самым падают инвестиции в традиционную энергетику», — пояснил инвестиционный стратег УК «Арикапитал» Сергей Суверов. По его словам, это приводит к росту цен — например, в октябре этого года цена на газ в Европе скакнула до 2 тысяч долларов за тысячу кубометров.
Влияние низкоуглеродной энергетики на климат
«Необходимо комплексно подходить к оценке безопасности энергоресурсов для людей и окружающей среды по всей технологической цепочке, — считает Игорь Сечин. — В случае того же водорода, на который возлагаются очень большие надежды как на перспективное «зеленое» топливо будущего, нельзя забывать, что именно его взрывоопасность стала причиной целого ряда катастроф в ядерной энергетике и на химических производствах», — сказал глава «Роснефти».
Серьезной проблемой также является рост цен на материалы, необходимые для обеспечения энергетического перехода. Игорь Сечин напомнил, что развитие технологий возобновляемой энергетики способствовало снижению затрат на ее производство, что помогало ей стремиться к конкурентоспособности с традиционной энергетикой. В текущей ситуации эта тенденция может развернуться.
«По сравнению с докризисным уровнем 2019 года стоимость поликремния, ключевого сырья для производства солнечных панелей, выросла в 4 раза. Также с начала 2019 года более чем удвоились цены на необходимые для аккумуляторов марганец, литий, редкоземельный элемент неодим», — сказал Сечин.
При этом выбросы при добыче и переработке металлов для низкоуглеродной энергетики не соответствуют целям устойчивого развития. По данным Международного энергетического агентства, парниковые выбросы при производстве лития втрое превосходят выбросы при выплавке стали. Никель и алюминий по выбросам превосходят сталь в 7–8 раз, а редкоземельные металлы — уже в 50 раз. Чтобы обеспечить мир столь важными металлами, необходимо вводить в разработку ресурсы с худшими характеристиками. В результате парниковые выбросы при производстве лития по будущим проектам, по оценке Международного энергетического агентства, могут оказаться в 3–4 раза выше, чем по текущим, а по будущим проектам производства никеля — в 6 раз выше.
По словам профессора Никиты Кричевского, чтобы перейти на использование электромобилей, необходимо увеличить производство никеля в 30 раз, а лития — в 133 раза. «Нам могут сказать, где возьмут эти объемы? Неизвестно. Дальше: утилизация солнечных батарей и ветровая энергия — это все супер. Но в 2025 году нужно будет утилизировать уже 100 тысяч тонн лопастей. Как эти объемы утилизировать? Наконец, солнечные батареи. Самое страшное, что сегодня затраты на утилизацию солнечных батарей в 2,5 раза превышают затраты на выпуск новых солнечных батарей», — рассказал Кричевский.
«Понятно, что на самом деле «зеленая» энергетика оборачивается очень грязными последствиями, которые будут расхлебывать будущие поколения. Эти технологии скоротечны, и стоимость утилизации как солнечных панелей, так и ветровых в десятки раз превосходят возможности их простого захоронения», — считает доцент Финансового университета Леонид Крутаков.
Условия для энергоперехода
Однако глава «Роснефти» все-таки назвал условия, при которых реален энергетический переход — только при сохранении стабильности поставок энергоресурсов и развитии новых материалов и технологий. По его словам, принуждение компаний к выходу из нефтегазовых проектов не решает проблему сокращения выбросов. «Достижение целей по углеродной нейтральности не требует полного отказа не только от нефти и газа, но и от угля», — считает глава «Роснефти».
Он напомнил, что Международное энергетическое агентство опубликовало вызвавший большой резонанс низкоуглеродный прогноз, предусматривающий достижение углеродной нейтральности к 2050 году и прекращение инвестиций в новые проекты в нефтегазовой отрасли уже сейчас. «Но даже в этом прогнозе традиционные энергоресурсы в 2050 году суммарно будут обеспечивать 39% мирового спроса», — отметил Сечин.
Необходимо уже сейчас принимать решения, считает он, которые обеспечат удовлетворение будущего спроса. В противном случае нас ждет новое обострение дефицита и рост цен.
Глава «Роснефти» отметил, что еще одним существенным фактором сокращения углеродных выбросов может стать изменение поведенческих предпочтений потребителей. По оценке МЭА, это позволит уже к 2030 году снизить углеродные выбросы на 2 млрд тонн. В частности, такой результат может быть достигнут за счет замены авиаперелетов продолжительностью менее часа другими видами транспорта, снижения скорости движения автомобилей на 7 км/ч, удаленной работы из дома и других подобных мер.
Ответ на климатические вызовы
По словам Сечина, газовый кризис вновь отчетливо продемонстрировал многокомпонентность и сложность энергетики и экономики и хрупкость многих сложившихся систем, а также то, что ряд новых технологий еще недостаточно развиты, чтобы на них можно было безопасно опираться.
«Поэтому я еще раз хочу подчеркнуть, что процесс энергетического перехода должен быть взвешенным, экономически обусловленным и социально ответственным», — заявил Сечин.
