Автору премьерного «Дяди Вани» в Театре им. Маяковского режиссеру Юрию Иоффе, ученику Бориса Равенских и Андрея Гончарова, это удалось. Спектакль, в котором пульсируют, мучительно бьются и не находят выхода неразделенная любовь и неудовлетворенность жизнью, получился нежным, полным чеховских полутонов и, несмотря ни на что, очень светлым.
Это радует тем более, что в стенах знаменитого московского театра с богатой историей пьеса «Дядя Ваня» появилась впервые, хотя легендарный худрук Андрей Гончаров в конце ХХ века и задумывался о ее постановке. В спектакле с первого взгляда завораживает красота декорации художницы Анастасии Глебовой. Жилое помещение с деревянной мебелью ровно посередине вертикалью разрезает изящная винтовая лестница со стеклянным куполом наверху. Кажется, она ведет прямо в небо, и это будоражит воображение. Драмы обитателей усадьбы словно возвышаются до вселенского масштаба.
Верхняя площадка лестницы – место капризного деспота Серебрякова (Евгений Парамонов): отсюда он величественно и слегка брезгливо взирает на дом, который держит в страхе. Интересно, что в его исполнении звучит единственное стихотворение Чехова – басня, написанная им в 1887 году в альбом 12-летней Саше Киселевой, дочери владельцев имения Бабкино, у которых гостил писатель. Последние строчки назидательны: «Кто зайцев хочет кушать,/ Тот ежедневно, встав от сна,/ Папашу должен слушать».
Домашний тиран Серебряков заедает жизнь собственной дочери и молоденькой жены, – печальная семейная история, каких много. Роковой красавице Елене (играющая ее Анастасия Мишина чем-то напоминает молодую Проклову) – сочувствуешь больше всего. Это на вид она холодная томная русалка, а кровь у нее самая горячая. Женщина страдает от капризов мужа и пылает страстью к Астрову (Дмитрий Гарнов), но часто напускает на себя равнодушный вид, понимая, что и у него, и у дяди Вани к ней лишь плотское влечение, а до ее чувств никому нет дела. Поэтому Елена так радуется, когда удается наладить контакт с падчерицей Соней. В конце первого акта обе испытывают невероятный душевный подъем, устроив бунт против Серебрякова: требуемую им тишину они взрывают игрой на пианино и бесшабашным исполнением романса «Окрасился месяц багрянцем» со словами «Поедем, красотка, кататься»! И такое томление, желание любви и свободы делать все, о чем просит сердце, звучит в их молодых голосах! Юная Соня (Анастасия Дьячук) во время пения еще и вскакивает с ногами на стул. По-человечески она привлекательнее всех, детская доверчивость совмещается в героине с жертвенностью и умением любить. А какой уютной благодаря этой девушке кажется усадьба в начале действия, когда Соня приносит доктору еду, и доверительно сообщает: «Я люблю по ночам закусывать»! К двоим, делящим в тишине поздний ужин, невольно хочется присоединиться, и тоже жить в этом доме на лоне природы: чеховский мир становится понятным и близким. Особую интимность действию добавляет и камерность Малой сцены, на которой идет спектакль.
Вообще, в эмоциональной, психологически тонкой постановке -- много любви между родными по духу людьми -- симпатичными обитателям усадьбы. Дяде Ване и его племяннице, старой няньке Марине (Татьяна Рогозина), добрейшему трогательному приживале Вафле (прекрасная роль Дмитрия Прокофьева), а вместе с ними и Астрову явно доставляет удовольствие общество друг друга.
Войницкий (Алексей Дякин) здесь смешной и взъерошенный мечтатель. Его жаль. Две женщины – Соня и Елена в спектакле выше и чище мужчин. Жена профессора, покидая усадьбу, наконец даст волю чувствам и целует Астрова без счета понимает: это прощание – навсегда. Все, кроме нее, в финале теряют иллюзии, но все-таки концовка умиротворяет и внушает надежду. Когда главные герои скроются со сцены, Вафля и нянька Марина порадуются отъезду Серебрякова, смакуя домашнюю лапшу, от которой из супницы поднимается аппетитный пар. Пожилые и много пережившие, они давно поняли: для счастья нужно не небо в алмазах, а домашний уют и присутствие рядом людей, которые тебя понимают.
