Труд: Павел Астахов: «Чтобы выбиться в люди, вкалывал на четырех работах!»

Главная Культура 08:29 07 Июля 2011 9166

Павел Астахов: «Чтобы выбиться в люди, вкалывал на четырех работах!»

Успешный адвокат знает, как отстоять свои права и воспитать троих сыновей

Напечатать

Битва за права

— Вы ведете программу «Час суда». О ней многие говорят: липовые истории, вместо героев — приглашенные актеры. Не обижает критика?

— Да, у нас «играют» приглашенные актеры. Проблема в том, что не все люди хотят и могут приехать, выступать перед камерой. И даже если один человек, фигурирующий в деле, согласен, то вторая сторона (ответчик, как правило) не хочет этого делать. Но мы стремимся рассказывать о реальных делах! Когда мне предложили вести «Час суда», идея сразу показалась мне интересной. Я жил в Америке, Испании, Франции, Англии — везде есть несколько подобных судебных программ. В Америке «Суд народа» существует уже более 30, а то и 40 лет. Все это работает на идею правового просвещения, повышение доверия к судам и просто внушает людям, что они должны научиться отстаивать свои права.

В месяц на почту программы приходят горы писем! Больше почты, наверное, приходит только на «Поле чудес». Между прочим, благодаря программе «Час суда» доверие к судам стало расти. Мы открыли бесплатную юридическую консультацию, которая существует уже несколько лет. Я рассказывал Дмитрию Медведеву, когда он еще был вице-премьером, что мы за полтора года дали около 70 000 консультаций. Там сидят юристы и по телефону отвечают на юридические вопросы. Проблема в том, что поступает в 10 раз больше звонков, чем они могут принять чисто физически… Тогда мы параллельно запустили серию недорогих книг «Кредит и ссуда», «Работник и работодатель», «Права потребителя». Там есть прикладные вещи — например, как составить договор кредита, как подать заявление, что такое анкета индивидуального заемщика-получателя. Это документы, которые вы нигде не найдете. А мы все собрали, систематизировали и поставили в книгу.

Мне близки слова Цицерона: «Обязанность юриста — просвещать собственный народ». Если есть возможность, расскажи, объясни, помоги, сделай так, чтобы люди тоже узнали о своих правах, свободах, чтобы поняли, как работает закон.

— И какой выход вы видите?

— Надо начинать с простого, как бы наивно это ни звучало. Мы выпустили серию книг «Детям о праве, или Право детям». Они написаны простым языком для ребенка от 6 до 16. Темы — «Я и семья», «Я и школа» и так далее. 50 иллюстраций в каждой книжке. Эта серия — идея, с которой я носился очень долго. Потому что я считаю: начинать правовое воспитание надо с рождения.

Сам себе писатель

— Помимо юридических книг вы написали немало художественных. Когда читаешь романы Астахова, поражаешься хлесткости и откровенности, с которыми они написаны!

— Спасибо. Но к читателю попадает «урезанный вариант».

— Почему?

— Когда издаешь книгу, в нее входит только то, что оставил литературный редактор. Это человек с ластиком, который все, что кажется ему ненужным, вымарывает.

— Редко сейчас встретишь такое произведение, в котором автор рассказывает о преисподней нашего шоу-бизнеса. Я о книге «Продюсер»…

— За последние годы я десятки раз сталкивался со звездами шоу-бизнеса, много людей из этого круга доверили мне свои секреты. Я эти откровения собрал и решил поделиться с публикой.

— Для чего?

— Чтобы ответить на один вопрос: «Почему мы дошли до такого состояния, что самый грязный бизнес — это шоу-бизнес?» Я занимался разделом наследственного имущества Юрия Шмильевича Айзеншписа. Грязь, кошмар! И вместе с тем это то, что нам интересно в шоу-бизнесе, потому что остальное — про фанеру и ворованные западные хиты — мы знаем.

— После выхода романов вам не звонят прототипы героев с нападками: «Зачем ты вытащил наружу всю правду?»

— Сталкивался с этим. После книги «Рейдер» мне позвонил Михаил Фридман. В произведении есть герой Марк Фридман — олигарх… Я не знал биографию Фридмана, но попал в точку. Он сказал, что книга ему понравилась, а потом сделал паузу и добавил: «Я правильно понимаю, это ведь образ собирательный?» — «Конечно, Михаил, это не вы. Не надо ставить знак равенства». И особенно этого не надо делать, говоря об авторе и главном герое!

— Про какого героя вы?

— Про Артема Павлова.

— Понимаю. Бесстрашный адвокат, за которым охотится целая бригада киллеров. В общем, супермен и явно альтер эго Павла Астахова?