По его мнению, мировое сообщество должно выработать единый подход к глобальной климатической проблеме и стимулированию развития и обмена технологиями снижения выбросов, а не искать виновных и не использовать односторонние протекционистские меры, которые увеличивают и без того значительный разрыв в энергетической обеспеченности между развитыми и развивающимися странами. «Несмотря на безусловную важность решения экологических вопросов, ответственность за парниковые выбросы часто возлагается не на загрязняющие отрасли, а на производителей первичных энергоресурсов», — заметил глава «Роснефти».
.jpg)
«Роснефть» уделяет особое внимание восстановлению лесов
«Лишь разумный баланс между традиционной и возобновляемой энергетикой способен обеспечить устойчивый долгосрочный рост мировой экономики», — отметил он.
«Сечин не зря говорит о том, что три главных фактора плавного энергоперехода: взвешенность, экономическая обусловленность и социальная ответственность. Вот то, что мы видим сегодня в Европе, — это социальная безответственность», — согласился с главой «Роснефти» Никита Кричевский.
«Зеленые» усилия «Роснефти»
При этом антропогенное воздействие возникает не только от сжигания ископаемых топлив, но и также, например, из-за расширения географии сельского хозяйства, животноводства и других факторов. Кроме того, глобальные выбросы, которые вырабатываются из-за лесных пожаров, ежегодно составляют около 8 млрд тонн СО2-эквивалента, что сопоставимо с выбросами всей промышленности.
«В этой связи Россия уделяет особое внимание лесовосстановлению, воссоздавая порядка миллиона гектаров леса ежегодно. Это особенно важно, учитывая, что страна обладает колоссальным потенциалом по природному поглощению углеродных выбросов. Уже сейчас Россия вносит значительный вклад в абсорбирование углекислого газа за счет экосистем, в том числе лесов, чей потенциал по улавливанию оцениваются в 2,5 млрд тонн в год», — рассказал Игорь Сечин. По его словам, РФ имеет значительный компенсационный потенциал благодаря возможностям хранения углерода в выработанных нефтегазовых месторождениях и соляных пластах. По оценкам отраслевых специалистов, потенциал геологического хранения составляет порядка 1,7 трлн тонн CO2, отметил он.
Применение таких компенсационных мер рассматривается «Роснефтью» в рамках принятого в 2020 году Плана по углеродному менеджменту до 2035 года. Этот план ставит ряд амбициозных целей по декарбонизации: компания обязуется сократить интенсивность выбросов в разведке и добыче на 30%, предотвратить 20 млн тонн парниковых выбросов, снизить интенсивность выбросов метана, а также обеспечить нулевое рутинное сжигание попутного газа.
«Роснефть» также активно наращивает добычу наиболее чистого ископаемого топлива — природного газа. Компания планирует довести его долю в добыче до уровня свыше 25%. В настоящее время «Роснефть» реализует программу по утилизации попутного газа, развивает экологичные моторные топлива и сеть для зарядки электромобилей на своих АЗС.
Сечин рассказал, что в настоящее время «Роснефть» разрабатывает новую стратегию, основными приоритетами которой станут адаптация к вызовам энергетического перехода и интеграция «зеленой» повестки в бизнес.
Усилия компании в этой области не остаются без внимания уже сегодня: «Роснефть» занимает лидирующие позиции в целом ряде специализированных рейтингов авторитетных международных агентств и продолжает их улучшать. Также за последние три года «Роснефть» на 15% улучшила свою энергоэффективность, что позволило предотвратить выбросы в размере 4 млн тонн СО2-эквивалента. Показатели интенсивности энергопотребления компании на 40% ниже, чем у ряда крупнейших мировых нефтяных компаний.
По словам Игоря Сечина, в 2020 году «зеленые» инвестиции «Роснефти» превысили 580 млн долларов, а сокращение выбросов загрязняющих веществ в атмосферу составило 14%. Также в целях противодействия изменению климата компания ежегодно высаживает молодые деревья. В 2021 году количество высаженных деревьев уже превысило 9,3 млн.
Вместе с тем, по словам Игоря Сечина, «Роснефть» прилагает все усилия для обеспечения стабильности предложения углеводородов, и важнейшим проектом для этого является «Восток Ойл». Использование передовых технологий для охраны окружающей среды от этапа бурения скважин до специализированного исполнения нефтепроводов и танкеров, которыми будет экспортироваться нефть, обеспечит проекту «углеродный след» на 75% ниже, чем у других новых крупных нефтяных проектов в мире.
.jpg)
Проект «Восток Ойл» способен обеспечить стабильность предложения на мировом рынке углеводородов
«Энергетические проекты являются капиталоемкими и долгосрочными вне зависимости от того, какие энергоресурсы разрабатываются. И выбор, который мы сделаем сейчас, определит будущее мировой энергетики на десятилетия вперед», — подытожил Игорь Сечин.
Мнения участников специальной сессии
Свое мнение о поднятых в ходе доклада Сечина вопросах выразили и другие участники специальной сессии. Министр нефти и природного газа Индии Хардип Пури отметил, что энергия стала очень важным аспектом национальной безопасности стран, особенно на фоне сегодняшней волатильности рынков.
