Любопытные подробности серьезных медицинских проблем, возникающих у астронавтов на околоземной орбите, появились недавно в ряде научных статей, опубликованных за рубежом. Подобные исследования проводятся и в России, но открытых публикаций немного. Тем интереснее познакомиться с опытом американцев.
Кто бы мог подумать, что астронавты, эти исключительно здоровые, крепкие люди, в космосе сидят на таблетках? Но это именно так. Медикаменты, как сообщает интернет-журнал npj Microgravity, используют 75-80% астронавтов, работающих на Международной космической станции (МКС). Примерно такая же статистика была и при полетах экипажей на шаттлах в 1980-1990-х.
А вот данные исследования использования препаратов на орбите шестью членами экипажей в ходе 5-6-месячных полетов на МКС в 2017 году. Лишь одному из этой шестерки не потребовались таблетки. Зато пятеро других астронавтов использовали 453 дозы — в среднем по четыре на одного члена экипажа в неделю. При таких темпах в бортовой аптечке на американском сегменте должен быть солидный годовой запас — как минимум свыше 1 тысячи лекарственных доз. В более ранних экспедициях 20 астронавтов из 23 летавших тоже не обходились без лекарств.
Итак, с какими недугами сталкиваются люди в космическом полете? Болячек на орбите появляется много. Например, ухудшение зрения, вызванное отеком диска зрительного нерва, уплощением глазного яблока. Послеполетная анкета, на которую ответили 300 человек (всего летали 348 астронавтов), показала, что явление носит массовый характер: острота ближнего и дальнего зрения ухудшилась у каждого четвертого астронавта в коротких полетах и у 60% участников длительных миссий.
Нередки случаи аритмии, конъюнктивита, запоров, сыпи на коже. А еще боли в мышцах и суставах из-за ушибов и растяжений, травмы, аллергические реакции, вздутие живота, метеоризм. Из-за сквозняков порой возникают миозиты (воспаление мышц). Наконец, у многих звездоплавателей возникают постоянные проблемы со сном. Две трети астронавтов, как показали исследования, регулярно принимали снотворное. Эти таблетки они используют на орбите в 10 раз чаще, чем на Земле. Кстати, в космосе их эффективность снижается, и в 17-19% случаев астронавтам приходилось принимать ночью вторую дозу снотворного.
В орбитальном полете резко снижается иммунитет, человек уязвим для вирусов и бактерий. Активизируются «спящие» микроорганизмы. В половине исследованных образцов слюны или мочи, доставленных с МКС, обнаружено существенно больше вирусов герпеса, чем до полета или после приземления.
Бортовые медицинские укладки на американском и российском сегментах составляют как бы единое целое: если у кого-то нет нужного препарата, необходимо обратиться к соседям, и отказа не будет. Большинство лекарств на МКС не используются, они доставлены на всякий случай. Но десятки медикаментов востребованны. Вот только небольшая часть препаратов, которые принимали астронавты: оксиметазолин, золпидем, залеплон, флуразепам, аспирин, прометазин, темазепам, псевдоэфедрин, симетикон, бисакодил, декстроамфетамин, фенилэфрин, ибупрофен...
Отдельного разговора заслуживает опасность, обнаруженная учеными в прошлом году. Невероятная вещь: в невесомости кровь звездоплавателей в верхней части тела может вдруг изменить направление и двигаться по вене: в обратную сторону. Возможен и застой. Самое страшное при этом — появление тромба. Удивительно, но столь важное открытие сделано спустя 58 лет после начала пилотируемых космических полетов.
В реализации этого международного исследования приняли участие 11 астронавтов и космонавтов — девять мужчин и две женщины, работавшие на МКС в среднем по полгода. Средний возраст — 47 лет, все с нормальным индексом массы тела. Обследования каждого из 11 звездоплавателей проводились несколько раз: перед стартом, во время работы в космосе на 50-й и 150-й день орбитального полета, а также на 40-й день после приземления. В общей сложности исследование заняло два года.
