На основе этого документа РБК опубликовал статью «Аудиторы объяснили снижение доли нефтегазовых доходов бюджета». От одного названия впору хвататься за голову и кричать караул, потому, как всем известно, что именно нефтегазовая отрасль все последние десятилетия наполняла российскую казну. На самом деле для волнения нет причин. Просто посредством манипуляций с цифрами статистических отчетов рост поступлений нефтяных налогов можно представить как падение.
Как именно это делается, наглядно показал доцент Финансового университета при правительстве РФ Леонид Крутаков в газете «Ведомости». Итак, послушаем доводы эксперта.
По прочтении статьи в РБК понимаешь: тут ничего не объясняют, а только запутывают. Не понятно только, кто больше путает: аудиторы, составившие доклад, или комментаторы. И второй вопрос: сознательно тема запутывается или из-за непрофессионализма.
Приведу два базовых (ключевых) аргумента, а потом пройдемся по деталям. Первый (главный) аргумент: никакого снижения поступления в бюджет нефтегазовых доходов нет. Наоборот – идет рост взимания налогов с нефтяной отрасли России. Не нефтегазовой, а именно нефтяной. Об этом будет второй аргумент (ниже).
По данным Оперативного доклада Счетной палаты, на котором выстроен материал РБК, цена нефти сорта Urals снизилась с $82,9/барр. (декабрь 2021 г. – август 2022 г.) до $55,9/барр. (декабрь 2022 г. – август 2023 г.). Иными словами, падение составило 32,6%. Теперь – внимание. По данным самого Минфина, за это самое время объем доходов бюджета (правильнее говорить об объеме изъятий из отрасли) по НДПИ на нефть и газовый конденсат сократился почти с 7,2 трлн до 5,4 трлн руб. или на 25,6%. Если разделить нефть и газ, то картина и вовсе иная.
По данным Минфина, объем собранного НДПИ за январь–октябрь 2023 г. по нефти составляет 5,99 трлн руб. План по году составляет 6,948 трлн руб. Ожидаемые (исходя из динамики) поступления по году должны составить 7,903 трлн руб. или 114% от плана. По газу объем НДПИ за тот же период составил 979 млрд руб. при планируемом годовом поступлении 1,246 трлн руб. Ожидаемые поступления по году 1,189 трлн руб. или 95% от плана.
Здесь важно понимать, что НДПИ напрямую зависит от мировой цены на нефть – в отличие, например, от НДД, где эта связь косвенная, зависит в том числе от издержек и затрат. Таким образом, нагрузка на нефтяную отрасль выросла, но не в абсолютном (абстрактном) показателе, как любит считать наш Минфин, Счетная палата и, видимо, те, кто об этом пишут. А в реальном исчислении роста налогов на единицу произведенной продукции.
А еще здесь важно понимать, когда глава Минфина отчитывается о героических усилиях по наполнению бюджета, он подразумевает усилия реальных производителей добавленной стоимости. Сотрудники Минфина не рубят уголь в шахтах и не бурят скважины на нефть или газ в условиях Крайнего Севера при минус 40 градусах. Героизм сотрудников Минфина проявляется в замене цифр в разных графах своих планов и отчетностей.
Теперь про нефтегаз подробнее. Это тоже важно, потому что Минфин, смешивая две отрасли воедино, аргументирует необходимость роста налоговой нагрузки на обе отрасли, но в реальности поднимает ее только для нефти.
По данным Минфина, общий (включая НДПИ, пошлины на нефть и нефтепродукты, НДД и акциз с демпфером) сбор налогов по нефтяной отрасли за период с января по октябрь 2023 года составил 5,456 трлн руб. По газу – 1,755 трлн руб. План по году в нефти составляет 6,238 трлн руб., а по газу – 3,251 трлн руб. Исполнение плана ожидается (тем же Минфином) по нефти на уровне 6,642 трлн руб. (106%), по газу – 2,158 трлн руб. (66%).
