Знаменитый роман Владимира Богомолова впервые был напечатан в 1974 году и с тех пор выдержал более сотни изданий. Это поистине культовая книга для нескольких поколений читателей. Помню, мы глотали ее за ночь, не в силах прервать чтение хоть на несколько часов сна. Роман и сегодня увлекает новаторской формой, огромным массивом документального материала и лихой детективной интригой.
А еще роман Богомолова буквально и просится на экран — так ярко прописаны в нем характеры и скрытые под завесой секретности эпизоды, связанные с работой в годы Великой Отечественной советской контрразведки Смерш. Попытку экранизировать книгу уже в 1975 году предпринял литовский режиссер Витаутас Жалакявичюс, ранее прогремевший фильмом «Никто не хотел умирать». Но снятую на 95% картину с Сергеем Шакуровым в роли капитана Алехина автор романа, известный своей въедливостью, нередко переходящей в сутяжничество, зарубил через суд. Пленку фильма смыли, о нем осталась легенда, гласящая, что наши зрители лишились киношедевра. Зная стиль и творческий уровень Жалакявичюса, охотно в это верю.
Вторую попытку на рубеже веков осуществил белорусский режиссер, уроженец деревни Федюки Брестской области Михаил Пташук, с которым я, прожив 12 лет в Минске, близко общался. Пташук поначалу сумел найти общий язык с автором романа и в наших с Мишей откровенных разговорах называл Богомолова «милым, доброжелательным стариком». Но, помня печальную историю с предыдущей экранизацией, Пташук с присущей ему крестьянской сметкой решил себя обезопасить. Он предложил автору романа написать литературный сценарий для фильма, хотя мог передоверить задачу опытному кинодраматургу. А впоследствии попросил Богомолова расписаться на каждой странице режиссерского сценария, в строгом соответствии с которым и снимал кино.
Впрочем, и эти ухищрения не спасли Пташука от многочисленных претензий автора романа: Богомолов попытался зарезать и этот фильм. Но уже наступили другие времена, и все, что придирчивый писатель смог в итоге сделать, так это убрать свое имя из титров и запретить использовать для кино авторское название «Момент истины». Что не помешало фильму «В августе 44-го:» с рекордным рейтингом (доля аудитории в Москве составила 39%, по стране — 36%) пройти 9 мая 2002 года по каналу НТВ, а с годами обрести статус одного из лучших наших фильмов о войне и стать общепризнанной классикой.
Как бы отреагировал Богомолов, будь он жив, на фильм «Август», поставленный режиссерами Никитой Высоцким и Ильей Лебедевым, снявшими в прошлом году глянцевый блокбастер «Любовь Советского Союза» про сталинскую эпоху, я боюсь даже представить. В новой экранной версии от книги мало что осталось. Формально в ней присутствует основной сюжетный каркас романа: поиск тремя смершевцами в составе капитана Алехина (Сергей Безруков), старшего лейтенанта Таманцева (Никита Кологривый) и лейтенанта Блинова (Павел Табаков) немецких диверсантов и их пособников из числа соотечественников-предателей. Но многие события, сюжетные повороты, да и характеры героев переиначены в «Августе» порой до полной неузнаваемости.
Скажем, ни в чем не повинные интенданты, которых разведчики ошибочно приняли за шпионов и пустились за ними по ложному следу в погоню, в фильме почему-то оказались спекулянтами ворованным армейским бензином, по которым открыл огонь импульсивный новичок Блинов. Вместо холеного офицера комендатуры Аникушина, прикомандированного к группе Алехина, авторы фильма зачем-то отправили на финал операции по поимке радистов увальня-водителя Хижняка (Илья Исаев) в пропахшей машинным маслом гимнастерке. И тут же его убили, хотя в книге он погиб в другом месте и при других обстоятельствах. Аникушина, впрочем, убили тоже, для чего придумали отдельный сюжетный квест.
Ключевая в романе и фильме Пташука сцена с «прокачкой» диверсантов во главе с матерым оборотнем Мищенко (Александр Устюгов) снята в «Августе» бегло, без малейшего психологического напряжения, что лишило образ капитана Алехина выразительных красок. Староватый для этой роли Сергей Безруков старается по ходу фильма изо всех сил, в одной из сцен даже пускает скупую мужскую слезу по больной дочери, но из-за скудости драматургии безнадежно проигрывает Евгению Миронову из предыдущей экранизации. Таманцев в трактовке скандального актера Кологривого превратился в рубаху-парня и безответственного балабола, который, минуя армейскую субординацию, напрямую звонит по секретной связи из города Лиды на самый «верх», в Москву.
К чему эти и многие другие бессмысленные переделки и драматургические вольности (сценарий Сергея Снежкина) — бог весть. Полагаю, только для того, чтобы «Август» не посчитали еще одной буквальной экранизацией книги или ремейком предыдущего фильма и не задали резонный вопрос: «Зачем?». Но строка в титрах «по мотивам романа» ничего не объясняет и «Август» от недоуменных вопросов не спасает. Авторы фильма умудрились переврать букву и выхолостить дух классической книги и не создать взамен ничего убедительного своего.
По сути, создатели «Августа» поменяли стиль и жанр романа. Он был силен показом кропотливой и при этом чрезвычайно увлекательной для читателей невидимой миру работы по сбору и отсеиванию улик, постепенному накоплению фактов, рождению убедительных версий, которые шаг за шагом вели к поимке вражеских агентов. В фильме же нам чаще всего предъявляют готовый результат. Только зашли разведчики в лес «размером с Францию», как тут же обнаружили и горелые спички, и надкусанный огурец, и след от антенны рации на ветке дерева, и базу диверсантов на хуторе. Непонятно только, как при такой результативной работе армейская разведка во главе с генералом Егоровым (Роман Мадянов) проглядела три тысячи фашистов, которые, как зомби, выскочили из леса в финале фильма.
В книге немецких полчищ, окопавшихся в тылу советских войск, разумеется, не было. Были три диверсанта-радиста, которых искала и успешно обезвредила группа капитана Алехина. Но для Константина Эрнста и Анатолия Максимова, продюсировавших «Август», такой масштаб, видимо, показался мелковатым. И потому в фильме много сожженных танков, валяющихся на земле сбитых самолетов, взлетающих в воздух полуторок с арбузами и прочих пиротехнических чудес.
А в финале зрителей и вовсе ждет получасовая кровавая сеча, превратившая крепко сбитую книгу с внятным и динамичным сюжетом в громоздкий, зачастую лишенный логики и смысла, распадающийся на ряд аттракционов псевдоголливудский боевик, каких нынче — тьма.