— Мне уже надоели эти параллели. «Вот, Астахов себя написал таким-то»... Но я заявляю: Павлов — моя фантазия. Этот герой обладает чертами, которые я бы хотел иметь. Или, наоборот, не хотел бы… Но Артем Павлов — это не Павел Астахов. У него все так хорошо получается, ему все удается. Я ему иногда завидую.

Знает секрет и никому не говорит

— Но при взгляде на Павла Астахова тоже создается впечатление, что у него все хорошо идет…

— На самом деле, да. Я не знаю, почему это происходит. Банально было бы сказать, что это оттого, что я много работаю. Людям это слушать неинтересно. Интересно думать: он знает какую-то фишку, секрет и никому не говорит. Хотя мне тоже пришлось трудные моменты преодолеть в жизни.

— Например, какие?

— В 1991 году попал в странную ситуацию: у меня есть образование, которое не востребовано, есть профессия, которую непонятно, как применить. Я окончил Высшую школу КГБ, но как раз случился путч. Поэтому распределение отменили. Полкурса оказались без Родины, без страны, потому что у нас учились ребята из Прибалтики, из кавказских республик. Либо Родину меняй, либо профессию. В той ситуации я принял решение продолжить работать как юрист. Фактически нам давали даже не три, а четыре образования: первое — юридическая база, второе — специальное образование «разведка-контрразведка», третье — военное образование, четвертое — языковое. У меня есть диплом переводчика шведского языка. Выбирать было из чего… Но я понимал: выбирать нужно то, что пригодится в жизни. Выбрал юридическую профессию. Стал работать юристом. Через три года решил стать адвокатом. То есть опять-таки поменял профессию. Начал с нуля в адвокатуре.

Были в жизни ситуации, когда мне говорили: «Так, нужно быстренько решить вопрос. Эти деньги отдайте судье, прокурору». Я сразу отвечал: «До свидания, вы ошиблись дверью». Меня очень часто спрашивают студенты: «Как стать настоящим адвокатом?» Я отвечаю: «Надо быть трижды честным». Пришел клиент, рассказывает свою ситуацию — и вы должны честно ему сказать, что можно сделать, а что нельзя. Ни в коем случае нельзя его обманывать.

— А второй пункт? Перед кем еще нужно быть честным?

— Перед делом, которое взялся вести. Вы должны понимать: раз взяли его, должны честно по нему работать. Не просто быть статистом и ходить в суд для галочки, а работать, вгрызаться в каждую букву, в каждую запятую, какие бумаги собраны, какие доказательства можно еще собрать, представить и т. д.

— Ну, и третий долг?

— Быть честным перед самим собой. Я всегда рассказываю студентам, что адвокат — процессуальный участник, который имеет меньше всего прав. Прокурор может выносить постановления, определения. Судья принимает решение. Следователь даже может выносить постановления о возбуждении дела и о его прекращении. А что может адвокат? Только жаловаться и ходатайствовать — больше ничего.

— Павел, многие о вашей профессии говорят: как можно защищать убийцу и спать потом спокойно, отмазав или скостив срок этому отморозку?

— Если бы существовал рентгеновский аппарат, который показывал нутро человека, определял, преступник он или нет! Но такого не бывает. По закону защитник обязан поддерживать позицию своего клиента. Иначе подлежит дисквалификации. Когда убили отца Александра Меня, было арестовано несколько человек, в том числе Игорь Бушнев, которого судили и оправдали. В тот момент, когда обвиняемый в убийстве Меня сидел в Матросской тишине, там уже находилось 11 человек, которые написали чистосердечное признание в том, что виновны. Почему люди идут на самооговор? Это — «высокий класс» работы нашего следствия. Одно время тюрьмы и изоляторы были настолько переполнены, что люди там не могли ни сидеть, ни лежать. Только стояли. Я видел камеры в Бутырской тюрьме, которые по колено затоплены водой.

На четырех работах

— Сейчас вы — обеспеченный, успешный. Но ведь, наверное, так было не всегда?

— Откровенной бедности не было по одной простой причине. Даже будучи студентом, когда у меня уже была семья и дети, я умудрялся работать на четырех работах.

— Ого! И чем же занимались?

— Ну, что могут делать студенты? (Смеется.) Как правило, они работают дворниками. Я устроился у себя во дворе. Вставал в 5 утра, в 6.30 у меня был заплыв — я много лет занимался плаванием. Утром и вечером чистил снег или подметал. Потом «сторожевал». В выходные дни работал в видеосалоне — они тогда только появились в Москве. Мой был в «красном уголке» какого-то ЖЭКа в Лианозово. Моя задача была стоять кассиром, а по совместительству — вышибалой, на входе. Проработал два года. Там я насмотрелся всего — ножей, пистолетов, бейсбольных бит. Сами понимаете, кто приходит на последний сеанс в спальных районах. На четвертом курсе даже строил магазин на Ленинском проспекте. Тяжелая была работа — ломали подвалы, сносили стены… Но платили хорошо — 600 рублей в месяц. На круг, когда был студентом, у меня получалось до 1000–1500 рублей ежемесячно.