«Высокие цены на энергоносители влияют на экономические решения. Высокие цены увеличивают неопределенности, негативно сказываются на восстановлении экономик и, что самое важное, нарушают темпы энергетического перехода. Такая нестабильная обстановка не выгодна ни странам-производителям, ни странам-потребителями. Поэтому с этими явлениями следует бороться, пока цена на сырую нефть не будет поддерживаться на устойчивом уровне. До тех пор это будет очень сильно ударять по перспективам восстановления мировой экономики», — считает он.
По его словам, Индия выступает за энергетическую справедливость на всех мировых площадках.
Министр иностранных дел Катара Мухаммед Бен Абдель Рахман Аль Тани в своем выступлении подчеркнул важность осознания того, что энергетический переход невозможен в течение пары лет и требует значительных капиталовложений. По его мнению, спрос на энергоресурсы будет постоянно повышаться в связи с восстановлением экономик развитых стран после пандемии коронавируса.
Глава британской BP Бернард Луни поддержал позицию Сечина, отметив, что по мере трансформации отрасли необходимо помнить о надежности энергетической системы. «И мы планируем работать в этом направлении. Сегодня мы уже инвестируем в большое количество новых проектов, и в ближайшие годы будут инициированы новые проекты в России», — добавил Луни.
Также он рассказал о работе британской компании в области декарбонизации. По словам луни, BP в настоящее время активно инвестирует в водородные проекты, ветровые, а также в другие современные технологии. «И я хотел бы сказать, что мы не можем заниматься этим в одиночку. Именно поэтому мы полагаемся на партнеров. И один из наших крупнейших партнеров — это компания «Роснефть», в которой работают потрясающие специалисты, с потрясающими ресурсами и амбициями. И я думаю, что эта компания успешно движется вперед под руководством Игоря Ивановича», — сказал он.
Руководитель одного из крупнейших трейдерских домов мира Trafigura Джереми Вейр отметил важность реализации проекта «Роснефти» «Восток Ойл», участником которого компания стала в конце 2020 года. «Такие инвестиции, которые сегодня осуществляет компания «Роснефть», имеют колоссальное значение. Реализация проекта «Восток Ойл» имеет критическое значение для будущего мировой энергетики, поскольку позволит нам обеспечить своевременную и необходимую добычу газа и нефти на грядущие годы», — отметил он.
По мнению Вейра, одним из факторов, сдерживающих финансирование проектов традиционной энергетики, является давление на инвесторов, побуждающее их сокращать поддержку проектов, связанных с ископаемыми видами топлива. «Мы должны найти способ, который позволит нам, ответственным производителям, обеспечить стабильность поставок энергоносителей. Потому что без этого мы рискуем утратить текущий экологический и социальный статус. И в этом вопросе ключевую роль играет правительство. Следует увеличить регуляторную надежность и степень уверенности, а также гарантировать долгосрочную фискальную стабильность и обеспечить возможность инвестиций в инфраструктуру», — резюмировал руководитель Trafigura.
О необходимости развития технологий для снижения углеродного следа заявил главный исполнительный директор Baker Hughes Лоренцо Симонелли. Он рассказал об успехах Baker Hughes в этом направлении: «Мы должны продолжать инвестировать в цифровые технологии, искать новые модели для создания сплавов, в том числе металлов. И кроме того, хотел бы привести прекрасный пример: во время пандемии мы провели технико-экономическое обоснование технологии дистанционного оборудования, работа которого ведется без присутствия персонала на месте».
По словам Симонелли, проекты в области водорода также являются очень перспективными. «Необходимо понять, как мы можем это развивать. Мы, как высокотехнологичная компания, будем присутствовать и будем участвовать в этой работе, предоставляя технологии для того, чтобы наша экосистема позволила совместно осуществить этот энергетический переход», — подытожил он.
Банковская отрасль должна активно финансировать низкоуглеродные технологии, заявил председатель совета директоров банка «Интеза» Антонио Фаллико. По его словам, общий объем вложений в так называемые зеленые облигации уже превысил 1 трлн евро. «Мы, как финансовая организация, должны иметь уравновешенный, но в то же время экологический подход относительно собственных инвестиций», — добавил он.
Старший вице-президент ExxonMobil Нил Чапман напомнил, что его компания занимается добычей и переработкой углеводородов уже на протяжении 130 лет. «Это наш ключевой бизнес и таким останется в течение долгого времени хотя, конечно же, мы проходим определенную технологическую эволюцию. Мы понимаем, к чему стремится мир, однако непонятно, как достичь этих целей», — рассказал он. По его мнению, внедряя новые технологии, важно помнить об уже существующих отраслях, таких как добыча и переработка нефти и газа. «Мы считаем, что нужно вести работу таким образом, чтобы поставлять потребителям дешевые энергоносители с низкой нагрузкой на окружающую среду. Именно этим мы стараемся сейчас заниматься», — заявил он.
