В условиях специальной военной операции успехи на фронте теснейшим образом связаны с положением дел в тылу, то есть в отечественной экономике. Сегодня она испытывает сильнейшее санкционное давление и, чтобы новым вызовам противостоять, требуются совместные скоординированные усилия политических лидеров, флагманов производства и финансовых властей. Но вот как раз в последнем звене мы видим попытки продвигать решения, которые могут подорвать основу экономики в лице ее нефтегазовой отрасли.
Судите сами. Банк России, на который закон возложил обязанность укреплять национальную валюту, на самом деле ведет целенаправленную политику по ее ослаблению. Обесценение рубля и высокие процентные ставки оставляют реальное производство без кредитов и оборотных средств. Одновременно либералы Минфина постоянно повышают фискальную нагрузку на нефтяную отрасль, сосредоточив усилия на переломе «хребта» российской экономики.
Эксперты подсчитали: с 2020 по 2023 год более двадцати повышающих налоговую нагрузку изменений законодательства изъяли из отрасли более 1,5 триллиона рублей инвестиционных ресурсов. Да, флагманы отечественной индустрии по-прежнему остаются прибыльными и исправно перечисляют деньги в казну, но это результат жесткого менеджмента компаний и относительно благоприятной внешней конъюнктуры. Но последняя, как известно, периодически меняется, тем более в условиях возрастающего санкционного давления. А ресурсы добывающих компаний не беспредельны. По данным ФНС, уже в 2022 году налоговая нагрузка достигла 78% выручки нефтяных компаний. Что это, как не попытка резать курицу, несущую золотые яйца?
Добавим, что все познается в сравнении. Одновременно ФНС сообщает, что налоговая нагрузка производителей минеральных удобрений составляет 26%, угольных компаний и финансового сектора – 29%, электроэнергетики – 42%, металлургии и трубопроводных монополий – 46%, связи и интернета – 48%, добычи алмазов и драгметаллов – 49%. Даже в газовой отрасли налоговая нагрузка ниже, чем в нефтяной – 69%.
Пропагандируемый финансовыми властями принцип универсальности фискальной системы не работает только для нефтяников, только для них через НДПИ и НДД действует механизм изъятия дополнительных доходов. Все прочим разрешено получать и уводить за кордон сверхдоходы, о которых Минфин великодушно забывает.
Как пишет зампред комитета Госдумы, доктор экономических наук Михаил Делягин, «полет творческой мысли Минфина вышел на новый уровень: колоссальный рост доходов намечено получить в том числе за счет расчетных цен на нефть в целях налогообложения, в который будут включаться не только доходы нефтяников, но и предполагаемые расходы на ее транспортировку (которые точно не являются доходами нефтяной отрасли, но будут учитываться Минфином именно в этом качестве)».
Здесь стоит обратить внимание на возмутительную ситуацию. Сейчас цену нефти в целях налогообложения рассчитывает британская (!!) компания ARGUS, которая специализируется именно на этой потребности российского Минфина. При этом цену она определяет по цене российской нефти в портах, в которые она уже давно не поставляется, то есть цифры буквально берутся с потолка. В результате цена нефти для налогообложения определяется и альтернативными способами: на основе цены нефти в российских портах, увеличенной на оценочную стоимость несуществующего фрахта в Европу (куда танкерам с нашей нефтью вход заказан), либо цены смеси Brent со скидкой 20 долларов за баррель. При этом цена нефти устанавливается в долларах, даже если оплата осуществляется в «дружественных» валютах, что объективно заинтересовывает Минфин в дальнейшей девальвации рубля, увеличивающей номинальные доходы.
Возможность же применения единственно разумного из называемых Минфином способа оценки нефти – на основе цены Санкт-Петербургской биржи (не само применение, а только его возможность!) – перенесена на 2025 год. Использовать же для налогообложения реальные цены российской нефти на основных рынках сбыта (Индии и Китая) на основе котировок в Дубае Минфин, похоже, даже не предполагает. Он, насколько можно судить, намерен использовать вымышленные данные по поставкам, которые в реальности не осуществляются, что открывает широчайшие возможности для произвола – и, соответственно, организации новых топливных кризисов на внутрироссийском рынке. Напомним, что два месяца назад именно Минфинустроил рукотворный топливный кризис, просто сократив вдвое дотирование российских НПЗ. В любой нормальной экономике они являются центрами прибыли, но в России либералы сделали их убыточными еще налоговым маневром 2018 года, стимулирующим вывоз сырья в ущерб его переработке.
«Вишенкой на торте» является заложенное Минфином в бюджет на 2024-2026 годы исполнение западных санкций, запретивших российским нефтяникам продавать нефть дороже 60 долл./барр, - пишет Михаил Делягин. - Нефтяники научились санкции обходить, – но Минфин в рамках восстановленного «бюджетного правила» установил «цену отсечения», доходы от превышения которой должны не служить России, а замораживаться в фонде «национального благосостояния», именно в 60 долл./барр.».
Последние события свидетельствуют о том, что санкционное давление на Россию будет усиливаться и основной удар по-прежнему направлен против российской нефтянки. Этой осенью главной целью новых санкций открыто объявлено максимальное обременение для судов, перевозящих российскую нефть. Документами OFAC, в частности, предусматривается наряду с использованием открытых источников информации, «поощрение самоконтроля» в раскрытии информации и «использование платных информаторов» для выявления случаев обхода санкций.
Можно не сомневаться, что нефтяные компании и в этот раз найдут способ санкции обойти. Вопрос в том, какую при этом придется заплатить цену, все время ощущая за спиной финансовую пятую колонну. Которая спит и видит, как зарезать курочку, несущую золотые яйца в российскую казну.