— Обычно детям-студентам помогают родители…

— Это не наша с женой история. Родители нам принципиально не помогали. Когда я познакомился со Светланой, она, будучи студенткой, работала ночной няней на пятидневке. Но я сказал, чтобы уходила с работы, и стал содержать семью.

«Сын уходил из дома…»

— Павел, у вас три сына. Говорят, мальчиков воспитывать трудно, особенно сейчас, в наш век свободы…

— Мы с женой ждали дочек, получились парни. Мальчиков воспитывать тяжело. Младший родился сразу с характером — когда он первый раз посмотрел на маму, она уже испугалась. В два с половиной года он собирал чемодан и уходил из дома. В 4 года знал, как быстро стать богатым.

— Продвинутый мальчик!

— Сын говорил: «Вы каждый день ходите в магазин. Это глупо. Надо пойти, купить магазин, все что нужно взять, а остальное продать дороже. И продукты, и деньги будут».

— Есть какая-то область, в которой дети вас обошли?

— Старший сын знает в 10 раз больше, чем я. Он просто поглощает книги. Прочитал всего Фрейда. Он очень восторженный, одухотворенный. Школу окончил с золотой медалью. У него очень широкий кругозор. Живет в Англии.

— Каков основной принцип воспитания, которого вы придерживаетесь?

— Общаюсь с детьми как с друзьями, на равных. Это — залог здоровых отношений между родителем и ребенком. Я стараюсь сыновей воспитывать так же, как мой отец меня. Сильно не бил, но наказывал до определенного возраста. А когда дети вырастают, бить их уже становится опасно — сдачи могут дать. (Смеется.)

«Мой ответ слепоте фемиды»

— У вас потрясающая коллекция линз. Как пришло в голову собирать именно их?

— В начале 90-х годов, уже будучи адвокатом, поехал работать в Испанию. Там купил несколько понравившихся линз. Потом стал обращать внимание на другие, и все это мне стало очень интересно. Так постепенно стала складываться коллекция. Потом дарить увеличительные стекла начали друзья. У меня есть коллега, с которым мы меняемся: я ему собираю открывашки по всему миру, а он мне линзы ищет. Но лупы — это большая редкость.

— Много есть коллекционеров, подобных вам?

— Только раз я видел подобного коллекционера в Ницце. Старенький француз, хозяин магазина «Оптика», выставил свою коллекцию на витрине. Она меня поразила… Я решил с ним познакомиться, расспросить о линзах. Но он был такой серьезный и неприступный. Сказал: «Уходи, я это всю жизнь собирал». Когда мне задавали вопрос, почему у меня возникло такая страсть к лупам, всегда отвечал словами журналиста, написавшего обо мне: «Увлечение Астахова увеличительными приборами — это всего лишь профессиональная реакция на слепоту Фемиды». Лучше не скажешь. (Смеется.) Если богиня правосудия должна быть слепой, то адвокат должен быть с линзой.

Наше досье

Павел Астахов родился в 1966 году в Москве. Доктор юридических наук. В 1994-м создал свою адвокатскую группу. Награжден знаком «Почетный адвокат России» и орденом «За верность адвокатскому долгу», лауреат высшей юридической премии «Фемида», национальной премии «Россиянин года».

В 2003 году стал ведущим телепрограммы «Час суда», с 2006-го — ведущий ток-шоу «Три угла с Павлом Астаховым», в 2009-м выпустил программу «Дело Астахова». В 2009-м же назначен на должность уполномоченного при президенте Российской Федерации по правам ребенка.

Преподает в Московском университете МВД России, создал и возглавил «Школу адвокатского мастерства Павла Астахова», заведует кафедрой гражданского процесса РГГУ.

Женат с 1987 года. Жена Светлана — директор по PR «Коллегии адвокатов Павла Астахова». Трое сыновей: Антон, Артем и Арсений.

Напечатать

Культура 17:01 / 07 Марта 2026 33926

«Как поверить, что ты уехала?»

Очень мартовские стихи

Ирина Смирнова

Труд

Владимир Сухов — легендарный калининградский поэт. С песнями на его стихи связаны лучшие минуты жизни многих моих знакомых и незнакомых. В первые дни весны предлагаю вспомнить его строки о женщинах, о любви....