Москва никогда не была морским курортом, но теперь им становится. Еще недавно на всю столицу было два общедоступных бассейна, а теперь их 15. Круглогодичный комплекс с двумя бассейнами с раздвижной крышей действует рядом с метро «Воробьевы горы», пляжная зона с двумя бассейнами есть в Сокольниках, а с тремя бассейнами — на Северном речном вокзале. Еще пять общедоступных бассейнов запланированы в Нагатинской пойме, по одному — в парках «Ходынское поле», «Красная Пресня», «Сокольники», «Митино» и 50-летия Октября. Только с 2023 по 2025 год строители обещают ввести в эксплуатацию 16 бассейнов. Впору вспоминать, что Москва — порт пяти морей, и запеть «Не нужен нам берег турецкий»!
Теперь пришла пора обустраивать и морские побережья — благо они почти по всему пограничному периметру России. И вице-премьер Дмитрий Чернышенко уже заявил, что через семь лет в стране появятся пять круглогодичных морских курортов — на Черном, Каспийском, Балтийском, Азовском и Японском морях. Где большинство пляжей, не считая черноморских, преимущественно дикие. А Чернышенко говорит, что «ключевой показатель национального проекта по развитию туризма в 2021-2030 годах — количество внутренних туристических поездок, которое должно составить не менее 140 млн к 2030 году. И 10 млн, которые обеспечат новые морские курорты, станут серьезным вкладом в эту копилку». Названы конкретные адреса: приоритетными курортами могут стать Каспийский прибрежный кластер (Дагестан), Новая Анапа и Абрау-Дюрсо, Крым («Золотые пески России» и Саки), Приморский край (Владивосток, Хасанский район) и Калининград («Русская Балтика»).
Семь лет — это не так много. Но, к примеру, Турция, чьи берега так полюбились россиянам (больше 5 млн наших туристов в год), всего за 10 лет застроила отелями чуть ли не все морское побережье, а в Стамбуле удвоила количество отелей — с 373 в 2010-м до 721 в 2021-м. Результат: за 2022 год Турцию посетили 44,56 млн иностранных туристов, причем большинство приезжали в зимние месяцы, то есть не за жарким турецким солнцем. Большинство отдыхающих плавают там не в морях, а в бассейнах. А годовые доходы страны от турбизнеса уже превысили 46 млрд долларов, а в ближайших планах значатся уже 100 млрд.
Россия о таком пока и не мечтает. К примеру, очень похожий по природным условиям Каспийский прибрежный кластер (Дагестан) долгое время вообще не воспринимался как место для туризма. Не было инфраструктуры, мешали стереотипы о «грозном горском народе». Хотя природа тут о многом позаботилась: широкая песчаная полоса, теплое море с плавным заходом в воду и пляжный сезон, длящийся с июня до конца сентября. И даже в мае можно отлично позагорать и окунуться в море. Причем дагестанцам льстит, что к ним приезжают туристы, и на побережье девушка в обычном купальнике никого не смутит. Хотя исламские устои в республике сильны — местные сидят на песке в одежде, и лишь дети и парни-подростки носятся по пляжу в плавках.
В итоге территорию стал осваивать лишь небогатый местный бизнес — сейчас побережье застроено мини-отелями на 20-30 мест, много частных домов. Хотя постепенно республика стала популярным направлением с годовым приростом туристов в 25-30%. Однако и нынче власти здесь планируют пока лишь сооружение одного современного комплекса площадью 200 гектаров с отелями на 30 тысяч номеров. «Сейчас дефицит мест в пляжной зоне, требуется еще минимум 7-8 тысяч номеров для того, чтобы все туристы могли без проблем заселиться и отдохнуть», — считает эксперт Сергей Ромашкин.
Скромность, конечно, украшает, но не в перспективном бизнесе. Известно, что турецкие курортные берега застраивались комплексно большими массивами — получилось и дешевле, и уютнее для туристов. А в Дагестане первый комплекс рассчитывают соорудить за два-три года, потом, видимо, приступят ко второму, третьему. В результате отдыхающим предложат «вечную жизнь на стройке».
Кстати, капитально перестроенный к Олимпиаде-2014 Сочи в прошлом году принял 7,2 млн туристов — это максимальное количество за последнее столетие.
Дагестану, конечно, до сочинских цифр далеко. Но почему бы не посоревноваться с турецкой Антальей, которую турки считают «курортной жемчужиной» страны? Ведь до конца 1980-х здесь не было ничего, кроме небольшого рыболовецкого порта. Но в 1982 году в Турции был принят закон «О поощрении туризма», по которому Министерство культуры и туризма страны получило фактически чрезвычайные полномочия. Оно стало определять приоритетные для развития туризма территории, имело право национализировать земли с существующими отелями «не того» качества, могло заказывать строительство дорог, а также кредитовать застройщиков и отельеров напрямую через свой «туристический» банк.
А бизнес, готовый вкладываться в со-здание инфраструктуры, получил беспрецедентные льготы: землю передавали в аренду бесплатно на 49 лет, кредитовали под самый низкий процент, владельцев на несколько лет освобождали от налогов и пошлин, для отелей установили льготные тарифы на воду, газ, электричество. Взамен власть установила строгий контроль за качеством сервиса: за нарушения следовали драконовские штрафы. То есть основными достоинствами стали не солнце и море, а чистота, уют, отличная кухня, вышколенный персонал. И так по всей Турции. Результат: в 1980 году в страну приехали 1,2 млн туристов, в 2019-м — 51,7 млн, а в нынешнем году турки надеются принять более 75 млн.
Этот пример наглядно показывает, что России тоже нужно начинать «с головы» — с создания условий наибольшего благоприятствования для инвесторов в тех регионах, где государство решило развивать туризм. Причем зафиксировать правила игры на длительную перспективу. Тем более первичные предпосылки имеются в виде национального проекта по развитию туризма в 2021-2030 годах. Владимир Путин призывает к возрождению курортной зоны на дагестанском побережье Каспийского моря, напоминая, что там еще есть и термальные источники, и лечебные грязи с уникальными свойствами...
Да в каждом месте при желании и без помех туристический бизнес может найти и показать нечто особенное, способное привлечь любознательный и просто любопытствующий народ. На Камчатке это, конечно, горы, вулканы и гейзеры, на Байкале — чистейшая вода и окружающая природа, а в крошечном городке Мышкине (5,5 тысячи жителей) на берегу Волги в Ярославской области — само название и коллекция мышей в единственном в мире Музее мыши. А также сохранившийся дух русской провинции. Причем все это найдено и сохранено, а еще чаще придумано и собственноручно создано усилиями местных энтузиастов.
Кстати
В Красноярске местная власть задумала заинтересовать туристов из Новосибирска, Екатеринбурга, Хабаровска, Тюмени и Барнаула, для чего привлекла на помощь Антона Павловича Чехова, охарактеризовавшего в своих письмах город как «красивый и интеллигентный», а также признавшего, что «не видел реки великолепнее Енисея». И в рекламной кампании, проведенной в пяти городах в разных форматах, представили ключевые достопримечательности Красноярска: национальный парк «Столбы», остров Татышев, где главные хозяева — суслики, горнолыжный курорт в черте города, парк флоры и фауны «Роев ручей», музей-усадьбу художника Сурикова: После чего — можете считать это чудом! — поток приезжих в Красноярском крае за год возрос на 50%. Что еще раз доказало: мы плохо знаем свою страну, в которой столько всего интересного, познавательного и полезного.