Вместе с американскими учеными активно работала ведущий специалист Института медико-биологических проблем РАН, руководитель группы медицинского обеспечения в подмосковном Центре управления полетами, врач высшей категории Ирина Алферова.
Научное открытие, о котором впервые сообщил журнал JAMA Network Open, вызвало большой интерес и не меньшую тревогу. Все началось после жалоб астронавтов на ухудшение зрения в космосе. Поиск причин ученые повели по разным направлениям. Было решено тщательно изучить особенности мозгового кровообращения в невесомости. В фокусе внимания оказались внутренние яремные вены — крупные сосуды, по которым циркулирующая кровь отводится от головы, шеи. Измерения и ультразвуковое сканирование привели к сенсационным результатам. Из 11 астронавтов и космонавтов, участвовавших в эксперименте, у семерых зафиксированы тревожные отклонения — застойный или обратный кровоток в левой внутренней яремной вене. У одного звездоплавателя, который уже вернулся на Землю, нашли в вене сгусток крови. Еще хуже обстояли дела у члена экипажа, находившегося на борту МКС, — у него образовался тромб. Шоковая ситуация, грозящая летальным исходом! Медики назначили прием антикоагулянтов для лечения венозного тромбоза и постоянно наблюдали за пациентом:
В упоминавшейся журнальной статье не назывались фамилии, не приводились даты и номера экспедиций. Но те, кто следит за пилотируемыми полетами, без труда догадаются, о ком речь. Конечно же, об астронавте NASA, 43-летней Серине Марии Ауньон-Чанселлор. Родилась в Индианаполисе, штат Индиана, в семье кубинского эмигранта, профессора электротехники. Врач, любительница баскетбола и крикета, в отряд NASA была зачислена 10 лет назад: О том, что у Серины во время полета был обнаружен тромб, сообщали некоторые российские СМИ в конце прошлого года. Но официальных подтверждений не последовало. А сегодня, хотя фамилия до сих пор не названа, можно с большой долей уверенности сказать: да, это была Ауньон-Чанселлор.
И вот как представляется нынче хроника событий. Серина стартовала 6 июня 2018 года в качестве бортинженера-2 на корабле «Союз МС-09» вместе с командиром Сергеем Прокопьевым и немецким астронавтом Александром Герстом. А через 50 дней при ультразвуковом обследовании левой внутренней яремной вены у американки: выявили тромб. Это подтвердили и последующие клинические наблюдения. Тревожный диагноз не стали скрывать от Серины. Как врач она понимала всю серьезность ситуации. И, по неофициальной информации, очень нервничала. А кто бы, хочу спросить, сохранял олимпийское спокойствие на ее месте?
Надо ли было экстренно возвращать Серину на Землю? Вердикт врачей: ни в коем случае! При посадке в спускаемом аппарате действуют четырехкратные перегрузки, тромб может оторваться и: Доктора на Земле разработали схему лечения, и это было верное решение. 20 декабря, после полугодового полета, американка вместе с Прокопьевым и Герстом благополучно вернулась на Землю. Между прочим, Серина является одним из авторов статьи о проведенном исследовании в журнале JAMA Network Open.
Пресловутый тромб явился поводом для неподтвержденных подозрений в ее адрес. Якобы это она, испугавшись диагноза, тайком просверлила отверстие в корпусе бытового отсека корабля «Союз МС-09», чтобы после обнаружения утечки воздуха на станции экипаж был эвакуирован на Землю. Но эти подозрения, повторю, огульны.
Что же касается опасности возникновения тромбоза у звездоплавателей, то теперь этой проблемой будут заниматься вплотную. Скорее всего, тромбы образовывались у членов экипажей и раньше, но исследований по этому поводу не проводилось. Пока обошлось без большой беды, но в космонавтике недопустимо надеяться на везение. Тем более в дальних полетах.