Даже по НДД, который назван одной из причин падения «нефтегазовых» бюджетных сборов, согласно докладу Счетной палаты в изложении РБК, за январь-октябрь собрано 1,297 трлн руб. при годовом плане в 1,082 трлн руб. То есть за 10 месяцев прирост к годовому плану составил уже 120%.
Почему Минфин, а за ним и Счетная палата, продолжают смешивать нефть и газ в нефтегаз? Ответов может быть несколько. Например, чтобы прикрыть провалы «Газпрома». Или чтобы с помощью провалов «Газпрома», занизить псевдостатистику по нефтяной отрасли и выбить в правительстве и Думе повышение нагрузки опять-таки на нефтяную отрасль.
Минфин (да и Счетная палата в своем докладе), конечно, использует другой аргумент для смешивания – углеводороды. Но уголь, например, – это тоже ископаемое топливо. Почему тогда угольную отрасль, где налоговая нагрузка в 2,7 раза ниже, чем в нефтяной отрасли (29 и 78%, соответственно), не смешивают с нефтегазом? Кстати, отличная идея для Минфина. Еще ниже «общие» поступления в бюджет – еще больше аргументов в пользу роста налоговой нагрузки на нефтяников. В газовой отрасли налоговая нагрузка тоже ниже – 69%.
Материалы на основе доклада Счетной палаты отечественные СМИ разнесли по просторам интернета и медийного пространства, как по команде. Понятное дело, сенсация: нефтегазовые доходы федерального бюджета упали до минимума за 16 лет, составив 28,3% всех поступлений, сокращение достигло почти 15 процентных пунктов (п.п.) по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.
Тут начинается сплошная казуистика (бардак в головах). Мало кто понимает, что речь в «сенсации» идет не об общем падении на 15% сборов с нефтянки, а о процентах по отношению к прошлогодним процентам к общей доле поступления налогов в бюджет. Про рухнувшую на 32,6% цену нефти Urals при этом отмечала и сама Счетная палата.
Мало того, под нефтегазовыми доходами бюджета Минфин (и Счетная палата) подразумевают не все налоговые сборы с нефтегазовых компаний, а только те налоги, которые прямо зависят от цены нефти. Иными словами, есть еще и другие налоги, которые Минфин сознательно не включает в свои выкладки, а записывает их в ненефтегазовые поступления. Эти налоги увеличивают общую нагрузку на нефтяную отрасль с 78 до 90%.
Если в общей отчетности учесть обратный акциз на нефтяное сырье, который с января по сентябрь составил 1,98 трлн руб. (эта сумма идет демпферным возвратом нефтяникам и учитывается как минус в отчетности Минфина), то нет и не будет никакого 16-летнего рекорда падения доходов. Рекордным было падение во второй половине 2020 г. Об этом в материале РБК прямо говорит директор группы суверенных и региональных рейтингов АКРА Дмитрий Куликов, но кто его слушает, когда тут такой коллапс.
В кабинетах Минфина должны аплодировать безграмотности отечественной публики (не в обиду журналистам, аудиторам Счетной палаты, сотрудникам Минфина и депутатам Госдумы). Цель достигается с неизменным постоянством. Рост нагрузки на нефтяной сектор (под видом нефтегазового) продолжается.
Согласно текущему проекту федерального бюджета (принят Госдумой в трех чтениях), нефтегазовые доходы бюджета в 2024 г. должны вырасти до 11,5 трлн руб., что на 30% или на 2,6 трлн руб. выше ожидаемых нефтегазовых доходов за 2023 г. При этом, по расчетам самого Минфина, более 1,3 трлн руб. из общей суммы прироста связано не с ростом добычи, цен или рентабельности, а с изменением налогового законодательства. И более 70% прироста придется именно на нефтяную отрасль страны.
Ну, что тут скажешь? Браво!
