Новая сеть фастфуда, которую бизнесмен Александр Говор в эти дни перезапускает на базе перешедших ему ресторанов американской McDonald’s, может оказаться куда менее популярной и потерять немалую часть посетителей, привыкших к традиционному «Макдоналдсу». Хотя рестораны и супермаркеты при любом кризисе страдают в последнюю очередь. Но такой негативный прогноз сделал известный московский бизнесмен Араз Агаларов — владелец комплекса «Крокус Сити Молл», сети гипермаркетов «Твой дом», ресторанов японской кухни NOBU и многих других успешных бизнесов. В общем, человек компетентный.
Его сомнения в успехе возрождения популярнейшей в России сети заведений быстрого питания (850 ресторанов с годовой посещаемостью каждого 850 тысяч) базируются на том, что «Макдоналдс» для многих — часть образа жизни. «Я сам жил в Америке какое-то время, и если выбирал фастфуд, то шел в «Макдоналдс». Если его нет, я не хочу бургер», — говорит Агаларов.
Прежняя сеть с новым именем «Вкусно — и точка», чтобы стать успешной, должна убедить посетителя в адекватности замены — меню, качество еды, цены, атмосфера: Пока не получается: липецкая картошка не похрустывает, как прежняя польская, рыбному бургеру не хватает соленого огурца и зелени, а бумажной упаковке — прежней раскраски. Зато цены выросли на четверть, несмотря на укрепление рубля. Похоже, новые хозяева пожадничали.
Однако сам эксперимент русификации с возрождением крупнейшей иностранной сети заслуживает пристального внимания. Поскольку нынче вся наша страна стала территорией эксперимента в самых разных областях человеческого бытия: торговли, ресторанного и бытового обслуживания, туризма и отдыха, индустрии красоты и развлечений. Еще вчера «было все», а что из этого останется завтра, послезавтра, через год?
По данным исследования ВШЭ, в розничной торговле непродовольственными товарами повседневного спроса доля импорта у нас составляла до 75% (без учета автомобилей и топлива). Торговля детскими играми и игрушками — на 90% из-за кордона, одежда и обувь — от 80%, спорттовары — 48%, бытовая химия и косметика — 57%, импортная доля товаров для дома еще выше.
Правда, основными продуктами питания страна себя пока обеспечивает: до 80% позиций российской продовольственной корзины выпускают отечественные компании, за исключением экзотических фруктов и овощей, кофе и чая, морепродуктов, алкоголя и оливкового масла. Но даже продовольствие, произведенное в нашей стране российскими компаниями, далеко не всегда можно считать российским. Немалая часть сельхозтехники, посадочный материал (семена, саженцы), инкубационные яйца, корма и ветпрепараты, как правило, закупаются за рубежом.
Кино в наших кинотеатрах крутили в основном зарубежное. По прогнозам, из-за нехватки репертуара в ближайшее время в стране может закрыться половина кинозалов.
Львиная доля нынешних потерь — результат отказа от поставок продукции примерно 30 тысяч зарубежных компаний. Но более 5 тысяч иностранных фирм работают в самой России, из них около половины уже закрылись (как «Макдоналдс») или объявили о грядущем уходе. Как подсчитал Центр стратегических разработок (ЦСР), всего в иностранном бизнесе или смежных областях в России в декабре 2021 года было занято до 8 млн человек. В компаниях, которые ныне уже приостановили деятельность или полностью ушли из страны, трудились 350 тысяч. А полная «реновация» «Макдоналдса» должна вернуть работу более 47 тысячам россиян.
А вот для шведской ИКЕА покупателя пока не нашлось. Хотя компания со своими четырьмя фабриками в Ленинградской, Кировской и Новгородской областях и двумя десятками партнеров занимает 20% российского рынка мебели. Сообщалось, что в магазинах, на складах и предприятиях работали около 15 тысяч человек. Увольняемым гарантировали выплату зарплаты до сентября.
Но конкуренты оценили другое: ИКЕА оставила на мебельном рынке пустующую нишу в 123 млрд рублей в год — столько денег оставляли клиенты в ее магазинах. Теперь эта цифра быстро подрастает: последователи и перекупщики подняли цены на продукцию почти мгновенно минимум на 30%. Покупатели, видимо, не сразу заметили, что им предлагают «почти ИКЕА, но не совсем» — и раскупили. СМИ отмечают: два десятка лет назад ИКЕА принесла на наш мебельный рынок культуру производства, бережливость, стандарты качества и стабильность. А унесла низкие цены.
