Театр Антона Чехова объявил о своем закрытии. Его директор Ирина Григорьева сообщила: на счету лишь 100 тысяч рублей, висят огромные долги по аренде залов и складов для декораций. 19–20 декабря пройдут последние спектакли, на которые зрители купили билеты еще весной. А дальше — банкротство.
А ведь Театр Антона Чехова появился на свет 30 лет назад и стал первым частным театром в современной России. У него никогда не было своей труппы, зато в спектаклях с радостью работали истинные звезды: Геннадий Хазанов, Федор Добронравов, Инна Чурикова, Чулпан Хаматова, Вера Глаголева, Людмила Гурченко, Ольга Волкова... Есть здесь и постановки-долгожители: «Ужину с дураком» в этом году исполнилось 22 года. Театр вместе со страной переживал экономические кризисы, исправно платил налоги — и ни разу не попросил у государства ни копейки. Так бы, наверное, все и продолжалось, если б не пандемия, принесшая сначала локдаун, а потом 25-процентное заполнение зала, что для негосударственных театров, существующих лишь за счет проданных билетов, убийственно.
С просьбой поддержать независимые коллективы к властям еще в апреле обращался председатель Союза театральных деятелей Александр Калягин. В июле Минкультуры предложило создать их реестр. К концу октября список из 366 институций, в которых работают 5,5 тысячи человек, был сформирован. Их постановки и фестивали поддержат грантами, включат в федеральную программу «Большие гастроли» — но все это с 2021 года. Беда в том, что до реализации прекрасных планов многие частные театры могут не дожить.
Из-за того, что частные коллективы все расходы (да хоть на ту же аренду помещений — своих зданий у них, как правило, нет) покрывают сами, билеты на их спектакли обычно недешевы, а для обедневшего зрителя это критично. Под ударом оказывается главный источник доходов — касса. К тому же в любой момент может случиться отмена спектакля из-за очередных противоковидных мер или болезни актера.
Будем справедливы — некоторые государственные театры в этот сложный период резко снизили для своих независимых коллег арендную плату. Так поступил, например, «Театриум на Серпуховке» по отношению к «Независимому театральному проекту» Эльшана Мамедова. Но нельзя сказать, что подобную профессиональную солидарность готовы проявить все.
Кто-то возразит: да у нас и государственных театров хватает, чего о частных жалеть? А вот чего: во-первых, в их лице государство теряет исправных налогоплательщиков, на деньги которых, между прочим, поддерживаются и гостеатры. Во-вторых, сильно потускнеет театральная палитра. Взять хотя бы целиком основанную на зрительском голосовании премию «Звезда театрала», которая недавно подвела итоги года. На приз за лучшую мужскую роль был номинирован Иван Добронравов, сыгравший Глумова в спектакле Театра Антона Чехова «На посадку». Победил же в этой номинации Тимофей Трибунцев со своей ролью Годунова в спектакле «Борис» Дмитрия Крымова, спродюсированном еще одной негосударственной институцией — агентством «Арт-партнер ХХI век» Леонида Робермана. Кстати, «Бориса» высоко оценили и профессионалы — на «Золотой маске» он представлен аж в пяти номинациях.
Ну, а «лучшим региональным» по итогам «Звезды театрала» стал частный екатеринбургский «Коляда-театр». Чей создатель Николай Коляда, кстати, летом тоже объявлял о возможном роспуске труппы. Коллектив выстоял, не в последнюю очередь потому, что руководитель не стесняясь попросил всех неравнодушных людей помочь деньгами на зарплату актерам. А потом благодарил в соцсетях тех, кто присылал свои «кровные» — как людей известных (например, того же Калягина, худрука «Геликон-оперы» Дмитрия Бертмана, ректора ГИТИСа Григория Заславского), так и не очень.
Увы, не у всех независимых театров такие громкие голоса. Хотя известно: в драме не обязательно главная сцена — самая громкая. Но ее-то из-за тугоухости государства мы можем и не расслышать.