А пока «Ромир» сообщил о растущих расходах россиян. Траты в магазинах за июньскую неделю выросли на 3,8%, стоимость разовой покупки — с 656 до 672 рублей. Аналитики обращают внимание: за тот же товар приходится платить дороже. Это в том числе результат ухода с рынка за три последних месяца целого ряда зарубежных товаров, начиная с автомобилей (падение продаж на 83,5%), некоторых видов электроники и сложной бытовой техники, косметики и парфюмерии, одежды и обуви, кормов для животных и т. д. Жаловаться некуда.
Власть заверяет: делаем что можем. Месяц назад премьер Михаил Мишустин подписал постановление о запуске в стране специальной программы льготного кредитования закупок приоритетной импортной продукции: не более 30% ключевой ставки ЦБ плюс 3%. Это немногим больше 7%, уточнил Мишустин. Сейчас ставка рефинансирования уже меньше 10%. В перечень приоритетной импортной продукции включены продовольственные товары, лекарства, фармацевтическая продукция, транспортные средства, строительные матер алы, станки, сельхозмашины, электроника — в общем, все, что импортерам удастся «выбить» у власти. Дело, конечно, хорошее: поможет предприятиям наладить поставки товаров и ресурсов. Но в неменьшей помощи нуждаются не импортеры зарубежного дефицита, а его российские изготовители (если таковые найдутся).
Недавно химики Томского госуниверситета сообщили о разработке технологии производства тетраацетилгликолурила (ТАГУ), который входит в основу многих моющих средств. Синтез вещества, не уступающего, а в чем-то и превосходящего зарубежные аналоги, позволит заменить ушедшую с российского рынка импортную бытовую химию. Ученые готовы передать технологию производственникам, но у тех нет денег для создания хотя бы опытной установки, которая, возможно, стала бы родоначальником отечественного Procter&Gamble.
А минувшей весной из России сбежали не только западные производители бытовой химии, но и многие гранды парфюмерно-косметической промышленности. Доля российских компаний в этом производстве составляет 0,3% на мировом рынке и 30% — на отечественном. И это если закрыть глаза на то, что в прошлом году отечественная косметическая промышленность, вполне современная и по технологиям, и по оборудованию, более чем на 90% работала на импортном сырье. Вывод: в ближайшее время страну наводнит контрафакт, азиатские подделки. И это надолго, если не решать сырьевую проблему, создавая в сельском хозяйстве и большой нефтехимии «малотоннажную химию» для косметики и фармацевтики. Что тоже требует немалых вложений.
Между прочим, Россия в мировом рейтинге стран — потребителей парфюмерно-косметической продукции занимает вполне достойное 11-е место. И потенциал отечественных производителей огромен. Неужели отдадим этот рынок и отрасль «теневикам»?
В Тихвине Ленинградской области, где ИКЕА остановила мебельную фабрику, оставив без работы 1057 местных жителей, почти одновременно остановился Тихвинский вагоностроительный завод, крупнейший производитель грузовых вагонов (до 22 тысяч в год): 7 тысяч сотрудников в отпусках и в простое — нет кассетных подшипников, а без них вагон не поедет. Поставщик, американская компания Timken, ушла с российского рынка. Как и другой производитель — шведская компания SKF. Наша потребность в таких подшипниках до 2025 года — более 750 тысяч. Выход ищем в Китае.
Почему? Ведь подшипниковые заводы в России тоже имеются. Правда, уровень локализации кассетных подшипников не превышает 40%, бюджету «выправление ситуации» обойдется в 300 млрд рублей. Деньги немалые, но и продукция нужная. К тому же за первые пять месяцев 2022 года профицит федерального бюджета составил 1,5 трлн рублей. Может, пустить часть этих денег на финансирование приоритетного импортозамещения?
А в это время
За три месяца в России закрылись 6,5 тысячи кафе, ресторанов и пивных баров. Зато зафиксирован рост потребления водки. Эксперты отмечают: кризисы всегда оборачиваются всплеском алкоголизма. Есть связь и между сокращением числа баров, прежде всего пивных, и ростом магазинных продаж водки. Из баров начали исчезать западное спиртное и импортное пиво, создававшие ауру, отличную от советских «рюмочных». Одновременно серьезно растут цены на пиво. В результате желающие расслабиться перебираются в квартиры и переходят на водку...
